Антон Тутынин – Царица несчастий. Часть 1 (страница 12)

И тут мне вдруг стало настолько жутко, что я закричала, и изо всех сил задёргалась под ним, пытаясь освободиться. Но тщетно!

А насильник лишь усмехнулся, схватил меня за руки с безумной силой, и тут же отстранившись телом назад резко в меня вошёл!

Это было страшно… страшно, больно, противно и унизительно. Только сейчас я поняла сколь обходительны были со мной мужчины в том, прошлом мире. И не будь у меня того прошлого опыта, я бы навсегда возненавидела всю мужскую половину человечества в обоих мирах! Но даже так, страдая от боли и грубого отношения под этим ублюдком, во мне сейчас буквально клокотала ненависть вперемешку со страхом и яростью. Я до скрежета зубов возненавидела своего насильника, и всех подобных ему мужчин этого мира…!

…

Эта тварь игралась с моим телом по ощущениям целую вечность. Лишь кончив четырежды, заляпав меня своей спермой буквально с ног до головы и в процессе ещё больше избив (четвёртый раз ему пришлось стимулировать свои ощущения чтобы кончить, перейдя к откровенному садизму… больной ублюдок!) он попросту сбросил моё голое тело на пол. Тело, сочившееся кровью как из ран во рту и на руках, так и из моей бедной вагины. Тело, которым он грубо воспользовался, получив удовольствие, и которое стало теперь просто ненужным… Ещё никогда я не чувствовала себя настолько грязной, мерзкой и жалкой!

Пытаясь пересилить себя и не заплакать снова, старясь заглушить ненавистью всю ту боль, что разливалась по телу и внутри него, я сама не заметила, как наконец отключилась…

* * *

Я не понимала где я нахожусь. Вокруг меня была лишь серость: серое небо, серое пространство под ногами и серый туман вокруг. Последнее что я помнила это как меня насиловал тот бандит, чьи кишки я бы с удовольствием затолкала ему в глотку! От особо ярких воспоминаний меня снова едва не вывернуло наизнанку, но я сдержалась, осмотрелась и не поняв в итоге куда попала, просто осталась стоять на месте.

«Если я всё-таки умерла, за мной рано или поздно придут…»

— Вполне прагматичный подход. Ты мне нравишься ещё больше, — прозвучавший со спины мягкий вкрадчивый женский голос заставил меня судорожно обернуться. А обернувшись отступить на шаг, оступиться и больно плюхнуться на попу…

— Кто вы? — я едва узнала свой испуганный голос, и мне было чего бояться. На меня смотрел закутанный в серую ткань труп! Точнее высохшая до состояния мумии женщина, чьи пепельные волосы словно струились с головы, превращаясь в окружающий мир. — Я умерла? Вы за мной?

— О нет, ты не умерла! Но ты интересная… твоё появление в нашем доме может многое изменить, — мёртвая женщина обошла меня по кругу, словно разглядывая забавный экспонат, — Люди этого мира назвали меня Богиней праха. Ну, будем знакомы? Не желаешь немного со мной побеседовать, Катенька? Возможно мы сможем быть друг другу полезны…

От улыбки смерти (а это явно была она, только в местной интерпретации!), больше похожей на оскал, меня едва не передёрнуло, но отчего-то в душе колыхнулась робкая надежда. На что? Не знаю, но эта встреча явно могла изменить в моей жизни многое, если не всё!

— Конечно… Я попробую… Прошу прощения за бестактность, — поднявшись на ноги, я сдержанно поклонилась на японский манер, — Здравствуйте, уважаемая Богиня праха, меня зовут Зёмина Екатерина Андреевна. Очень приятно с Вами познакомиться… — тут же постаралась я выдавить из себя подобие улыбки. После произошедшего со мной сегодня нормально улыбаться не было ни сил, ни желания, ни возможности…

Глава 5

После моего представления Богиня ещё какое-то время обходила меня по кругу. Нет, даже не ходила — плыла! Её ноги были закрыты непрозрачными серыми одеждами, и почти не шевелили свой покров, а сам подол струился дымкой, сливаясь с окружающим фоном отчего выглядело всё это крайне… нереально.

— Спроси меня о чём желаешь, — остановилась она наконец перед моим лицом, возвышаясь на полголовы.

— Вы ведь Смерть, да?

Слова давались с трудом после пережитого шока, однако ощущение нереальности происходящего помогало не потерять контроль над собой.

— И да, и нет, милая. Является ли смертью кинжал, пронзивший сердце? А крода, на какой предают огню тело простолюдина? А усыпальницы правителей земель? Места памяти? Что можно считать смертью? Может быть отсутствие жизни в теле… Да и вообще зачем я мёртвым?! Ведь для умершего смерти нет — она есть только для живых, — Богиня праха улыбнулась своим жутким оскалом, от которого меня аж передёрнуло.

— Вы это к чему?

— Чтобы между нами не было недопонимания, Катя, я объясню, что есть боги для этого мира. Тысячи и тысячи тысяч людей живут по всему миру. Они рождаются, убивают и умирают. Однако все они неизменно прощаются с мёртвыми — используют ритуалы, наносят символы силы, устанавливают охранные обелиски на местах кровавых битв и массовых захоронений, хоронят усопших воинов-лордов в вырубленных в скалах усыпальницах, где также есть свои ритуалы, символы смерти и покоя… Всё это — и есть я. Я — символ, вмещающий в себя мысли, эмоции и представления людей о конце жизни. Я — их представление о смерти, и потому смерть — это я. Понимаешь о чём я?

— Я думаю… да. Эм-м… видимо люди сами создали себе Богов, просто поверив в ваше существование?

— Ба! Сколь крамольны твои мысли, девочка. Но тем не менее ты права… вера людей и направление ими с помощью ритуалов и символов магии мира в нужную сторону дала нам, Богам, подобие жизни. Однако не пытайся высказать нечто подобное в Капище Чёрного Камня — тебя никто не поймёт и скорей всего просто убьют. Мы, Боги — часть людей, и потому получаем от них силу, знания, и волю. И в то же время вера людей в нас позволяет нам наделять их силой в ответ. Каждый мёртвый, погребённый по правилам ритуалов, укрепляет веру людей в меня, даёт мне новые силы, и в то же время соблюдение ритуала гарантирует мертвецу неприкосновенность после смерти где гарантом выступаю уже я. А ведь в мире существует огромное число сущностей, способных поживиться за счёт эманации силы мёртвых. Так что всё связано в очень тугой клубок в этом Мире, милое дитя.

— Понимаю. Спасибо за науку, Богиня праха. Но зачем Вы мне говорите об этом?

— Есть те, кто нарушает сложившийся порядок вещей! Те, кто пытается идти против самой смерти! — неожиданно резко выплюнула Богиня гневную претензию непонятно кому. Лицо её скривилось гримасой гнева, а пустые глазницы полыхнули серо-чёрной дымкой в ответ на её эмоции.

— И не только против тебя, сестра… — тут же рядом послышался мягкий женский голос, и рядом с серой фигурой проявилась девушка в розовых одеждах. Точно таких-же как у Богини праха, но чистых, ярких и «живых». А сама девушка выглядела словно ангел — настолько её лицо было идеально! Розовая кожа, изящные тонкие пальцы, тонкая длинная шейка, чёрные ресницы, тонкие брови и сияющие красной силой зрачки глаз! При этом серое марево мира в тот же миг подёрнулось рябью, забурлив. Вокруг вдруг начали проявляться фантомы людей, животных и птиц, заставивших мир смерти и покоя моментально ожить. Дымные фантомы зверей играли, охотились друг на друга, фантомы людей сражались в бесконечной, только им известной войне, любили друг друга, или просто работали в воображаемых полях, и всё это начало медленно наполняться ещё и звуками.

— Опять ты здесь?! Я же просила не приходить больше в мой план! Погляди что ты опять натворила. А если я к тебе заявлюсь?! — Богиня праха повела вокруг себя рукой, укоризненной глядя на появившуюся красотку. К слову, красные волосы гостьи тоже струились, превращаясь внизу в густой красивый дымок.

— Прости, но ты закрыла своё самосознание от меня, поэтому и пришлось явиться лично. А ведь мне тоже есть что обсудить с этой смертной, — ответом разгневанной богине была лишь лёгкая полуулыбка.

— Знаешь, ты просто не выносима, пусть и считаешься старшей…! — Богиня праха нахмурилась, однако мгновенно отпустила свою силу, заставив всю нашу троицу вынырнуть в черноту пустоты. — Хорошо… Раз уж ты здесь, то говорить будет на нейтральной территории.

— Приветствую тебя, Бести, я — Богиня крови. Старшая сестра этой высохшей грубиянки, — девушка лучезарно мне улыбнулась, однако тут же смутилась, заметив краем глаза как Богиня праха самодовольно ухмыляется, ничуть не обидевшись на её лёгкий укол. — Что?

— Значит ты не знаешь её настоящее имя?! Ах какая жалость…! — тон её был столь снисходителен, что его можно было наверно руками потрогать — от такой концентрации эмоций они и проявиться могли.

— Пф…! Подумаешь имя…

— Что, не ожидала? Неужели и я наконец где-то сумела стать первой? Ай-я-яй какая незадача…

— Хватит паясничать, сестра, ты выставляешь себя не в лучше свете. Ей-ей ведёшь себя как маленький ребёнок. Что о нас смертная подумает?

— Ничего не подумает. Она вообще не верит в богов. Катерина, представься моей сестре ещё раз, — удовлетворённая своим маленьким превосходством Богиня праха сложила руки на своей костлявой груди.

— Эм… меня зовут Зёмина Екатерина Андреевна… для друзей можно просто Катя, Катенька, Катюша, Катька или ещё как-то….

— Ха! Друзей! Решила, что смертная может быть другом Богов?! — Богиня крови скептически выгнула левую бровь, очень пристально взглянув на наглую меня. А сама я стояла перед этими двумя и думала, а чем черти не шутят? Вряд ли я смогу быть в это мире хоть с кем-то откровенной, достаточно для того чтоб назвать человека другом. Только не после всего что со мной произошло! С мужчинами и вовсе придётся держать максимальную дистанцию вооружённого нейтралитета, а то и вражды — быть изнасилованной опыт похуже кошмара. Другое дело местные боги. Положение? Сила? Мы слишком в разных весовых категориях чтоб обращать внимание на подобное неравенство. Ведь даже собака может стать другом человека, независимо от его положения в обществе. Ей неважно кто её хозяин — бомж, олигарх или президент. Это вне её понимания! Так чем я хуже собаки?!