Антон Тутынин – Тень Биосферы. Часть 2 (страница 8)
Подраться, повыяснять отношения, морально задавить человека или просто не дать раскрыться, утопив в волоките, — такое было сплошь и рядом. Всё-таки человеческое общество. А чтобы вот так, откровенно убить или серьёзно покалечить… Дураков не было — закончились давно.
Сабир сегодня отсыпался после суточной смены, так как очень многих ремонтников и слесарей позавчера подняла на экстренные работы по блокированию технических ходов на нижних уровнях города. Грузовые шахты, кабель-проводы, вентиляция — везде варили решётки, ставили мелкоячеистые сетки там, где это было оправдано, или вообще заваривали намертво, если на то поступал приказ. В общем работы хватало.
Чёрт его знает, что там происходит! Люди были не то чтобы в панике, но серьёзно напряглись — такие работы от балды не начинают. А если вспомнить недавние слухи о том, что целая смена не вернулась со станочного уровня, и вовсе волосы на жопе шевелятся.
Проработав целые сутки, и промучившись догадками ещё пару часов лёжа в кровати, Сабир теперь с трудом вставал под громыхающий стук в двери. Всего шесть часов сна за двое суток, головная боль и ватные мозги кого хочешь настроения лишат!
— Ну и кому там зубы жмут?! Да иду, иду я…! Дятлы, блин… — одетый в одни только мешковатые трусы, с гневным окриком мужчина направился ко входу в их с Силиной берлогу. Девушка, встреченная им ещё в той, другой жизни, и здесь не отказалась от своего выбора. Вышла за него официально, терпела все свалившиеся на молодую семью лишения, штопала раны своего мужа после каждой его драки, а теперь и вовсе носила под сердцем их дочь, продолжая работать. Четвёртый месяц уже! Половина срока.
— Сабир? — на пороге возник молодой боец, в звании сержанта. С боевым оружием на груди, что сразу отбило всю охоту бузить или возмущаться.
— Да. Я.
— Собирайтесь. Через два часа будет начата эвакуация. Вы в первой партии.
— Эвакуация? Куда? И зачем?! А как же моя жена — у неё четвертый месяц беременности! Я её тут одну не оставлю!
— В списке она идёт второй партией, с детьми. Она ведь учитель у тебя?
— Ну… да, учитель. В группах от года до трёх. Да с чего ради вообще какая-то эвакуация проводится? У нас двенадцать тысяч жителей под землёй! Что такого на нижних уровнях происхо… — Сабир замолк, обратив внимание что вокруг темень. Он смотрел на часы, когда вставал — время было дневное. Так почему нет освещения имитирующего местное солнце?
— Что-то с генераторной? — спросил он нахмурившись.
— Тебе сообщат на месте. Через два часа будь у третьего служебного лифта, с вещами. Не больше одной сумки личного и самого важного. Одежду запасную здесь оставь — новую выдадут, — сержант закончил говорить и сразу же побежал к следующей цели обхода. Ещё полтора десятка человек в его списке на оповещение стоили!
В темноте коридорного перехода от восточного крыла к юному, на уровне четвёртого подземного этажа шла плотная стрельба.
— Гра-а-а! — кто-то даже кричал, выпуская длинными очередями боезапас пулемёта, выбеливая вдалеке копошащиеся сгустки тьмы. Другие матерились себе под нос, а кто-то и вовсе молчал, стиснув зубы, да перезаряжался скупыми отточенными движениями. И подобная ситуация была не только в этой части четвёртого уровня. Так было везде!
Твари полезли с утроенной силой, словно почувствовали, что добыча начинает сбегать — ведь уже пару часов как улетела первая партия эвакуируемых. Спецы и учёные, опытные мастера и наставники, военные командиры среднего и старшего звена (не все конечно), самые важные люди анклава, его ядро и основа, должная быть спасённой в первую очередь. Пять тысяч человек с оборудованием, техникой и оружием! И вот теперь вдруг на заслоны обрушилась целая лавина ненавистных тварей!
— Слева! — запоздалый крик привлёк внимание ближайших бойцов, что позволило среагировать остальным, открыв огонь по новому противнику. Сквозь образовавшуюся дыру в гранитной стене, через щель между стенными панелями, на людей бросилась новая напасть — человеческая многоножка. Пробившись вслед за двумя змеями сквозь сделанный ими пролом, создание, сплавленное из множества позвонков, с изменёнными руками вместо лап, и целой вереницей горбов на своих сегментах, двигалось с невероятной скоростью и ловкостью. Сбила с ног ближайшего воина, в коего тут же вгрызлись те две змеи, и игнорируя попадания в себя из лёгкого оружия, моментально оказалась посреди людей. После чего напряглась, выстрелив из своих горбов десятки отравленных игл во все стороны! К сожалению крупнокалиберные пулемёты были установлены на станках и не могли быстро развернуться в тыл, что и позволило твари исполнить задуманное.
Иглы были тонкими, острыми словно зубы пираньи, и потому легко находили бреши в герметичных, но мягких костюмах бактериологической защиты. А яд, скопленный в полостях этих игл начал стремительно убивать свои цели едва попав в человеческие тела. Началась неразбериха, число защитников резко снизилось, да и боеспособность остальных оказалась временно под вопросом. Так что, когда прорвавшихся тварей наконец прикончили, фронт приблизился к баррикадам практически вплотную.
Оставив за спиной ещё живых раненных, командир с оставшимися бойцами решил наконец действовать кардинально.
— Пали! — приглушённая из-за противогазов команда наконец отдана. И вот уже трое огнемётчиков, экстренно прибывших с соседнего перехода, заливают место прорыва жидким огнём, взметнувшееся тотчас до самого потолка, где высветилось ещё десятка полтора многоножек и прочих тварей. Попав под удар стихии, искажённые, ползущие по потолку и по стенам, рухнули прямо в пожар, а сам проход оказался временно заблокирован.
— Отходим! Перегруппироваться!
Отряды, державшие заслон по всему фронту, в очередной раз были вынуждены отступить на новый рубеж так как противник по всем признакам опять нашёл бреши в коммуникациях, и стенных панелях, прикрывавших голую породу почти повсеместно.
Твари каким-то жутким способом буквально крошили базальт и гранит в песок, пролезая сквозь стены, заходя с флангов или тыла, и постоянно угрожая людям скорым окружением. И только одно спасло от прорыва сразу на верхних уровнях города — толщина и прочность внешней подземной брони.
Да, чем ближе был этаж к поверхности, тем прочнее была его защита. При том не только перекрытия и стены, но и укрепление сводов пещер становилось куда монументальнее. А стены и вовсе были одеты в стальные листы толщиной от дюйма. Люди постарались предусмотреть как прорыв противника внутрь города, так и ведение активных боевых действий внутри него, а потому не жалели дармовой стали, оставшейся после гибели цивилизации, и толстых сварных швов, соединявших пол и своды подземного города в единое целое. Собственно, из-за чего и произошёл прорыв на глубине столь легко — седьмой уровень города считался самым безопасным, а потому не имел брони от слова совсем.
Вот почему твари лезли теперь по коридорам и коммуникациям, двигаясь с изрытых вдоль и поперёк нижних уровней. И вот почему люди с охотой отступали всё дальше и дальше. Ведь чем ближе к поверхности, тем прочнее были своды и залы, и тем эффективнее была оборона! И тем меньше потерь они понесут, сдерживая врага.
Глава 7
«Эрика, Софья, Камилла и Зуру»
После того как девушки собрались, им пришлось выйти наружу из ставшего привычным и безопасным грузовика. Первой, как самая целеустремлённая, пошла Эрика. А уже за ней словно хвостик тянулись и остальные девушки, с опаской посматривая по сторонам. Мимо трупа они и вовсе прокрались, словно боясь разбудить мертвеца.
Но вот показался сам выход. Эрика сперва выглянула из-за угла, огляделась как следует, после чего медленно начала спускаться по ступеням, чуть задранным вверх — всё же машина серьёзно осела на правый борт.
— Стойте здесь. Ви́дите? — указала она рукой, — Там дальше плесень растёт.
— Жуть какая. Вы только гляньте, она даже машины облепила! И колёса, — Софья тоже обратила внимание на ненормальность происходящего. — А ведь мы всего день как попали под удар. Интересно чем били по колонне? На звук пушек вроде не было похоже, скорей ж удары грозы, да и кратеров нет.
— Да какая разница? Где это… этот… ну как его? — Зуру сморщила носик, пытаясь вспомнить имя рогатого чудовища.
— Лютый?
— Да, Лютый! Мы тут ждём стоим, а его нет. Он сказал, что будет ждать!
«Грур-рг» — откуда-то из-за угла послышался утробный не то рык, не то ворчание, и вскоре к сжавшимся у входа в побитый ракетовоз вышел огромный зверь, размерами превышавший легковую машину. С гладким зализанным панцирем во всё тело, с мускулистым хвостом, заканчивающимся костяной булавой, и с пастью, куда легко могло поместиться пол Зуру точно. Зверь лениво поглядел на притихших, чуть живых от страха самок, шумно выдохнул от недовольства, и улёгся прямо на плесень, впритык к границе с голой песчаной землёй. Местное солнце уже вовсю вступало в свои права, поднимаясь над горизонтом, и земля после прошедшего ливня уже начала подсыхать. Ещё и ветер помог.
— Так, девочки… спокойно… Главное не бежать! У зверей сразу включается инстинкт броситься и догнать, — Эрика, вспомнившая вдруг что она старшая здесь, встала перед остальными подругами, закрыв их собой от чудовища.