Антон Тутынин – Тень Биосферы. Часть 2 (страница 46)

— Ну тогда веди, — выйдя наружу из-под навеса, он незаметно пнул небольшой короб, что стоял на земле, благодаря чему тот открылся. Всё выглядело так, словно он запнулся — Лютый даже не посмотрел вниз. А всё потому, что у него был своя теория о возможностях этого существа (человеком её со всеми натяжками назвать уже было нельзя).

— Во-первых, она не могла читать его мысли против его воли — силёнок не хватало. Иначе бы он давно сам побежал вниз, одурманенный внушением. Отговорка о том, что путь был занят чем-то, и эти её якобы благородные побуждения — просто отговорка. Третья принцесса, как помнится, была весьма властной сукой, переступившей даже через двух своих братьев на пути к высокой карьере. Да и косвенная информация о каких-то экспериментах на борту, что удалось раскопать во время обыска уцелевших помещения не добавляла ему оптимизма.

— Во-вторых, она могла как-то считывать то что он видел глазами, встраивая свой образ в его окружение, а потому действовать следовало исходя из данного правила. Вот почему он не обсуждал ни с кем свои планы, и не смотрел на корзину, откуда уже вовсю ползли маленькие паучки-мины, размерами с детский кулачок. Крохотные существа, под завязку напичканные взрывчаткой, повинуясь заранее заложенному инстинкту, резво забрались на его тело прямо на ходу, распределившись по всей спине, ногам и голове в пару слоёв. Везде где их было бы не видно глазами Лютого. Иные его чувства призрак похоже не мог использовать в качестве источника информации всё по той же причине ограниченности своих ресурсов и расстояния.

— Ну тогда веди, — выйдя наружу из-под навеса, он незаметно пнул небольшой короб, что стоял на земле, благодаря чему тот открылся. Всё выглядело так, словно он запнулся — Лютый даже не посмотрел вниз. А всё потому, что у него был своя теория о возможностях этого существа (человеком её со всеми натяжками назвать уже было нельзя).

Во-первых, она не могла читать его мысли против его воли — силёнок не хватало. Иначе бы он давно сам побежал вниз, одурманенный внушением. Отговорка о том, что путь был занят чем-то, и эти её якобы благородные побуждения — просто отговорка. Третья принцесса, как помнится, была весьма властной сукой, переступившей даже через двух своих братьев на пути к высокой карьере. Да и косвенная информация о каких-то экспериментах на борту, что удалось раскопать во время обыска уцелевших помещения не добавляла ему оптимизма.

Во-вторых, она могла как-то считывать то что он видел глазами, встраивая свой образ в его окружение, а потому действовать следовало исходя из данного правила. Вот почему он не обсуждал ни с кем свои планы, и не смотрел на корзину, откуда уже вовсю ползли маленькие паучки-мины, размерами с детский кулачок. Крохотные существа, под завязку напичканные взрывчаткой, повинуясь заранее заложенному инстинкту, резво забрались на его тело прямо на ходу, распределившись по всей спине, ногам и голове в пару слоёв. Везде где их было бы не видно глазами Лютого. Иные его чувства призрак похоже не мог использовать в качестве источника информации всё по той же причине ограниченности своих ресурсов и расстояния.

Сотни метров стальных конструкций могли кому угодно жизнь испоганить.

— Сюда, — вела его женская фигура, выводя Лютого всё на более глубокие уровни исполина. Уже минут сорок он блуждал по влажным скользким помещениям, кое-как

проветрившимся после сброса жидкостей благодаря образовавшемуся сквозному проходу. Стоило уйти воде, как появилась весьма отчётливая тяга с завываниями и шумом ветров, благодаря чему здесь хоть как-то можно было дышать.

Принцесса то появлялась, то исчезала, указывая рукой нужное направление, а иногда даже подсвечивая в кромешной темноте нужные проходы и двери. Видения становились всё более и более обширны! Лютому даже казалось будто образы чужих воспоминаний всплывали в его голове, помогая ориентироваться внутри погибшего судна, и чем дальше он заходил, тем отчетливей было это чувство. Вон там когда-то была кают-компания для младших офицеров, одна из многих. Чуть дальше была столовая для экипажа, а если спуститься ниже, то можно было попасть в спортивную секцию. И от этих «воспоминаний» делалось по-настоящему жутко. Отчего-то Лютый только сейчас понял, что спуск в недра этого места навсегда оставят на нём свой отпечаток. Если он конечно выживет, не потеряв в итоге себя.

Но он не имел права остаться в стороне — угроза должна была быть уничтожена! Его будущая армия будет взращена здесь, и любые намёки на потерю контроля над сефиротами следовало вычеркнуть из списка возможных событий.

Но вот вскоре жилые и хозяйственные отсеки наконец закончились, после чего он вышел в один из основных боевых отсеков. Огромное пространство, заполненное девятью кораблями типа «торпедный крейсер» и одной небольшой подлодкой. Когда-то эти малыши покоились на специальных креплениях, готовые выйти в море по первому же требовали командира на разведку или перехват мелкой цели, однако теперь они сиротливо громоздились друг на друге, слетев с удерживающих упоров кто куда. Чудо что шлюз не вырвало во время гибели корабля и не затопило здесь всё забортной водой! Она пришла уже позже через другие ходы, лишь чуть подтопив огромный ангар.

Корабли же пробили дыры в стенах, упёрлись в потолок, кое-где даже погнулись целиком, порвав свои тела о стальные упоры. Естественно и своё окружение они тоже привели в сплошную негодность, раскрошив и размазав по гигантскому ангару части вооружения, запасных винтов и просто ручной техники что помогала обслуживать уникальный отсек.

Но его путь лежал дальше. Миновав это место и преодолев несколько переходов, он упёрся в разлом — даже этот исполин не было непотопляем в конце концов. Разлом шёл через обширную территорию от дна до самой крыши, обнажая для его взгляда где-то далеко вверху настоящее чистое небо! А ещё великое множество разорванных коммуникаций, свисающих отовсюду словно выпущенные наружу кишки…. И Лютому теперь была дорога куда-то ко дну этого разлома.

— Сюда. Тебе придётся спуститься здесь, — призрак указал рукой почти вертикально вниз.

— К чему эти сложности?

— Это кратчайший путь. Научный отдел в других местах заблокирован метровым саркофагом. А у нас не так много времени. Лишь этот разлом сумел вскрыть такую мощную защиту.

Восход уже понемногу приближался к своему началу, отчего небо там вверху посветлело, дав достаточно света даже сюда. Больше Лютому не приходилось полагаться лишь на инфракрасное восприятие и чужие воспоминания. А потому он мог действовать быстро и чётко.

Так что рухнув вниз, он в полёте зацепился когтями за кусок какой-то трубы, скорректировав своё падение, после чего вцепившись за оборвавшийся провод, с хрустом приземлился на три палубы ниже. Проделав подобные трюки ещё пять раз, он наконец оказался в самом низу, где-то в районе машинного отделения, где до сих пор воняло продуктами нефтехимии и следами сгорания электрической проводки. Здесь когда-то явно разгорелся мощный пожар!

К счастью в этом месте давно не было ни пожара, ни той воды, что его поглотила. А потому и передвигаться здесь было несложно. Лишь один раз Лютому пришлось вскрывать намертво закрытые гермодвери, обросшие ракушками и гребешками, где опять обнаружились остатки морской воды. Благо ручная система управления замками ещё работала, пусть и пришлось выложиться на все двести процентов — даже рычаги погнул от натуги.

Зато по ту сторону этих дверей не было ни следа морской стихии! Все элементы интерьера выглядели лишь слегка запылёнными, пусть и валялись в безобразном беспорядке. Однакофакт оказался фактом — Лютый наконец-то попал в самую защищённую часть корабля, сумевшую пережить даже такое крушение. И высохшие трупы людей, валявшиеся изредка по коридорам и стеклянным кабинетам, были тому подтверждением. Глядя на них, он иногда даже видел давно размытые образы ярко освещённых помещений, белых халатов и суеты, царившей здесь ежедневно. Словно он был здесь раньше. Ходил, работа, командовал людьми…

Отогнав от себя чужие мысли и воспоминания, лесной чёрт помотал головой. Нихера! Его здесь не было никогда! Злость неожиданно помогла, чуть прояснив мысли.

— Постой. Мы почти на месте, — когда Лютый поднялся на две палубы наверх, ещё немного поплутав по когда-то абсолютно белым коридорам научного комплекса, его вдруг остановил призрак принцессы. — Не пугайся и не удивляйся тому что ты увидишь. Так было нужно.

— Ты о чём?

— О людях, что служили здесь своему императору. Все они сделали свой выбор осознанно! Идём.

И вдруг неожиданно заморгал свет, ража глаза. Небольшой светильник аварийного типа, что висел над закрытой двустворчатой дверью, ожил спустя почти век, вновь получив питание. А после и сами двери заскрипели механизмами, начав раскрываться, отъезжая в разные стороны, откуда в лицо Лютому дохнуло таким тленом, что он едва сознание не потерял, мгновенно зажмурившись и задержав дыхание!

Огромная лаборатория, утопавшая до этого в тьме, с каждыми включённым светильником представала во всё более жутком свете. Сотни и сотни человеческих тел покрывали полы и стены этого помещения, сросшись в единое тело, оплетённые жилами, похожими одновременно и на провода, и на корневую систему. Головы, лишённые глаз и ртов, превращённые в вычислительные центры для обезумевшего нейроцентра обороны, атрофировавшиеся ноги и руки, усохшие до состояния голых скелетов, и смерть. Всюду смерть. Концентрация смерти!