Антон Тутынин – Тень Биосферы. Часть 1 (страница 14)

— Конечно я об этом прекрасно осведомлён. Поэтому вот, — достал Вернан бумажный пакет. — Взял на свой страх и риск, но надеюсь, что наряд придётся Вам по вкусу.

— Это мне? — ещё раз неподдельно удивилась женщина. Она-то представляла местных после всего пережитого этакими машинами, работающими вместе во имя выживания, коим чужды бесполезные традиции прошлого! И на тебе, вдруг подобный сюрприз.

— Разумеется! — теперь уж откровенно радостно улыбнулся мужчина. — Вы же не думали, что все мы здесь бездушные механизмы? Даже мне не чужда романтика.

— Что ж… я, пожалуй, попробую составить Вам компанию, но только с одним условием, — легко улыбнулась она в ответ.

— Всё что угодно в рамках закона!

— Покажите мне город! А заодно расскажите, наконец, как здесь устроена жизнь, — Зои спустя все эти дни после пленения и смерти мужа твёрдо решила начать новую жизнь. Времени в этом жестоком мире ей было отпущено явно немного, а потому и терять его на самокопания и сомнения женщине казалось невиданной роскошью. Приняв бумажный пакет из рук неожиданного поклонника, она быстро удалилась к себе. Похоже сегодня вечером она будет чуть менее одинока чем обычно….

Глава 6.1 ЛЮТЫЙ

Спустя шестьдесят четыре дня с момента начала работы над человеческим существом, процесс по его трансформации и ассимиляции по большей части был наконец завершён, вот только на дальнейшую шлифовку своего детища у Тени больше не было времени — утром её птицы заметили большую стаю крупных мутантов, движущихся в направлении долины и до сих пор своей траектории чудовища не поменяли. По всей видимости у мутантов этой разновидности начался сезонный гон, ибо слишком уж большим было мигрирующего поголовье. Но даже несмотря на то, что их путь должен был пройти в десятке километров от долины, визиты отделившихся от основного стада групп мутантов нельзя было исключать, а значит и будить своего генерала придётся уже сейчас — всего два дня у них до предполагаемого срока подхода ближайших тварей.

Крупные зубастые мутанты были видимо когда-то стайными хищниками, но теперь под разрушительным действием стихийных мутаций и влияния повреждённых хромосом походили скорей на заживо сожжённых тварей, облепленных подгнившими коростами, от которых до сих пор словно валил дым вперемешку с кровавым паром, чем на самих себя прежних. При этом их метаболизм был настолько извращён, что для продолжения своего существования мутантам, масса которых варьировалась от ста до трёх сотен килограмм, приходилось непрерывно поглощать других живых существ в огромных количествах, так как их разогретое до предела тело сжигало энергию с такой огромной скоростью, а клетки делились и умирали так быстро, что при этом от старости они умереть не могли, заживляли страшнейшие раны за считанные дни, и с каждым новым прожитым годом вырастая всё крупнее и набираясь всё больше смертоносного опыта. Эти твари назывались людьми «жжёнками», ибо после них земли были словно после пожара — опустошёнными и безлюдными.

— Угэээ! — звук рвущейся оболочки кокона и срыгиваемой материнской жидкости оттуда же наконец разнёсся на многие метры вокруг. Хэнк, когда-то бывший человеком и смертельно раненный собственным сородичем, теперь не был похож не самого себя, представ перед Тенью зеленоватым антропоморфным существом, с редкими проблесками золотистых когтей и внешних панцирей, только начавших напитываться прочнейшим металлом, синтезируемым гигантским видоизменённым деревом.

— А-а-а! Кху-кху… у-у-у-гх! — реакция его была весьма ожидаема для человека, проснувшегося в совершенно чужом, чудовищно выглядящем теле посреди настоящих джунглей, выпавшего при этом из огромного кокона, растущего прямо из ствола стометрового исполина. С испугом и шоком уставившись на свои конечности, Хэнк судорожно ощупал себя, осмотрел туловище и спустя пару секунд подзавис, пытаясь осмотреть окружающую обстановку — его зрения также весьма серьёзно трансформировалось, представив мир в совершенно ином виде. Наконец, когда Тени показалось что момент для знакомства удачный, её сверкающая золотом фигура проявилась высоко в кронах деревьев начав медленно спускаться.

Хэнк был невероятном шоке, очнувшись после того как потерял сознание от кровопотери. Падая от слабости в теле и закрывая глаза из-за пелены, что опустилась на его взор, он знал, что больше не проснётся — чёртов ублюдок прострелил ему печень и чудом было что он вообще сумел сбежать с той полянки. «Зар-раза! Нужно было того ублюдка сразу пристрелить!» — крутилась в его голове тогда последняя мысль. И вдруг теперь он осознаёт себя снова живым, внутри какого-то гигантского мешка, заполненного неприятно пахнущей жидкостью, а выбравшись наружу и вовсе вместо собственного тела видит какие-то жуткие клешни с золотыми когтями и тело, покрытое даже на вид прочной шкурой и небольшими наростами вроде броне-щитков. Обычный человек точно бы свихнулся или потерял сознание от шока, но у Хэнка было не то воспитание — жизнь и служба давно приучили его загонять свои эмоции куда подальше, прежде всего анализируя всё происходящее своим разумом. Но даже попытавшись успокоиться и для начала просто осмотреться вокруг, он получил ещё один шок, потому как человек ТАК видеть не может!

Он видел всё! Тепло от нагретого светом листа, всполохи в небе, начинавшиеся где-то на севере (магнитное поле планеты?!), мог чётко определить источник звуковых колебаний, исходящих от крупных насекомых, и даже без напряжения замечал копошащихся на золотистых листьях золотых червячков… Находящихся в двадцати метрах от него!

Но ещё в больший шок он впал от того, что он мог ощущать присутствие всего живого вокруг! Деревья, трава, насекомые и мелкие птички… все они создавали удивительный фон, наполненный движением и жизнью и Хэнк легко мог ориентироваться во всей этой какофонии биологической энергетики, безошибочно определяя «кто есть кто». А как только высоко над головой появился новый источник ощущений, воспринимавшийся им теперь как нежное, тёплое облачко, его взгляд мгновенно вычленил из моря зелени странную золотистую фигуру, спускавшуюся прямо к нему. Постепенно её очертания становились всё более чёткими и вскоре перед изменившимся Хэнком парило уже не непонятное что-то, а бесплотный дух маленькой девочки, совсем не имевшей ног. Глаза же её светились нежно-зелёным светом, излучая интерес и заботу — это Хэнк чувствовал весьма отчётливо, как он бы сказал раньше, «спинным мозгом» или «сердцем и душой», смотря в каком контексте говорить об этом…. Разглядывая странную гостью, он даже забыл, что перестал быть человеком, настолько его пленила отчуждённая красота призрака, по виду уступавшая ему в размерах почти в полтора раза.

— Кто ты? — голос его теперь слышался чужим, а язык плохо воспроизводил привычные раньше звуки — его гортань и ротовая полость видимо тоже сильно трансформировались, — Что со мной случилось? — вспомнив о себе, он тут же добавил вторую часть вопроса. Странный призрак встретивший его сразу после приходя в себя явно был замешан во всём этом безобразии, что случилась с ним пока он был без сознания.

— Ты изменился. По моей воле, — мягкий голос призрака лился словно эхом отовсюду, при этом сама странная сущность никак не менялась, даже мимикой, — Кто такая я? Оглянись вокруг — всё это и есть я. И пусть я лишь тень себя прежней, но даже тень желает вернуть своё было величие. Всё живое на планете, способное к жизнеспособной эволюции и есть я… всё что осталось.

— Что случилось с моими людьми? Где все? — услышав подобное объяснение, Хэнк не удивился, но был весьма сбит с толку. Ожившая природа? Серьёзно!? Но это казалось не таким важным, как узнать, что случилось с его группой. Как там Зои?

— Рано для вопросов — ты не готов задать нужные. Иди, найди сам ответы на ту их часть, что не смогут быть приняты тобой на веру. Теперь это место и твой дом тоже.

Как только последние слова ворвались в Хэнка отзвуками эха, Тень тут же рассеялась на миллиарды золотистых искр.

— Стой! — попытавшись схватить ускользающего призрака, он встретил один только воздух, от чего снова пришлось лицезреть свою уродливую лапу, похожу на клешню какой-то птицы….

Опустив передние лапы (а руками их назвать теперь у Хэнка даже язык не поворачивался), он лишь тяжко вздохнул, присев на толстенный корень, выпиравший из земли от основания гигантского дерева. Ему хотелось кого-нибудь убить! Что-нибудь разломать! Настолько он сейчас был зол на того идиота, на самого себя, на идиотов политиков, допустивших глобальную войну на уничтожение… Винить при этом хотелось кого угодно, но только не настоящего виновника произошедших с ним изменений — он просто был не способен злиться на Тень. Хэнк не знал в чём была причина, в том ли что она спасла его жизнь по сути, или в новых ощущениях родства со всей окружающей природой и с золотым призраком в частности, то ли ему просто промыли мозг…

Просидев так около получаса и катая раз за разом в мозгу похожие мысли, одновременно ковыряя своими длинными саблевидными когтями кору огромного корня, он так ни к чему и не пришёл, решив отложить всю эту ерунду на потом. Сейчас же ему следовало узнать побольше о случившемся с его людьми, изучить местность и решить наконец, что делать дальше, так что прогнав все мешающие действовать чувства и сомнения куда подальше, как это бывало во время боевых операций.