Антон Цурло – Предел прочности (страница 1)
Предел прочности
Глава
Глава 1. Старт
Солнце стояло в зените, от раскалённого асфальта парковки поднималось марево. Пахло разогретой хвоей, пылью и новой синтетикой — рюкзаки громоздились на обочине, яркие, как конфетные фантики. Автобус, который притащил их сюда из города, уже скрылся за поворотом, оставив после себя сизый выхлоп и чувство предвкушения чего-то невероятного.
В описании тура, которое Артём скинул в общий чат, было написано:
Артём стоял в центре этой суеты, как дирижёр перед оркестром. Он поправил шнурок на левом ботинке, слегка поморщился — показалось, давит — но тут же улыбнулся и выпрямился. На нём была идеальная жёлтая мембранная куртка — слишком чистая для похода, слишком яркая для леса. Но именно для этого он её и покупал: в кадре будет смотреться отлично.
— Ребята, внимание! — он сказал легко, с той самой улыбкой, которая у многих вызывала доверие. — Минуту — и снимем общий кадр. Потом уже будем не такие красивые.
Он вытянул руку с телефоном, поймал удачный угол, где в кадр попали и горы, и улыбающаяся группа. Марго тут же оказалась рядом, поправила волосы, встала в пол-оборота, чтобы солнце падало на лицо. Она была бариста из хорошей кофейни, в её ушах всё ещё играл вчерашний плейлист — какой-то грустный инди-рок про любовь и одиночество. Ей хотелось, чтобы в кадр попал не только Артём, но и всё это величие на заднем плане. И чтобы все увидели, какая она счастливая.
— Всем улыбнуться! — попросил Артём, нажимая на спуск.
Вадим и Лина послушно замерли. Вадим — в новых, не разношенных ботинках и трекинговых штанах, которые он выбирал по гайду из интернета. Лина — с чуть уставшим лицом, потому что собирала рюкзаки всю ночь, пока муж спал. Она не хотела в этот поход. Но семейный психолог сказал, что это будет полезно для отношений, и она, сжав зубы, согласилась на эту авантюру.
Кадр готов. Артём опустил телефон, посмотрел на получившийся кадр и улыбнулся уже по-настоящему.
— Так, народ, — Палыч шагнул в центр, и его негромкий голос перекрыл суету. — Через десять минут выходим. Короткие привалы каждые 40 минут, там перекусим, отдышимся. Остановка на обед через три часа.
Он обвёл группу взглядом — цепким, без улыбки.
— Знакомьтесь прямо на ходу. Времени на раскачку нет. Идём плотно, не растягиваться. Отстал — кричи. Увидел, что кто-то отстал — скажи мне. Воду пить на подъёмах по глотку, не заливать в себя литрами. Ноги беречь. Новые ботинки — первая мозоль к концу дня, так что клейте пластырь заранее, не дожидаясь, пока натрёте.
Вадим невольно посмотрел на свои идеальные, ещё не разношенные ботинки.
— На перевалах — ни шагу без команды. Идём строго днём. Ночевок на перевалах не будет, успеваем до темноты спуститься в низину.
Он замолчал, давая словам осесть.
— Вопросы?
Вопросов не было.
— Тогда последнее, — Палыч достал из кармана несколько ярких бандан с логотипом тура и сунул их в руки Артёму. — Раздай. Это не только для красоты — от солнца, шею прикрывать.
А дальше — уже лично Артёму, почти шёпотом, чтобы слышал только он:
— Ну и давай, начинай гонорар отрабатывать. Команда должна чувствовать эйфорию путешествия всю дорогу. Ты ж у нас лицо компании.
Артём принял банданы с лёгкой, чуть заметной усмешкой — дескать, без меня бы вы тут завяли. И уже через секунду его голос зазвучал снова, громко и бодро:
— Так, народ, кто без банданы — подходи! Яркие цвета, хорошее настроение и защита от ультрафиолета в одном флаконе. Марго, держи, тебе особенно пойдёт!
Марго взяла бандану, смущённо улыбнулась, тут же повязала на шею. Вадим с Линой подошли следом, послушно, как дети в очереди за мороженым. Яна осталась на месте, докуривала, глядя в сторону — ей бандана была не нужна, она и так знала, кто она и зачем здесь, а для защиты шеи у неё была своя косынка.
Палыч отошёл к краю стоянки, закинул рюкзак на плечо, бросил коротко:
— Выходим через десять минут.
Он на секунду задержался у кучи с общим снаряжением, расстегнул гермомешок и достал из него оранжевый цилиндр — ракетницу. Проверил взвод, сунул обратно, плотно затянул клапан.
— Сигналка здесь, — сказал он, ни к кому не обращаясь. — В гермомешке, с едой. Чтоб не намокла. Если что — я знаю, где она.
Артём мельком глянул на мешок и отвернулся к группе.
— А кофе на привале? — тихо спросила Марго Артёма, поправляя лямку.
— Без кофе нельзя, — Артём подмигнул. — Я ж обещал.
В стороне от всех, у старой обшарпанной остановки с облезшей зелёной краской, стоял Игорь. Он не снимал на телефон, не позировал и не улыбался на камеру. Он просто затягивал лямки своего рюкзака — старого, не брендового, с застарелыми пятнами от масла на тканевых вставках. В его руках было что-то неуклюжее, тяжёлое. Не для красоты. Для дела.
Сестра всучила ему билет в этот тур три дня назад. Сказала: «Игорь, ну съезди, хоть раз в жизни отвлекись от гаража, посмотри на горы». Она купила путёвку для себя, но заболела, а деньги терять не хотелось. Игорь молча взял билет — спорить с сестрой было бесполезно.
Рядом с остановкой, привалившись к ржавому столбу, стояла Яна. Она курила — быстро, жадно, как будто это была последняя сигарета в её жизни. Лина уже два раза окликнула её: «Ян, иди к нам!», но та лишь отмахнулась. Она приехала сюда не за «единением с природой» и не за бодрыми речами Артёма. Она приехала, потому что дом стал невыносимым после разрыва с тем, кто три года «кормил её завтраками», а потом просто исчез. Ей нужно было другое небо. И, чёрт возьми, она его получит!
Палыч — невысокий, коренастый, с лицом, которое видело все виды погоды — молча перебирал рюкзаки с общим грузом. Необходимо было распределить его так, чтобы у каждого был свой запас «на всякий случай», но, и чтобы вес ложился по силам. Он покосился на Артёма, который в сотый раз переснимал банданы, и тихо вздохнул.
— Народ, подходи за «общаком», — сказал Палыч, улыбнувшись краем губ. — Сейчас каждому подкину в рюкзак по паре килограмм.
Рюкзак Игоря глухо лёг на землю. Он подошёл к куче общего снаряжения, молча взял из рук Палыча несколько банок тушенки, топор, газовый баллон и начал утрамбовывать их в свой рюкзак. Без лишних слов.
Артём, заметив это, крикнул:
— Игорь, друг, давай я возьму горелку, ты столько не утащишь.
Игорь даже не поднял головы:
— Некогда уже перекладывать. Выходить пора.
Артём пожал плечами, достал свой лёгкий рюкзак и демонстративно закинул его на плечо. Марго посмотрела на Игоря с лёгким недоумением — ну что за человек, только настроение портит. Вадим поправил колонку на лямке, из которой уже доносились тихие биты, и зачем-то повторил:
— Да, выходить пора.
Палыч, ни на кого не глядя, поднял руку и махнул в сторону тропы:
— Группа — за мной. Не растягиваться.
Игорь закинул рюкзак на плечо, поправил лямки и пошёл следом. Не оглядываясь.
Внутри было пусто и спокойно, как в цеху перед большой работой.
И тропа приняла их. Солнце стояло высоко, обещая долгий, тёплый день.
Глава 2. Первый сбой
Ровно через сорок минут после старта Палыч поднял руку, не оборачиваясь. Группа остановилась сама собой — ноги уже гудели, лямки впились в плечи, а обещанный «лёгкий перегон» почему-то всё шёл в гору.
— Малый привал, — коротко бросил Палыч. — Десять минут. Воду попить, перекусить. В туалет — вон за те камни.
Рюкзаки попадали на землю с глухими ударами. Вадим тут же сел прямо в траву, отстегнул колонку, и тишина утра взорвалась битами. Из динамика попёрло что-то танцевальное, ритмичное, совсем не подходящее к хвойным вершинам и тяжёлому дыханию.
Лина, не глядя на мужа, отошла к камню и села спиной к группе, закрыв глаза. Яна, заметив это, перевела взгляд на Вадима — тот довольно откинулся на рюкзак, подставил лицо солнцу и даже не посмотрел в сторону жены. Яна сжала губы, но промолчала. Пока.
Артём присел рядом с Марго на корточки, пока она пила воду из фляги.
— Терпишь?
— Терплю, — она улыбнулась, вытирая губы.
— На обеде будет тебе кофе. Честное слово джентльмена.