Антон Старновский – Библиотекарь государя. Академия (страница 39)

За десять минут до конца занятия все мы вымотались. Вернее, все, кроме Вари. Я подумал, что это идеальное время для того, чтобы поговорить.

— Может уже расскажешь, что с тобой вчера произошло?

— А что со мной вчера произошло? — Будто ничего не понимая, удивлялась Романова.

— Так-так-так. — Погрозил я пальцем. — Мы же договаривались быть откровенны друг с другом. Помнишь?

— А я тебе и не вру… — Облизала губу Варя.

— Варвара Романова…

— Ну хорошо! — Оглянулась по сторонам. — Расскажу…

Она подошла ко мне поближе и перешла на полушёпот.

— Помнишь, я написала тебе после нашей посиделки на веранде, что всё хорошо…?

— Помню.

— Так вот, я тогда солгала… — Варя изменилась в лице. Снова стала потерянной и грустной.

— Что случилось?

— Сначала всё было хорошо. Я вернулась домой, быстренько поздоровалась с родителями, и проскользнула в комнату. А потом… мама как чувствовала… она зашла ко мне в комнату, и несмотря на то, что я сказала, что уже засыпаю, села у кровати. В один момент приблизилась, чтобы поцеловать, и учуяла запах алкоголя…

— Ох, ё…

Для такого деспота, как мама Вари, это должно было быть настоящим шоком.

— Ну и… устроила грандиозный скандал. В последний раз такое было, когда я прогуляла занятие по оригами… она так кричала… так кричала… — Варя снова была на грани того, чтобы заплакать. — Я снова почувствовала себя маленькой девочкой, которая сделала что-то плохое…

— А что в итоге?

–В итоге… мне пришлось всё рассказать. Я растерялась и ничего не придумала. — Нахмурилась девушка. — И про вас, и про несколько бокалов вина…

Я догадывался, что за этим должно последовать.

— Ты сегодня натыкался на людей в чёрных костюмах возле ворот? — Спросила Романова.

Я задумался.

— По-моему, да. Что-то такое видел…

— Так вот, это мои теперешние сопроводители. Охранники, дополнительно нанятые мамой. Если я через пять минут после окончания пар не появлюсь возле ворот…мне конец. — Опустила голову Варя.

— Это… хреново. — Резюмировал я.

— Ещё как. Мы ведь теперь не сможем сходить в кино, как того хотели… мама сошла с ума, и от её контроля никак не скрыться. Я не знаю, что мне делать…

Вот же чёрт. И что здесь, в самом деле, сделаешь?

Очень сомневаюсь, что такого человека, как Варина мама, возможно переубедить. А значит, надо действовать как-то иначе… но как?

— Ты пробовала с ней договариваться?

— Это бесполезно. — Махнулся рукой Варя. — Она непробиваемая.

— Ладно. Ты не переживай. Мы чего-нибудь придумаем. Это уж точно. И сходим все вместе в кино, как и хотели. Да и много чего ещё сделаем вместе.

Варя ничего не ответила.

Вскоре прозвенел звонок, и мы отправились переодеваться. Иван так упахался с моими заданиями, что еле насобирал сил, чтобы натянуть на себя пиджак.

Как назло, следующая пара проходила на самом последнем этаже. А мы были на первом.

Несмотря на нашу договорённость, сошлись во мнении ехать туда на лифте. Иначе бы поход занял всю большую перемену.

— Что у нас сейчас?

— Французский язык… — Устало произнёс Иван.

— Воу. Надеюсь, Агата Марсельевна приготовила для нас что-нибудь интересное… слушать её бархатный голос после физкультуры — что может быть лучше?

— Кровать. — Ответил Иван.

— А ещё лучше — кровать с Агатой Марс… о, Варя, ты переоделась! Ну, пойдём наверх…

Лекция традиционно проводилась совмещённо. То есть, с одной из наших параллельных групп. Поэтому весь этаж был заполнен студентами, ожидающими занятия.

Мы уселись на подоконник и стали ждать.

Я уже запомнил некоторые лица, и поэтому мог определить, с какой именно группой у нас лекция. И сейчас в одной аудитории мы должны сидеть с одногруппниками Винокурова.

Кстати, а где сам Винокуров?

Долго мне пришлось бегать глазами, чтобы отыскать его. Всё дело в том, что обычно он находился в центре внимания. Общался с какими-нибудь девушками, а также его окружали кто-нибудь из его шестёрок.

Но теперь…

Теперь Марк Винокуров сидел на лавочке в полном одиночестве. Никто не хотел даже приближаться к нему.

Думаю, такая реакция закономерна и оправданна. Авторитет Винокурова рухнул, как карточный домик. После того, как он заявил во всеуслышанье, что одолеет меня в схватке, а после несусветно облажался, другого и быть не могло. Все осознали, что Винокуров — полнейший лузер и человек, словам которого нельзя верить.

Жалко ли мне его?

Ни капли.

Каждому — по заслуге. Да будет так.

Тем более, что у меня к нему всё ещё оставались кое-какие вопросы. Я должен был как-то удостовериться, что тех французов, что напали на нас с Аксёновой в парке, послал не он. Потому что у этого человека имелся целый букет мотивов.

Хм… как бы так…

Ладно. Чего мудрить? Самый правильный способ выяснить что-то у человека, это спросить у него напрямую. Правда… такое работает только с нормальными людьми. Винокуров же — не совсем нормальный. Поэтому… подход стоит немножко подкорректировать.

«О…!»

— Вернусь через минуту. — Сказал я Варе с Иваном, и пошёл вслед за Винокуровым.

Судьба благоволила мне, и я не стал медлить. Марк встал со скамьи и двинулся в сторону туалета. Это идеальное место для того, чтобы свершить задуманное.

Туалет находился в другом конце коридора, и в том месте почти не было людей. Это сыграет мне на руку.

Я дождался того момента, пока Винокуров скроется в дверях, и подошёл ближе.

Тихонько прошёл через арку и встал у стены, за которой располагались кабинки. Когда услышал, что с той стороны что-то скрипнуло, а потом полилось, я воспользовался моментом и закрыл дверь, ведущую в коридор. Задвинул засов.

Ну, теперь нам никто не помешает…

Совсем скоро Винокуров покончил со своими грязными делишками и стал мыть руки. Удивительно, но этим он занимался подозрительно долго. Чуть ли не две минуты.

«Чего там так долго можно мылить? Или он депрессивно смотрит в зеркало и думает о том, как ужасна его теперешняя жизнь…? Бедолага…»

Наконец, ручка, отвечающая за подачу воды скрипнула, и жидкость перестала циркулировать по раковине. Затем послышался звук сушилки для рук, а после — шаги.

Я сжал кулаки и приготовился. Уже сейчас Винокуров появится в арке, и тогда я…

«Три…два…один…»