Антон Соя – Инкарнация Вики (страница 15)

Придумать такую историю он просто не смог бы. Фантазии бы не хватило.

– Вики! Я понял, что ты веришь в эту придуманную тобой же лабуду. Наверное, я сейчас поступлю жестоко, но послушай меня внимательно. Я – твой друг с первого класса, и никто не знает тебя так хорошо, как я. Ты говорила про свои черные от рождения губы, но это не так. И губы, и ногти ты стала красить черным в четырнадцать. Тогда же ты стала носить все эти древние платья и шляпки с вуалями. Это нормально. Цой тогда же подсел на «Кино». Я играю в свои игрушки. Все не без греха. Но никакой магии не было. Еще факты, – развивал тему собравшийся с мыслями и нащупавший логические аргументы Ваня. – Ты никогда не умела находить пропавшие вещи. Наоборот, из-за своей рассеянности ты вечно что-то теряла. Может, тогда у тебя и появилась эта мечта: уметь находить все, просто закрыв глаза. Никакой суперспособности к языкам у тебя нет. Английский я знаю лучше тебя. Мой отец не врач, он биолог-арахнолог, изучает паучков. Уроборос у твоих дверей – обычный полуразвалившийся узор на плитке.

Каждое слово Вани словно гвоздь входило в мозг Вики. Вдруг она ясно вспомнила свой последний сон с беснующейся на троне Тори. Ваня в этом сне был точно так же растерян, как она сейчас.

Гамелянский принял ее молчание за знак согласия с его словами и продолжил «лечить» подругу:

– Так что это не какой-то злой колдун изменил твою реальность, Вик. Это тебя что-то переклинило после поездки в Выборг. Зачем ты туда ездила? До нас с Цоем долетали странные слухи, что ты теперь тайно, как бы это сказать помягче… – Ваня запнулся, подбирая слово, – френдишься с Серегой Михайловым. Мы как могли от этих сплетен отмахивались. Но теперь уже готовы поверить. А ведь он же гад, чмо и обкурок. Забыла? Ты его раньше терпеть не могла. Но, учитывая твою неуемную фантазию, готов поверить и в такую метаморфозу. Ирка Бондарь трепалась, что засекла вас в кино первого января. Даже в Инсту хотела выложить, но фотка в темноте не получилась. Ты не с Серегой была в Выборге? Он, случайно, не давал тебе там пробовать ничего интересного? Магических грибов, например?

– Что? Михась? – Лицо Вики перекосила гримаса отвращения. Непонятно, что было противней представить: себя с Михайловым или поедание поганок. – Вы что, совсем сбрендили? Еще меня уличают в каких-то фантазиях. Как вы могли поверить в эту ахинею обо мне и этом отвратительном типе? Чтобы я в последний раз такое слышала! Друзья, называется!

И тут Вики вспомнила записи в дневнике о таинственном парне, «главном враге ее детства», и ее немедленно накрыло волной паники, даровавшей ей неожиданное озарение.

– Нет-нет-нет! Я все поняла. Это просто была не я. Это не моя жизнь. Ее никто не менял и не корректировал. Просто меня подменили. Отправили в чужую жизнь. А в мою запустили злобную копию. Понимаешь, Ваня, – синие глаза Вики заблестели от слез, она вцепилась обеими руками в воротник рубашки Вани и встряхнула его, – это не моя жизнь! Я не знаю, как мне выбраться отсюда!

Испугавшись того, что она делает, Вики отпустила Ваню и снова забралась на подоконник. Друзья с жалостью смотрели на нее.

– Думаешь, ты «попаданка» из параллельного магического мира? Прости, но это тоже не тема. Где же тогда твои хваленые магические способности? Ты – точно такая же, какой я знал тебя всю жизнь. – Ваня уже со всем разобрался. – Я думаю, у тебя вчера случился нервный срыв. Может, ты пытаешься спрятаться в своих фантазиях от неизвестных нам серьезных проблем? Подумай, повспоминай. Мы с Цоем всегда рядом. Друзья – навсегда. А сейчас тебе нужно отдохнуть и перестать терроризировать людей своими фантазиями.

– Может, тебе поговорить об этом с родителями? Они все-таки психологи. Батя у тебя вообще классный мужик, – подал голос Цой, заканчивающий уборку у грязнули Фила. – Хотя история про Карму и старого вампира мне понравилась. Жесть ваще!

– Я поговорю с родителями, – задумчиво сказала Вики. – Но вообще-то я считала вас друзьями. И мне казалось, что друзья должны верить и помогать друг другу.

– Что мы можем сделать? Ты же сама говоришь, что в этом параллельном мире нет никаких зацепок, никакой магии. Обычная скучная жизнь старшеклассников-задротов, – попытался отшутиться Ваня. – У меня даже девушки тут нет, а там – неимоверная красотка.

– Хочешь, я тебя с ней познакомлю?

– Да не нужен я ей. Я же обычный. – Ваня решил сворачивать бессмысленную беседу.

«Вики явно не в себе. И сейчас лучше всего дать ей отдохнуть», – думал он.

– А у меня там есть девушка? – Цой, пряча глаза от Вики, заглянул в клетку вороны. – Блин! Вик! А что случилось с Кармой? Ты что, серьезно напала на нее с ножом? Бедная птица!

– Доходит потихоньку? – Вики спрыгнула с подоконника и пошла в последнюю атаку. – Ребята, все очень серьезно. Пока мы медлим – гибнет целый мир.

– И кто его рушит? – потерянно спросил Ваня.

– Я и рушу. Вернее, Тори. Просто поверьте мне. Разве я многого прошу?

На несчастную Вики было очень грустно смотреть.

– Хорошо. – С сумасшедшими надо соглашаться, вспомнил Ваня. – Что надо делать-то?

– Для начала последить за моими родителями и Шкатовым.

– Ок, – сказал Цой, – мы последим с Ваней. По очереди. А ты поговори с родителями. И не бросайся ни на кого с ножом. Хорошо?

Вики кивнула.

– Мы к тебе будем заходить каждый день, – сказал Ваня.

– А Карму, пока тебе не станет лучше, я заберу к себе домой. – Цой взял ажурную клетку за кольцо сверху и пошел с ней к дверям.

Двери за друзьями захлопнулись. Вики снова осталась наедине со своими страшными мыслями и чужой, бессмысленной, поглотившей ее жизнью.

Элемент пазла № 11

Когда тролли притащили в кирху пленного вампира, глаза Цоя уже почти приспособились к полумраку. Но воткнутые троллями в расщелины между камнями факелы оказались совсем не лишними для детального рассмотрения колоритного пленника. Впрочем, с колоритом у него все было очень скудно. Присутствовали всего две краски – белая и красная, – причем красными были только горящие злобой глаза Альбуса. Белые кроссовки, белые джинсы и даже белый, безжалостно разодранный троллями кожаный плащ делали альбиноса похожим на огромное насекомое. Он легко сошел бы за полного клона Анжело, если бы не длинные волосы, собранные белой резинкой в хвост на затылке, и хищное скуластое лицо, ангельским которое никто бы не решился назвать. Вампир стоял на коленях перед ангелом смерти и глумливо улыбался, хотя его руки были связаны за спиной толстой веревкой. Страха в его красных глазах не было.

– Салют, Альбус! Сто лет не видел твою мерзкую рожу. Все так же тупо копируешь мой стиль? Я же просил тебя никогда не попадаться мне на глаза.

– Я тоже рад тебя видеть, ангел! Какой же ты смелый и остроумный. Тяжело, наверное, быть таким отважным остряком перед связанным противником? – Альбус перевел свой взгляд на Цоя. – Завел себе дружка? Это правильно. От одиночества портится характер. Кстати, малыш, мой стиль будет постарше, чем у твоего дружка-ангела. Эти божьи птички еще летали голышом, когда я уже ходил весь в белом и стрелял по ним из лука. Ты знаешь, малыш, какая вкусная требуха у ангелов?

Цой даже отвернулся, чтобы не видеть воспаленных красных глаз неприятного существа.

– Я развяжу тебя, как только ты мне скажешь, с чего это ты так рад меня видеть? – произнес Анжело, со стоном принимая сидячее положение. – Зачем ты искал меня, Альбус?

– Да, я искал тебя и рад, что нашел живым, хоть и не в добром здравии. Меня послал Создатель, и я рад, что смогу исполнить его волю.

– Кто-кто тебя послал? – Лица Анжело и Альбуса теперь разделяло не больше метра. Страшные тени, порождаемые неровно горящими смоляными факелами, весело плясали на стенах кирхи. – Создатель иллюзий? Отец лжи? Обманщик? Плут? Лиходей? Клеветник?

– Я вижу, ты прекрасно знаешь, как его зовут. – Вампир сплюнул кровью на пол кирхи.

Только сейчас Цой понял, что рот Альбуса разбит, хотя снаружи его белые губы выглядели совершенно анемичными.

– Но он по-прежнему предпочитает имя Локи?

Анжело явно развлекал этот разговор. Цоя же, напротив, утомлял. Он с ужасом ждал обещанной Анжело неминуемой развязки и не мог сейчас думать ни о чем другом.

Карма с большим интересом слушала двух альбиносов, выделывающихся друг перед другом как дворовые мальчишки.

– Нет, он теперь для всех Создатель. И я бы не советовал тебе употреблять другие имена при встрече с ним.

– Мне жаль, что я отправил троллей восвояси. Они бы очень порадовались нашей беседе.

Тролли – тупые скоты. Такие же, как и их предки великаны. Короче, наш Создатель здесь, и он вернулся, чтобы править этим миром. Всех Древних к ногтю! Кто не подчинится, будет уничтожен. Всю магию сотрем с лица земли. И люди опять займут свое место. Все вернется к должному порядку. Создатель хочет, чтобы ты вернулся под его знамена. У вас сейчас есть общие враги – Древние. Они одинаково хотят и его, и твоей смерти. Ты сам все прекрасно видишь, Анжело. Сегодня тебе повезло, а завтра они тебя обязательно достанут. Создатель готов взять тебя под свою защиту. Вместе с тобой он наведет порядок в мире. Хватит тебе уже бегать от Древних.

Анжело брезгливо поморщился, то ли от боли, то ли от того, что услышал.

– Последний раз я его видел лет семьсот назад. И он тоже нес эту пафосную чушь. Уже тогда в него никто не верил. Уже тогда почти весь мир служил Первородному. Потом Лжец появлялся то там, то тут, нашептывал чего-то Древним, плел интриги. Но говорят, что Древние его изгнали. И лет двести его никто не видел. Так что случилось сейчас? Что изменилось? Откуда новый план и силы? И почему он вдруг послал тебя меня убить? Чем я так помешал ему – тому, в слова которого давно никто не верит, а дел его уже никто не помнит? Одно лишь имя – Лжец!