Антон Соя – Идентификация Вики (страница 21)
– Максим Рац, потомок могущественных лангобардских колдунов, генный инженер, доктор наук, посвятивший свою жизнь изучению мозга крыс и человека, крысолюб и человеконенавистник. – Филин воспользовался тем, что Матильда замолчала, грустно глядя на Вики единственным глазом. Вики даже увидела крупную слезу на кошачьем глазу. – Известен нам теперь как предводитель питерских крыс, провозгласивший себя их королем Максимаусом Первым Двухголовым. Король не по крови, а по браку. Унаследовал титул от жены Матильды, королевы африканских кошек.
– Все кошки изначально африканские, – вставил Ваня.
– Поправка принята, – милостиво согласился Фил. – Это мы виноваты. Орден Уробороса. Не уследили. Павел и Мария в Африке были на симпозиуме, а я проворонил Матильду. Леной ее тогда звали. Буквально на днях мы собирались ей раскрыть ее суть, королевское происхождение и возможность обращаться кошкой. В результате она потеряла человеческий облик, колдовскую силу и первую жизнь: у каждой королевы колдовского мира их две. А мир приобрел страшного, безумного врага. Это его предки когда-то использовали крыс, чтобы переносить блох, носителей чумы! Я помню эти страшные годы. Страшнее было только во Вторую мировую…
– Так я не поняла, Матильда, – бесцеремонно перебила Фила нетерпеливая Вики, – этот мерзавец обманул тебя, не спас Андрея, а ты все равно сдержала слово и вышла за него?
Кошка вздохнула и продолжила рассказывать свою ужасную историю:
– Я очнулась в теле, которое вам всем знакомо, на Южном кладбище, в момент, когда мой гроб опустили под землю. Ничего не понимая, я, только что бежавшая к метро, вдруг увидела своих родных и одноклассников, плачущих над могилой. Решив, что это хоронят Андрея, я истошно закричала.
«Уберите кошку», – первое, что я услышала в новой жизни.
Но это было не так-то просто. Я визжала, царапалась и кусалась. Хотела, чтобы родители узнали меня в этом кошачьем виде. Не знаю, как они меня тогда не прибили. Испортила собственные похороны. А через час хоронили Андрея. Моего Андрея! Силы мои кончились. Голова не работала. Я просто дождалась, когда все уйдут, и уснула мертвым сном на могиле любимого. Неделю я лежала на могиле. Не ела, не пила, не думала ни о чем, вернее, старалась не думать. Маленький лысый псих не выходил у меня из головы. Он обманул меня! Это бесило меня больше, чем кошачье тело. К новой сущности привыкаешь быстро. Старые чувства никуда не уходят. Меня никто не трогал. Кладбищенские рабочие обходили меня с уважением. А потом, когда я совсем ослабла, кожа да кости, и почти не могла пошевелиться, к могиле пришли две крысы. Одна – отвратительный белый двухголовый урод, а вторая – обычная серая, вызвавшая у меня непонятную симпатию, несмотря на крысиный облик.
«Привет, я Максимаус, будущий император Земли! Помнишь меня, кошка? Ты задолжала мне два желания. Правда, одно я уже забрал. Твоей жизненной силы хватило, чтобы обратить двоих. Я знал, где тебя найду. Вот только добираться из города пешком до Южного кладбища получается долго, извини».
Какой же мерзкий это был писк. А вонь из пасти! Эту вонь я узнала бы в любом обличье. Если бы у меня были силы дотянуться до него, я бы разорвала его в клочки.
«Тише-тише, я выполнил свою часть договора. Смотри, вот он, твой Андрей, живой и невредимый, и выглядит гораздо лучше, чем раньше».
Черт побери, лысый псих превратил моего любимого в крысюка! Не только сам стал крысой, но и его обратил безвозвратно. И использовал при этом мою силу, которую я сама ему отдала. Перенес душу из его больного тела в эту крысиную сущность. Спас, как и обещал, черт его дери! Короче, виновата во всем, виновата кругом, виновата сама. В крысиных глазах Андрея стоял дикий ужас. Он был обычным человеком, и, чтобы адаптироваться к жизни крысы, ему понадобились годы, но ужас в глазах и ненависть ко мне в нем остались навсегда. Навсегда. Навсегда…
Матильда опять замолчала. Нахлынувшие чувства не давали ей продолжить. И на помощь вновь пришел мудрый Филин:
– В ту пору у питерских крыс был вожак по прозвищу Бесхвостый или просто Бес. Бесстрашный пасюк размером с таксу и с откушенным кошкой хвостом. Но куда ему было против хитроумного двухголового Максимауса, доктора наук, мозговеда и полного психа. Когда тот заявился в подвал Гостиного Двора на совет стаи с ручной, на все согласной кошкой и человеком, превращенным в крысу, его сразу выбрали новым вожаком. А старого Беса съела Матильда.
– Я сожрала бы их всех, если бы смогла, – очнулась кошка, – но главного ублюдка, которого я больше всего на свете хотела разорвать на тысячи кусков, я не могла даже тронуть. Ради души Андрея, запертой в крысином теле, я пошла на все. На пышную крысиную свадьбу – для того чтобы Максимаус официально стал королевской особой. Вы бы видели этот пир, на который сбежались лучшие крысы Питера и Ленинградской области!
Приехали даже почетные гости из Москвы. Вроде как на скоростном поезде «Сапсан» в чьих-то сумках. Не поверите, но там была даже гигантская перуанская выдра в качестве иностранного гостя! И целая делегация нутрий, которые налакались красного вина из бумажных коробок и устроили драку. Из кошек была, естественно, только я. Происходило это замечательное действие на огромном продуктовом складе известного супермаркета. Сколько же продуктов было изгрызено в ту ночь… Мой благоверный, чтоб он трижды сдох, на всякий случай накачал меня успокоительными лекарствами. Жаль. Эти твари могли надолго запомнить нашу свадьбу. В конце пира Максимаус сам водрузил на свою верхнюю голову корону, сплетенную им же из медной проволоки, и объявил начало священной войны против людей. «Я буду королем мира!» – кричал он, а крыс Андрей радостно подпискивал ему и лакал вино с цементного пола. Это ради него, ради того, кого считала своей любовью, того, кто был мне дороже жизни, я согласилась жить в вонючем крысином аду. Королевская жизнь в канализации, бредни отвратительного Максимауса… Радовало только одно – мой супруг был на редкость безжалостен к собственному народу, во всех видел трусов, скрытых врагов и предателей. А казнила их я, королева-палач Матильда. Три года, три года с крысами…
– Они ведь теперь перебазировались в подземелья Петропавловки? – спросил Мотю Фил, пытаясь направить ее рассказ в новое, менее болезненное для нее русло.
– Да, Максимаус со свитой и войском перебрались в подвалы Монетного двора перед самым моим побегом. Я сбежала, когда поняла, что моя защита Андрею уже не нужна. Он стал настоящей крысой. Нет, даже большей крысой, чем настоящие. Благодаря абсолютной безжалостности, лизоблюдству и рвению дослужился до начальника гвардейцев Максимауса. И даже провел быструю победоносную войну с голубями в районе Сытного рынка. Теперь он правая рука двухголового короля. Сарказм судьбы: лучший парень в мире теперь старается стать лучшей крысой в мире. Моя любовь к Андрею постепенно переросла в ненависть ко всему крысиному народу. Да, кстати, это с ним, с крысой Андреем, мы выясняли отношения на твоей площадке, Вики. Максимаус послал его вернуть меня, хотя три года нашего брака прошли. Подлый обманщик, он и здесь не хотел держать слово. Я бежала к тебе, Вики, инстинктивно понимая, что только ты, самая сильная ведьма на свете, сможешь помочь мне вернуть Андрею его изначальный облик. А теперь даже и не знаю, надо ли? Ты видела его в серой человеческой оболочке – она такая же пустая, как и у других крыс. Похоже, что ничего от человека в нем больше нет.
– Ужас какой. – Вики настолько впечатлила история Матильды, что она пересадила Федди со стола к себе на коленку.
– Этот Максимаус не только Андрея в крысу превратил. Он всех своих подданных зомбировал. Дал им внешнего врага – Человека, от которого у крыс все проблемы, что сразу их сплотило и подняло боевой дух. Теперь готовит их к смертельной битве за власть над миром, который по праву принадлежит крысам. Типичный клиент ордена Уробороса. Давно уже надо было с ним разделаться. «Хватит стоять на коленях перед этими тупыми двуногими – перегрызем их сытые глотки, пока эти зомби пялятся в свои айфоны! Напомним им, что реальность кусается! Зря они загнали нас в угол своими отравами и санэпидстанциями, с крысами так нельзя!» – это из его последней речи на совете. Перебежчик доложил. А внутренних врагов, крыс поумнее, которые воевать не хотели, гвардейцы Макси-мауса всех извели. Одна Матильда наша сколько этих крысиных диссидентов съела, не сосчитать. Первая в мире кошка – королева крыс! – Непонятно было, восхищается Фил Матильдой или по-дружески глумится.
Вики было ужасно жалко смелую кошку, пострадавшую за любовь. Она действительно почувствовала в ней родственную душу и полюбила ее еще больше. Только вот чем она могла ей помочь? Пока Вики даже своего любимого не способна расколдовать.
В. Р. Цой
История 16,
где тайны продолжают раскрываться одна за одной, завеса тьмы слегка подергивается, но остается на месте и вопросов у Вики становится все больше и больше.
Как только за окнами засверкали первые молнии, Вики быстренько выключила весь верхний свет в квартире – для безопасности так приходилось делать в каждую грозу. Теперь весь круглый кухонный стол был заставлен разнокалиберными свечками: высокими восковыми, разноцветными декоративными и даже бесформенными оплывшими огарками, так что разговоры за ним приняли еще более романтический и в то же время зловещий характер.