Антон Рябиченко – Наследник самозванца (страница 47)

Оставляя Больту эту копию своих доспехов, я преследовал еще одну цель. Конечно же первые несколько комплектов выкупят люди, интересующиеся мной и моим отрядом. Так пусть они узнают характеристики брони, намного отличающейся от нашей. Может так статься, что в самый ответственный момент это сыграет решающую роль.

В доме Стального Пса остался десяток рабов, которых нельзя было брать с собой в путешествие в силу их возраста. Прежде всего это были управляющий и лекарь с женами, а также несколько старых рабов из прислуги. Я освободил их всех и принял на работу, назначив небольшое пособие. Управляющий со слугами должен был содержать усадьбу в порядке, а лекарь получил в свое пользование несколько комнат и должен был организовать прием больных на платной основе. Получался неплохой тандем. Пришел путник, недавно побывавший в передряге, и в одном месте и подлечился, и сдал в ремонт порубленную броню или сломанное оружие. А может, и купил себе все новое. На первое время я оставил Больту, управляющему и лекарю по сотне золотых, но в ближайшем будущем они должны будут перейти на самоокупаемость. Не знаю, как сложится жизнь, но иметь такое представительство на Великом Рынке дорогого стоит.

– Не скучай, Больт, – обнял я его в ответ. – Изобретай, экспериментируй, торгуй, только в долги не влезай.

– Хватит уж с меня долгов, – он махнул протезом, – они дорого обходятся. Береги себя!

– До встречи, друг! Ловкач, вперед!

Глава 19

Пыльный замок

Вереница фургонов медленно приближалась к приземистому замку, стоящему посреди пустыни. Колеса то и дело застревали в песке так, что лошади не справлялись, и людям приходилось им помогать, толкая фургоны и повозки. Сильный ветер поднимал тучи пыли, которая, казалось, проникала всюду, заставляя слезиться глаза и чесаться тело. И люди, и животные смертельно устали, но продолжали упорно двигаться к цели.

А ведь начиналось все очень неплохо. Я окунулся в воспоминания. Мы незаметно присоединились к каравану. Учитывая, что он был собран из отрядов десятка купцов, это было нетрудно. И узнать нас в хаосе повозок, фургонов, животных и людей было сложно, хотя и не невозможно. Почти перед самым отправлением меня нашел Вонючка.

– Подай убогому на кусок хлеба, – заныл он, едва приблизившись.

Эрн хотел было огреть его древком копья, которое он ладил в этот момент к фургону, но я перехватил руку гладиатора.

– Не надо, я сам разберусь. – И, обернувшись к Вонючке, спросил: – Говорят, нищие все новости Рынка знают. Что обо мне слышно?

– Много чего: одни за победу хвалят, другие за нее же ругают, третьи поговаривают, будто с долгами ты расплатился и заслужил уважение гильдии. А еще слышал, что сардукары тебя ищут. По-моему, даже многовато новостей для одного человека.

– Спасибо. – Я кинул ему золотой. – Будь здоров.

Что делать? Убирать метку Сабуда или не стоит? С одной стороны, с ее помощью меня могут найти, значит, убирать надо. Но, с другой стороны, я все еще в пределах Великого Рынка, где меня знают в лицо. Следовательно, без метки встреча с сардукарами чревата ненужными вопросами. И я решил избавиться от нее, только когда покину город.

Несмотря на предупреждение нищего и нехорошие предчувствия, с Великого Рынка мы выбрались свободно, а вот сразу за его пределами нас ждали, причем к встрече подготовились основательно.

Сотня конных степняков под предводительством мага, охраняемого пятеркой сардукаров, встали на пути каравана.

– Чу’храбадару Айвери, его рабам и слугам велено отправиться в Пыльный замок, – прогремел голос, усиленный магией, – и защищать интересы эмирата, пока его не призовут обратно.

Вот тебе раз! Это же, считай, вечная ссылка. Что это за место, Пыльный замок? И что делать? Сражаться нельзя. Тридцать человек против сотни с лишним степняков и мага, прикрытого пятеркой сардукаров. Это несерьезно! Тем более что охрана каравана в лучшем случае останется в стороне, а в худшем еще и поможет законным властям. И сбежать не выйдет, разве что Идану с братьями, хотя и их тоже догонят. Придется подчиниться, но, возможно, удастся освободить часть людей.

Соседние отряды начали отодвигаться от нашего, не желая присоединяться к походу в Пыльный замок. Наши возницы тоже забеспокоились и начали выпрыгивать из фургонов и перебегать к другим отрядам.

– Если кто-то хочет вернуться на Великий Рынок, то сейчас самое время, – тихо сказал я своим людям. – Бегите с возницами и возвращайтесь к Больту. Ему нужны охранники, так что он вас примет.

Пятеро гладиаторов, присоединившихся ко мне днем, решили уйти. Трое тяжелых пехотинцев и двое арбалетчиков. Я даже удивился, что их оказалось всего пятеро, но такая преданность объяснялась скорее не моими заслугами, а тем, что людям попросту было некуда податься. Недавние рабы на Великом Рынке были очень уязвимы и вполне могли снова угодить в рабство, а невооруженных мастеров поработят гарантированно.

Наша небольшая хитрость удалась. Гладиаторы прикинулись наемниками и вместе с возницами присоединились к другим отрядам. Маг на это не отреагировал, а охране каравана до них дела не было. Численность моего отряда сократилась до двадцати одного разумного.

После того как соседние отряды отделились, степняки окружили нас, и маг приказал выдвигаться.

Первый дневной переход оказался самым сложным. Маг создал позади отряда какое-то желтое облако, попадать в которое решительно не хотелось никому, и это облако двигалось с постоянной скоростью на грани наших возможностей, подгоняя весь наш отряд и изматывая как людей, так и животных.

Нам позволили остановиться только после захода солнца, когда наш отряд вышел к импровизированной стоянке другого отряда. Впрочем, уже на следующее утро я понял, что называть это сборище отрядом было опрометчиво, ибо объединяло этих людей лишь одно – все они были сосланы в Пыльный замок.

Подняли нас ни свет ни заря, причем подняли весьма необычным образом. Примерно в четыре часа утра позади лагеря снова возникло желтое облако. Благодаря выставленным на ночь часовым мы это облако заметили первыми. Я приказал своим людям сворачивать стоянку, а сам в сопровождении пятерки гладиаторов пошел будить наших соседей.

Люди реагировали по-разному: кто-то начинал ругаться, кто-то сонно просил отстать, но все мгновенно просыпались, едва услышав предупреждение о желтом облаке. Мои люди оказались самыми организованными, поэтому тем утром, впрочем, как и во все последующие, наши фургоны заняли место впереди каравана.

Следующие дни оказались похожи друг на друга. Подъем в четыре утра, короткие сборы и движение до полудня. Затем часовой перерыв, во время которого мы могли поесть, а также покормить и напоить лошадей, и снова движение до захода солнца.

Постепенно я познакомился со всеми нашими спутниками. Оказалось, что нас объединяет не только цель путешествия. Никто из нас не был преступником, но каждый так или иначе вызвал недовольство эмира или его приближенных. Торговец вином Пам из последней повозки поставил во дворец партию испорченного вина. Юнец Чарли из предпоследней позволил себе посмеяться над жрецом Сабуда. Офицера дворцовой стражи Ильяза заподозрили во влюбленности в четырнадцатую наложницу второго сына эмира. Таких неудачников насчитывалось четыре десятка в пяти повозках, и никто не знал, куда нас ведут.

За время путешествия случилось всего два инцидента. На пятый день один из мужчин проспал. Почему его не разбудили соседи, не знаю, но весь отряд навсегда запомнил жуткий крик, раздавшийся, когда желтое облако коснулось ног несчастного. С тех пор будить никого не требовалось.

Второй случай произошел на седьмой день. Пятеро смельчаков или глупцов попытались сбежать под покровом ночи, но едва вышли за пределы лагеря, как попали в кислотное облако, моментально возникшее вокруг них. Эти почти не кричали, но желающих снова испытать охранное заклятие больше не нашлось.

Повозку с добром, что осталась бесхозной после неудавшегося побега, подобрали мои люди. Следует отметить, что на нее никто другой и не претендовал, так как все едва справлялись со своими.

А вчера был последний день, когда нас сопровождали степняки. На ночлег мы остановились в небольшом оазисе, и нам разрешили набрать воды во все емкости, что у нас имелись. Памятуя о совете Гасима, я приказывал менять воду на свежую на каждой стоянке, и эта не стала исключением.

В четыре часа утра появилось привычное облако, и, лишь начав движение, мы заметили, что степняки и маги остались на месте. Степь уступила место пескам, и весь дальнейший путь мы проделали в одиночестве, ведомые одним лишь облаком. Стоило нам чуть отклониться от курса, как сбоку появлялось еще одно облако, загоняющее нас на указанное магом направление. Из-за этого мы были вынуждены взбираться на барханы, выбиваясь из сил. И вот, почти к концу дня показался замок, до которого мы так долго добирались.

– Кто это? – с удивлением спросил Идан, указывая рукой влево от замка.

– Глорхи! Эрн, строй бойцов слева от повозок. Как только твари подойдут, выдвинетесь навстречу так, чтобы вызвать облако прямо на них. Идан, впрягайте своих лошадей в фургоны и готовьте луки.

У нас было семь свободных лошадей: две сменных тягловых и пять боевых лошадей кавалеристов. Как раз по одной дополнительной лошади на каждую из наших повозок. Благо имеющаяся упряжь позволяла такое.