Антон Русич – Хорс (страница 2)

Первая стоящая находка ждала меня в самом конце короткого коридора. На полу одной из комнат лежал пластиковый вакуумный пакет с упакованной в него одеждой. Пластик оказался очень прочным, и мне пришлось повозиться с его вскрытием. Распоров неподатливую пленку осколком стекла, я стал обладателем ярко-оранжевого комбинезона просто огромного размера и полуботинок из мягкой резины на того же великана. Повертев в руках безразмерную находку, решил, что лучше в таком балахоне, чем с голой жопой, и влез в нее. Молнии или других застежек одежда не имела. Озадаченный этим фактом, я попытался просто запахнуться тканью. Каково же было мое удивление, когда края ткани срослись, не оставив и следа, а спустя пару секунд одежка резко уменьшилась в размере и об легла мое тело словно вторая кожа. Охреневая от происходящего, я провел рукой по месту, где должна быть застежка. Сначала снизу вверх от паха до небольшого ворота, а потом вниз. Ткань распалась, и комбинезон стремительно увеличился в размере, повиснув бесформенным балахоном на моих плечах. Повторил процедуру в обратном порядке. Ткань срослась и приняла нужный размер. Совал босые ноги в полукалоши-полуботинки, уже зная результат, и они не разочаровали. Обувь ужалась по ноге и намертво срослась с тканью комбинезона.– Ладно, пора выбираться из этого бункера. Мне еще перед Батей отчитываться за парней, – пробурчал я себе под нос и зашлепал босыми пятками по ребристому полу. Направление движения выбирать не приходилось. То, что ворота мне не откроют, и ежу понятно. Так что топаем вперед по коридору, а там по ситуации разберемся. Коридор был девственно пуст, если не считать мелкий мусор на полу, что состоял из ржавчины и бесформенных кусков потемневшего от времени пластика. Я специально в нем копался. Любой хлам несет в себе информацию о его хозяине, но не в этот раз. Метров через сто коридор упирался в развилку. На стене под слоем грязи и пыли просматривался информационный щит с указателями. Очистив его ладонью, смог разглядеть надписи на нескольких языках. Если две группы закорючек мне были совершенно не знакомы, то вот третья оказалась вполне читабельна, хоть шрифт и был непривычен: «Сектор С7 – жилой блок» – синяя стрелка влево «Транспортный узел» – желтая стрелка вправо Прикинув так и этак, повернул влево, и дело тут не в том, куда идут нормальные мужики. Все намного проще. Мой голый зад давно покрылся гусиной кожей, хоть вроде вокруг не так уж и прохладно, да и жажда начала донимать. Вероятность разжиться одеждой и найти воду в жилом блоке явно выше, чем в транспортном узле. Да и пожрать не помешает, но это уже придел мечтаний. С освещением в этом коридоре было заметно хуже. В лучшем случае пятая часть потолочных ламп тускло светилась. Пол был завален разнообразным мусором, который при скудном свете становился просто опасен, приходилось ступать аккуратно. Не хотелось пропороть босую ногу об осколок стекла или острый кусок пластика. К пыли и ржавчине на стенах прибавились следы воздействия высокой температуры и пулевые отверстия. Если следы от пуль особо не вызывали моего интереса, невооруженным взглядом было видно, что сражение в этом коридоре произошло очень давно, края пробоин с поврежденным изоляционным материалом проржавели и рассыпались трухой, стоило их коснуться. То вот оплавленные пятна были более занимательны, особенно дыра в аварийной переборке, опущенной обороняющимися, чтобы отсечь атакующих. По роду своей деятельности я насмотрелся на последствия огневого поражения всех возможных форм. И мог легко определить, какое оружие оставило тот или иной след, по крайней мере его тип. Здесь же я растерялся и не мог понять, чем так жестко перекорежило аварийную переборку. Даже термобарические боеприпасы не способны плавить десятисантиметровый в толщину металл словно воск. Нет, прожечь его кумулятивной струей это без проблем, но она не оставляет дыр, в которые спокойно может пройти взрослый человек. Пощупав оплавленные края и удивлённо хмыкнув, я шагнул сквозь преграду. Сразу за препятствием начался обещанный жилой блок. С обоих сторон коридора на равном расстоянии располагались жилые комнаты. Дверей в них не было, нападающие с ними не церемонились. Куски металла, некогда отделявшие жилые помещения от коридора, были выворочены и валялись на полу либо в самом коридоре, либо внутри жилых помещений. Складывалось впечатление, что их гидравлическим прессом выдавливали или неведомое чудовище вырывало когтями. Слишком уж странные следы я нашел на скомканном металле. Надеюсь, тварь давно сдохла от старости, не хотелось бы мне встретить в темном коридоре чудище, способное сотворить такое. Моей дубинкой ему можно только спинку почесать. Больше всего жилой блок напоминал стандартную армейскую казарму с кубриками на двух человек, ну или общежитие. Все же назначение этого объекта мне непонятно. Первые пару комнат выгорели дотла. Ничего кроме черной сажи и оплавленных каркасов скудной мебели в них обнаружить мне не удалось. Следующие помещения следов пожара не имели, но и добычи так же не принесли. Кубрики несли на себе следы механических разрушений, казалось, кто-то задался целью уничтожить все, что только возможно. Комнаты были завалены обломками мебели, кусками деформированного пластика облицовочных панелей и полуистлевшими обрывками ткани. Ничего кроме грязи и пыли найти в них мне не удалось.

Как я ни старался, но противника я заметил в последний момент и успел лишь частично уклониться от его прыжка. Сильный толчок в плечо швырнул меня на пол. Механическая тварь заскользила по гладкому полу, гася инерцию и разворачиваясь для новой атаки.– Там чудеса: там леший бродит, русалка на ветвях сидит, – пробурчал себе под нос, комментируя ситуацию. Находка, да и ситуация, в которой я оказался, вызвала кучу вопросов, но пытаться найти на них ответы мне показалось бессмысленным. Слишком мало информации, чтобы делать какие-то выводы или хотя бы строить правдоподобные версии. Пока в голову лезли мысли о реинкарнации, переносе и тому подобная попаданческая чушь из фантастической литературы, которой я увлекался в редкое свободное время. Не успел я порадоваться обновкам, как до меня донесся звук: – П-СШШШ, П-СШШШ – Подхватив свое импровизированное оружие, сжал гладкий шток гидравлического цилиндра двумя руками и развернулся к его источнику. Звук доносился из дверного проема на торце тупикового коридора. Чувствуя себя героем идиотского клишированного ужастика, двинулся на звук в полумраке моргающих светильников. Аккуратно опуская ногу на заваленный бесформенным хламом пол, стараясь не издавать лишних звуков, порадовался обувке. Несмотря на кажущуюся тонкость материала, ботинки были прочными и надежно защищали ступни от острых сюрпризов. Добравшись до нужной двери, прижался к стене и осторожно заглянул в помещение. Это оказалась столовая, ну или что-то похожее. С освещением здесь было еще хуже, чем в коридоре, но рассмотреть множество столов и стульев, сваленных в кучу в попытке создать баррикаду, мне удалось. Похоже, часть защитников приняла здесь свой последний бой. – П-СШШШ, П-СШШШ – вновь раздался странный звук. Дальний угол тонущего во мраке помещения осветился вспышкой дуговой сварки, ну или автогена. Секунды четыре работы, и свет сменился звуками странного шебуршания и еле слышного бряцанья, словно скрытый от меня сваленной в кучу мебелью рабочий перебирает мелкие детали. Внимательно смотря под ноги и стараясь не выдать своего присутствия, приблизился к баррикаде. Секунд десять прислушивался, стараясь понять, остался ли мой маневр незамеченным, а потом осторожно выглянул из-за перевернутого стола. – П-СШШШ, П-СШШШ – угол помещения озарила новая вспышка. «Это что за хреновина!!!» – у меня хватило самоконтроля не произнести это вслух. В углу стоял аппарат, напоминающий советские автоматы с газировкой. Его передняя панель была варварски вскрыта, электронные потроха вывернуты наружу. Жгуты кабелей с кусками плат свисали почти до пола, и среди них копошился металлический «паук», что-то вырезая автогеном или плазменной горелкой из внутренностей устройства. Небольшой робот выглядел полудохлым. Из шести опорных суставчатых манипуляторов функционировали лишь четыре. Задний правый был неестественно выгнут и периодически вздрагивал в конвульсиях сервоприводов. С левой стороны один манипулятор был вырван с корнем. Полуметровый дискообразный корпус лишился лакокрасочного покрытия и был исцарапан, словно его кошки драли. Также на корпусе сохранились черные резиновые куски обшивки, свисавшие рваной бахромой, словно истлевшие тряпки. В передней части корпуса машина имела два более коротких манипулятора. На одном было три гибких стальных пальца, которыми он держал вырезаемую деталь, а второй оканчивался раструбом горелки. Сенсорный блок робота крепился на гибком жгуте-манипуляторе и был тоже поврежден. Он лишился одной из двух видеокамер, ее круглый глаз был оплавлен. Неплохо его жизнь потрепала. От удивления потерял я осторожность и коснулся рукой одного из стульев в укрывавшем меня завале. Конструкция сместилась, и по помещению прокатился металлический грохот. Я всего на мгновение отвел свой взгляд от «паука», но этого хватило, чтобы он скрылся во мраке. Прятаться теперь было бессмысленно, поднявшись в полный рост, я поудобней перехватил свою дубину и принялся озираться, стараясь засечь тварь среди разбросанного на полу хлама. Не знаю почему, но все мое нутро кричало об опасности. Хотя, наверно, глупо ожидать нападения от, судя по всему, сервисного дроида или робота, чинившего неисправный агрегат.