Антон Перунов – Такара (страница 24)

— Садись, Гаев. Я расскажу, кто мы такие, но потом ты четко ответишь на МОИ, — он особо выделил последнее слово, — вопросы. Иначе в расход тебя и любого из твоих на твой выбор. Ты понял меня?

— Да. — Выдохнул Гай, медленно опускаясь на землю, жизнь внезапно засияла для него новыми неведомыми прежде красками, в душе нарастала эйфория, которую он постарался сразу задавить — не до того сейчас было.

— Мы воины УРа. Егеря. Боевая группа Третьей Специальной Тактической Бригады Уральской Республики. Задача: поиск и сбор новичков.

Гай был готов услышать что угодно, но Уральская республика — это выходило за рамки ожидаемого.

— Как Уральская?

— Да, у нас тоже есть Урал. Все, на твой вопрос я ответил, — Сказал тоном, не допускающим возражений старший.

— Вопрос первый, куда вы направлялись?

— На юго-запад, искали обитаемые территории. Людей. А нашли вот вас.

Оппонент пропустил колкость мимо ушей.

— Где произошел переход?

— Озеро на восток по реке. Примерно в восьмидесяти километрах.

— Так. — Командир побарабанил сильными пальцами цвета мореного дерева по планшетке. — Почему ушли из лагеря?

— Там начинался бардак. Им там все равно не выжить.

— Ясно. Покажи на карте. Мы вот здесь. — Обозначил место дислокации карандашом.

Перед Тимом возникла настоящая топографическая карта, точнее фрагмент с заранее и аккуратно подогнутыми краями. Сориентировавшись, он четко показал на озеро, откуда они недавно ушли. Одновременно он постарался запомнить как можно больше данных указанных на видимом ему развороте карты.

— Изучаешь? Молодец. Хватка есть. Может, что из тебя и выйдет Тимофей Гаев. — Он не торопясь достал из кармана коммуникатор Гая. — Что это?

— Комуникатор. Маленький компьютер с функциями сотового телефона, цифрового фотоаппарата и ФМ-радио, обеспечивает доступ к Интернету… Ну и еще ряд функций. — Чуть помолчал и добавил. — Как мне к вам обращаться?

— Старшина Бер, — Задумчиво ответил собеседник, крутя в пальцах устройство. — Как он работает?

— Позвольте, — Тим протянул руку.

Бер не колеблясь, вернул Гаеву комм, отнятый вместе с документами и оружием во время захвата. Тим включил машинку и произвел ряд простейших манипуляций, включил и выключил молчащее здесь радио, потом сфотографировал старшину и сразу показал ему фото, к слову удачное. Видимо удовлетворенный демонстрацией, Бер приподнял руку, приказывая остановиться.

— Достаточно. Оставьте себе. У тех, кто на озере есть еще такие устройства?

— Есть. Много. И еще лучше — настоящие ноутбуки.

Вопреки ожиданиям расшифровать термин «ноутбук» приказа не последовало.

— Из-за чего конфликт в группе? Не справился, командир? — Теперь старшина вернул полученную колкость Тиму.

— Нет. Подобрали еще людей, а с ними двое придурков. Увидели медведей — принялись палить.

— Вот оно что. Они хозяев леса сгубили?

Суровая маска на лице Бера вдруг напомнила Тиму туземного идола, такую же справедливую жестокость воплощал командир.

— Начали они. Мы уже добивали, когда Севу зверь подрал. — Тим продолжал быть максимально честным.

— Ясно. Слушай внимательно Гаев, отвечать будешь лично ты. Успокоишь людей — мы вам не враги. И не «фашисты-блядь». — Собеседник до того точно передразнил «геройскую» интонацию Тима, что тот улыбнулся, несмотря на побои. — Сообщишь, что узнал. Задача твоей группы: обустроить лагерь и отдыхать. Соберите побольше дров, ночь будет прохладной. Оружие пока не вернем.

— А самострел, ножи, топоры? — Задал вопрос Тим.

— Забирай, но без глупостей, Гаев. — И сразу добавил, обращаясь к стоящему за Тимом бойцу. — Полоз, отведи Гаева к своим, пусть поест. Потом, как и с остальными, и пусть его перевяжут. Сами не справятся, дозволяю кликнуть Барсука. Оружие, кроме ружей вернуть. — И вновь обратился к Гаю. — Вот расписка за консервы. Идите.

Поднявшись на непослушных ногах, Тим забрал желтый шершавый листок, сверток с ножами и медленно побрел в сторону палаток. Конвоир нес арбалет в чехле с принадлежностями.

Девчонки, едва увидев в каком состоянии находится Тим, сразу кинулись к нему, Ирина взяла Гая за руку и повела за собой. Усадив, быстро разорвала упаковку стерильного бинта начала обрабатывать рану, затем забинтовала его голову. Вытащила две таблетки и открыла фляжку.

— Тим, это обычный анальгин, он поможет унять боль в голове, выпей, пожалуйста. И сразу ложись.

Пока Елисеева занималась раной, Тим озвучил полученную информацию своим товарищам. Затем Мишка с довольно-озабоченным лицом раздал всем изъятые ножи.

Голова кружилась, но вскоре стало легче. Ребята вокруг суетливо копали землю, стаскивали какие-то коряги и камни. Как понял Тим, они с подачи Софьи решили, что их собираются живцами использовать для засады на кого-то. Возможно, что и местных, которые вышли на «тропу войны». Вот и решили хоть как-то укрепиться. И куда девалась усталость?

«Пусть копают, лишним не будет. Мне отлежаться надо». Спать не получалось, глаза сами собой открывались, мысли кружились в голове. На минутку буйство догадок и парад рабочих версий прервал Мишка, спросив, куда Тим заныкал пилу, найденную в машине Федора.

«Что получается? Группа, захватившая нас, явно русскоязычная. Имена-позывные чудные, но тоже русские. Оружие архаичное, но русское, опять же звание, которое назвал старший, тоже русское, периода Великой Отечественной. Внешний вид у них интересный. Одежда с разными приспособами для лесной войны, напоминает доведенные до ума костюмы разведчиков-диверсантов из музея. Но лица… Метисы. Бер еще туда-сюда, у нас в Сибири всяких народов понамешано, но у Полоза кто-то из родителей явно не русский. Стоп, это же не наша Сибирь, это их Сибирь. Точнее Уральская республика».

«Видимо, местные жители тоже люди, с которыми у землян все получается, хммм» — мысленно усмехнулся Тим. «На фашистов вон как отреагировали. Вывод? Да масса выводов, башку сломаешь! Может потомки землян времен второй мировой, может у них задержки в развитии и только-только фашистов здешних победили…. Что нам это дает? Не много, но и не мало. Главное, здесь есть цивилизация, производство, общество без языкового барьера. И никакой коммунистической идеологией не пахнет, а это уже хорошо!». Последняя мысль непонятным образом успокоила Гая, и он резко отключился.

Проснулся Тим на рассвете. Его тихонько тормошил за плечо Мишка.

— Что сл… — Начал Гай.

— Тихо. Тим, по ходу что-то намечается. Хан с ума сходит, причем молча.

Гаев нащупал нож, закрепленный на разгрузке, и облегченно вздохнул, — «Так, оружие есть». Голова почти не болела, в организме тоже царил относительный порядок.

«Вот и славно, не так уж мне и сильно прилетело. Мишка считает, на нас сейчас нападут? Хотелось бы знать кто и сколько. Эх, жаль, нам стволы не вернули».

Он поднялся и присел у костра, который ребята жгли всю ночь — груда жарких углей едва покрылась белым пеплом. Кто-то предусмотрительный растащил головешки по краям очага, чтобы уменьшить пламя. Вынул нож и проверил заточку. Убедился в том, что все в порядке и вложил обратно в ножны.

«Остается ждать, вот только чего?» Ирина подала ему стакан чаю и пару печенюшек.

— Последние, Тим, специально тебе оставила.

— Спасибо Ириша, век тебе благодарен буду.

С удовольствием схрумкал печенье и выпил крепкого чая. В душе нарастало ощущение чужого враждебного взгляда, чувство опасности окатило горячей волной. Тим, оглянувшись, увидел Мишку и одними губами произнес — Сейчас начнется. Дорохин резко побледнел и будто ужался в размерах.

Слова эти услышала только Ирина, которая без лишних раздумий рванула в одну из подготовленных щелей. Сразу же грохнул залп, за ним началась беспорядочная стрельба и раздался оглушительный вой множества мужских глоток. Возникло ощущение, что весь лес полон огня и вопящих на все лады врагов.

Гаев просто повалился на землю и откатился к ближайшему дереву. Когда у него в руке оказался нож, он и сам не заметил. Рядом с глухим звуком врезалась в кору дерева стрела. Похоже, что лагерь обстреливали со всех сторон из разных видов оружия.

— А вот это явно старшина не планировал. — Бормочущий Гай огляделся по сторонам, но на открытом месте никого не увидел — ребята разлеглись по щелям. В паре ладоней от головы пуля выбила из ствола целый фонтан коры и щепок…

Воинственные крики нападавших вдруг перекрыл рокот пулемета. В паузах между короткими очередями различались выстрелы скорострельных винтовок. Палили прямо над головой Тима в сторону врага в ответ на стрелы и дымные облака, вспухавшие в кустах и редколесье. Стрелы почти бесшумно вонзались в деревья, баррикады, пронзали ткань палаток и навес. Видимо, аборигены стреляли и из ружей снаряжаемых черным порохом — поляну быстро заволокло густыми клубами дыма. На край поляны разом словно из дымзавесы выскочил с десяток человек — они стремительно бросили короткие дротики и скрылись за деревьями. Но однако не все — пули егерей выбили кровавые брызги и словно выдернули стержни из двух фигур. Один за другим в зарослях, скрывавших вражеских стрелков и дротикометателей лопнули разрывы.

Климов заворожено следил за феерическим зрелищем — как в серых клубах и вихрях листвы рядами падают верхушки молодых и не очень деревьев. Воинственный клич сменился жуткими воплями. Сержант не сразу почувствовал, как что-то или кто-то слабо ухватил его за воротник. Сердце ухнуло в пятки. Сергей отмахнулся вслепую рукой, обернулся и едва удержал руку с занесенным ножом. Столкнулся лицом к лицу с егерем, лежащим на бруствере и тянущим к нему руку, пробитую в плече короткой стрелой. Второй рукой раненый двигал Климову ружье, но ремень зацепился за что-то и мешал.