Антон Панарин – Восхождение Плотника. Том 3 (страница 40)

— Так, а чё выходной то? Надо ж столы делать. — Тяжело сглотнув выдавил из себя Петруха.

— Сделаем. Но сначала нам нужно нанять работников, заказать древесину и так, по мелочи. Одним словом все организационные моменты на мне. А ты отдыхай, но настойкой не увлекайся, а то если завтра с похмелуги припрёшься на производство, оштрафую. — Пригрозил я и Анфиска в ту же секунду убрала со стола бутылку с мутноватым настоем.

— Петя вообще не пьёт. Правда дорогой? — С нажимом спросила Анфиска.

— Э-э-э… Ага. Не пью проде как. Да. — Кивнул Петруха заставив меня прыснуть со смеху.

Ну всё, попал мой друг под каблук. Впрочем, там ему будет лучше, чем на свободе да с дурной головой. Анфиска баба хорошая, направит его в нужное русло.

— Ну чё Ярый. Поможешь нам избу справить для молодых? Ты же плотник, вроде как. — Улыбнулся Григорий и опрокинул стопочку.

— Запросто. — Кивнул я. — Но и нам твоя помощь сгодится.

— Эт какая ещё? — Спросил Григорий подавшись вперёд.

— Петруха говорил что вы с Санычем возчиком дружит.

— Ну так, скорее выпиваем порой. — Пригладив усы ответил Григорий.

— Этого уже достаточно. Он же катается на лесопилку, продукты возит для гарнизона?

— Есть такое дело. А надо то чего?

— Нужно чтобы он Ермолаю передал заказ на древесину для нашей мастерской. Думаю тебе Петруха рассказал как мы в прошлый раз на лесопилку съездили.

— Ага. Рассказал. — Нахмурившись произнёс Григорий и сжал кулак до побелевших костяшек. — Чёртов Микула, я бы ему собственными руками череп проломил, если бы он не был путником.

— Папка, ты чего такое говоришь то? — Испуганно спросила Анфиса.

— А чё⁈ Он твоего Петьку чуть не ухандохал! — Взъярился Григорий.

— Ладно. Это всё в прошлом. Так что, поговоришь с ним? — Остановил я зарождающуюся ругань.

— Помогу ясен перец. Саныч у меня в долгу, всяко сделает. Сколько чего нужно то?

— Сущая малость. Две сотни дубовых досок первого сорта и пять сотен сосновых. Ещё нужно восемьдесят сосновых брусьев. И да, пусть Ермолай доставку организует, я всё оплачу.

— Вот это вы развернулись. — Присвистнул Григорий. — Никогда не думал что у меня зять будет мебельным магнатом. — Он хлопнул Петруху по плечу, а Петька тут же заулыбался.

— Да я то чё? Эт вон, всё Ярый. — Скромно ответил Петруха и кивнул в мою сторону.

— Нет Петя, если бы ты тогда не помог мне поймать первого слизня, ничего бы этого не было. Так что ты можно сказать родоначальник нашего успеха. — Парировал я и Анфиска тут же повисла у Петрухи на шее зацеловав его чуть ли не до смерти.

— Повезло мне с мужем! Такой добрый, ласковый, заботливый, работящий… — Приговаривала она перед новым поцелуем.

— Ладно, я пойду, а вы отдыхайте. Завтра Петруха будем строить склад. — Наметил я план работ и направился к выходу.

— Погодь. Я с тобой пойду. Сразу к Санычу загляну пока он не нажрался. — Вылезая из-за стола сказал Григорий.

Мы вышли из избы, Григорий закурил, пожал мне руку и пошел к соседней избе. Я же отправился домой. Мастер обнаружился на кухне: он строгал какую-то заготовку прямо на обеденном столе, засыпая миску с кашей мелкой стружкой и ворча себе под нос, что нормальные люди в его возрасте сидят дома у печки и греют кости, а не шляются по лесам и не прячутся от старосты в земляных норах, как кроты.

— Всё как обещали, вчерашняя теплота исчезла, уступив место ворчливости? — Спросил я садясь напротив.

— Чё мы сопли жуём? Надо работу работать, а ты выходной решил взять. Лодырь. — Буркнул Древомир.

— Сейчас и начнём работать. — Кивнул я. — Ведь нам жизненно необходим новый пресс.

— Чё? Ещё один? — мастер отложил нож и потёр подбородок. — Это ж сколько возни. Винтовой стержень нарезать, перекладину с ответной резьбой подогнать, столбы выточить, площадку сколотить. Дня три уйдёт, если работать будем, а не языком трепать.

— Тогда не будем попусту тратить время. Завтра подсобники начнут строить склад, а мы с вами будем делать новый пресс. В идеале нам нужно хотя бы три пресса, чтобы доить слизней безостановочно. Когда склад достроят, отправим подсобников строить новую мастерскую.

— Нахрена? У нас же есть уже.

— Есть, на жо… — Я хотел сказать присказку про заднее место и шерсть, но понял что мастер такого юмора не оценит. — Из землянки сделаем хранилище для костей, которые будем свозить со скотомогильника. Если там не топить, то это уже будет не землянка, а натуральный погреб. Во всяком из случаев до лета.

— Ишь ты. Как золотишко получил, так планов понастроил, как воздушных амбаров.

— Замков. — Поправил я его.

— Чё? Каких ещё замков?

Захотелось огрызнуться и сказать навесных замков, но я снова сдержался и лишь улыбнулся.

— Правильно говорить воздушных замков. Но это ладно. Завтра утром у нас будет пять подсобников и с лесопилки привезут партию досок и бруса.

— Эт ты когда успел со всеми договориться то? — Удивился мастер.

— Я и не договаривался, а делегировал полномочия.

— Чего? Несёшь с утра какую-то ахинею. — Фыркнул Древомир поднимаясь с лавки. — Пошли пресс делать. Чё воздух то гонять понапрасну?

И мы пошли. Не спеша, молча. Только я и мастер. А Петрухе я дал выходной специально. Должен же молодожен хоть изредка быть дома со своей любимой. Глядишь ещё пару Петрух сделают. Если они будут такими же амбалами, то и их привлечём на производство. Ха-ха. Шучу. К моменту когда они подрастут, Петруха будет олигархом местного пошиба. Если меня не убьют раньше, само собой.

За день работы в мастерской мы успели собрать только два каркаса для новых прессов, а после отправились домой. Древомир пошел готовить еду, а я занялся самым важным делом. до которого ранее не дошли руки.

Отсчитал деньги на закупку досок, остальные спрятал в разных места. Часть под половицы в доме древомира, немного зарыл под дубок, ещё чуть чуть рассовал по мешкам с пшеницей, ну и напоследок закинул золотишко в деревенскую мастерскую которую мы больше не используем.

Ах, да. Ещё использовал схему параллельного импорта. Кузнец мне даже кривой гвоздь откажется продавать после того что я сделал с его сыном. А вот нашему охотнику с радостью продаст всё что угодно. По этому я заглянул к Тарасу, выдал ему пять золотых благодарности и попросил закупить побольше гвоздей, верёвки и рогожи. Свой заказ я получил через два часа, ещё и сдачу вернул. Золотой он человек!

Ближе к ночи мои дела были завершены. Я истопил баньку, попарился и лёг спать. Прекрасное забытьё утянуло меня в черноту в которой не было даже снов. А когда я открыл глаза понял что жалею о том что у нас нет второго дубка. Было бы здорово получать от него подпитку и в мастерской и дома. Скатившись с печки я крикнул:

— Мастер! Я ушел, догоняйте!

Оделся и выбежал на морозный воздух. Как и договаривались с дедом Тимохой, у восточных ворот уже стояли работники и курили самокрутки.

— Ну и где этого пропойцу носит? Чё мы тут яйца то морозим? — Спросил молодой чернявый парень.

— Не нравится, так вали домой. — Буркнул седовласый амбал.

— Да, а чё тут может нравиться? Мы пока денег то не видали. — Парировал чернявый.

— С таким настроем ты их и не увидишь. — ответил седой и заметил меня. — Всё, рот прикрой. Вон, работодатель идёт.

Хмыкнув от затушил папиросу промеж пальцев и бросил окурок в снег. Насколько я помню это был Лука. Рядом с ним на корточках сидел Степан-бондарь, невысокий жилистый работяга лет сорока с аккуратной русой бородой и спокойными серыми глазами.

Правее стоял Гаврила-возчик, молчаливый кряжистый мужчина с тёмной бородой и скучающим видом. Ну и конечно же братья Черновы. Мишка и Гошка. Возмущался Гошка.

— Мужики, — обратился я к ним. — Работать придётся в лесу, десять вёрст от деревни. Строим склад, потом мастерскую, прокладываем дорогу до деревни или основного тракта, а после если пожелаете, возьму вас подсобниками в мебельную мастерскую.

— И чё там делать? Гвозди подавать? — Фыркнул Гошка.

— Почти. — Улыбнулся я и стал перечислять. — Будете обжигать досоки, шлифовать, заниматься погрузкой и разгрузкой, ну и так по мелочи. Плачу четыре медяка в день, расчёт каждый вечер. Условия простые: работаем от рассвета до заката, обед за мой счёт, а если кого что-то не устраивает, то давайте попрощаемся прямо сейчас.

— А лихие люди в лесу не шалят? — осторожно поинтересовался Степан, поправляя на плече котомку.

— Да какие там люди? Нет в лесу никого, к тому же территория огорожена двухметровым забором.

Про лешего с которым у нас подобие дружбы и волков я не стал распространяться. А то ещё сбегут работники чего доброго.

— Малец, ты бы рот прикрыл. Если деньги твой семье не нужны, то вали домой. — Буркнул Лука и посмотрел на меня. — Так чё? Когда начинать то?

— Прямо сейчас. — Улыбнулся я. — Прошу за мной господа труженики.

Мужики переглянулись, кивнули и не спеша потопали за мной, в новую жизнь.

Глава 19

До поляны я и мои батраки добрались за два часа. Деревенские шагали молча, озираясь по сторонам, Гошка даже палку схватил, так, на всякий случай. Расслабиться они смогли только когда мы вышли на огороженную поляну.