Антон Панарин – Восхождение Плотника. Том 3 (страница 3)

Из пасти Лешего вырвался протяжный вой, от которого заложило уши, а в следующее мгновение из его глотки вырвались чёртовы светлячки.

— Ненавижу насекомых! — Прорычал я уворачиваясь от шквала ударов Лешего и попутно пытаясь отбиваться от светлячков. — Жаль нет дихлофоса!

Вой Лешего этот не просто разнёсся по поляне, он ушёл вглубь леса, прокатился между стволами вековых сосен и затерялся в чаще. Хотелось верить что он просто так глотку рвёт, но нет. Чёртов пенёк созывал подмогу.

Лес загудел от топота множества ног. Сначала раздался хруст валежника, потом тяжёлый топот, и на поляну вывалилось стадо кабанов. Восемь, может десять голов, тёмные щетинистые туши с низко опущенными мордами и белыми клыками, торчащими из нижних челюстей.

Вожак был размером с небольшого телёнка, а его маленькие красноватые глазки уставились на меня с бессмысленной злобой, какой в них быть не должно, потому что кабаны от природы осторожные звери и предпочитают обходить людей стороной.

Следом из-за белых дубов вывалился медведь. Здоровенный бурый самец с проседью на загривке и длинными когтями, оставлявшими в мху глубокие борозды. Он встал на задние лапы и зарычал, обнажив жёлтые клыки, а его мутные зрачки светились тем же багровым оттенком, что и у хозяина леса. Зверьё пришло не по своей воле, а по приказу Лешего.

Над головой прошелестели крылья. Я вскинул взгляд и увидел трёх крупных сов, кружащих под кронами бесшумными тенями, и ястреба, заложившего вираж на краю поляны. Птицы двигались неестественно слаженно, как управляемые дроны на военных испытаниях, которые я однажды видел по телевизору в прошлой жизни.

С южного края поляны, из густого ельника, выскользнули волки. Серые поджарые тени с прижатыми ушами и оскаленными мордами, шесть штук на виду, но в полумраке под елями могли прятаться и другие.

Красивая расстановка, ничего не скажешь. Кабаны с фланга, медведь по центру, волки с тыла и авиация сверху.

Стамеска в правой руке, нож в левой. Против трёхметрового лесного духа, медведя, десятка секачей, стаи волков и эскадрильи хищных птиц. Арсенал, прямо скажем, не впечатляет. Здесь бы пригодился пулемёт, а лучше танк.

Алтарь с надломленными клиньями на расстоянии вытянутой руки, и если я доберусь до северной грани до того как меня сожрут, то у меня появится шанс сдохнуть с пользой. Ведь шанса сбежать у меня уже нет.

Вожак кабаньего стада рванул первым. Щетинистая туша понеслась на меня с хриплым визгом, от которого по спине побежали мурашки. Я прыгнул вправо, пропуская его мимо себя, и полоснул стамеской по жёсткому загривку. Лезвие скользнуло по щетине, оставив неглубокий порез. Секач пролетел мимо и врезался в алтарный камень. Жалобно взвизгнув он заставил остальное стадо броситься в атаку.

Заревев кабаны бросились в бой плотным строем и всё что мне оставалось, так это подпрыгнуть. Жива хлынула в ноги мощным потоком, и я оттолкнулся от земли так, что взлетел выше собственного роста. Кабаны пронеслись подо мной. Хоть я и смог избежать атаки с земли, атака с воздуха застала меня врасплох.

Издав пронзительный крик совы обрушились на меня с неба. Острые когти вцепились в плечи, волосы и правую руку. Птицы били крыльями и рвали меня когтями.

Ещё и чёртов ястреб спикировал вниз и попытался перехватить мою руку с ножом, который я уже направил в брюхо ближайшей совы. Так уж вышло что ястреб на всём ходу налетел на острие, которое пробило его насквозь. Горячая кровь хлынула на мою кожу, а нож я удержать не смог и он улетел вместе с трупом сокола на землю.

— Да свалите вы! — Рявкнул я и одним резким движением отбросил сову держащую меня за правую руку, а после полоснул стамеской сову рвущую мою плечо когтями.

Потеряв половину пернатого состава птицы на секунду замешкались что позволило мне отпрыгнуть в сторону наконец то высвободившись из их хватки. Всё это случилось за жалкие секунды. Из рваных ран на правой руке, плече и макушке лилась кровь. Ладно плечо и рука, но вот кровь с головы начала заливать глаза и мир окрасился алым. Жуткое зрелище должен сказать.

Понимая сто это мой последний шанс, я метнулся к алтарю. Но хозяин леса уже был там. Он перегородив проход широко раскинутыми руками и ударил крест на крест. Корневые пальцы хлестнули по воздуху, вынудив меня нырнуть под удар, но на этот раз нырок оказался недостаточно глубоким.

Ветвистый кулак задел меня по спине порвав не только рубаху, но и кожу под ней. Острая боль прострелила с такой силой, что у меня ноги подкосились.

От удара рёбра справа хрустнули и каждый вдох стал сопровождаться острой резью. Едва сдерживая крик я проскочил под ногами лешего и рванул к алтарю, но меня там уже ждали.

Медведь утробно заревев обрушился на меня сбоку. Когтистая лапа просвистела в воздухе заставив меня откатиться в сторону. Но когти всё равно достали, распоров рубаху тремя параллельными полосами на животе, даже кожу слегка задело.

Я вскочил на ноги и прыгнул на алтарь начав выдирать чёртовы клинья голыми руками! Проклятая жива тут же хлынула в моё тело, от чего перед глазами всё поплыло, подступила тошнота и слабость, да и тело будто онемело на мгновение. Спасибо волкам. Стая подлетела ко мне и вцепилась в мои ноги начав трепать меня словно тряпку.

Боль немного прояснила рассудок и я со всего размаха вогнал лезвие стамески в трещину между клином и камнем. Лезвие вошло легко, без сопротивления, какое оказывали первые два клина. Может потому что треснувшая кость потеряла целостность, а может потому что я вложил в этот удар всё что у меня было. Я надавил со всей силы, и клин вышел из паза с тихим скрежетом.

Сверху на меня обрушились совы и принялись рвать спину, я услышал как шумно сопя побежал ко мне медверь, рык волков, а ещё, за спиной заревел хозяин рощи. Этот рёв был полным нечеловеческой боли. И я его прекрасно понимал, так как прямо сейчас испытывал тоже самое! Алтарный камень подо мной качнулся, белые дубы загудели заполнив всю поляну гулом.

Тяжелая медвежья лапа просвистела в воздухе и я уже было смирился что мне вот вот сломают позвоночник, но этого не произошло. За секунду до этого я успел сломать костяные клинья и швырнуть их в мох.

Ослепительная белая вспышка ударила из жертвенного камня, заставив зверьё отпрянуть назад и с жуткими воплями скрыться в чаще леса. Она была столь яркой, что я инстинктивно зажмурился, а сквозь веки всё равно пробился густой тёплый свет.

Гранит подо мной загудел, одновременно с этим свет стал затухать. Я открыл глаза и посмотрел вниз. Алтарный камень был залит моей кровью, однако удивило меня не это. Символы выбитые на нём исчезли, как и все трещины. Гранитный камень выглядел идеально ровным, будто его только что сюда принесли и отполировали.

Гранит блестел в утреннем свете, и на его поверхности проступал тонкий зеленоватый узор, похожий на годичные кольца на спиле древесины. Хозяин бора замер в десяти шагах. Он больше не двигался, не ревел, не пытался проломить мне череп. Застыл неподвижно, как дерево в безветренный день, и багровый огонь в его глазах мерцал, то вспыхивая, то угасая, как догорающие угли в потухшем костре.

Когда алые глаза Лешего погасли, по его телу прокатилась зелёная волна омывая живой лесного духа снизу вверх. Она поднялась от узловатых ног-стволов, прошла через переплетённый торс, выгнав из-под коры остатки чёрной дегтярной жидкости, которая закапала на мох и тут же впиталась в землю.

Волна добралась до головы, и на месте алых глаз зажглись два зелёных огонька. Точно такие, какие я видел на лесной тропе, когда он обнюхивал моё лицо и дышал облепихой. Дух леса сделал шаг ко мне, потом ещё один.

— Стоять. А то я в милицию позвоню. — Прохрипел я натянуто улыбаясь.

Сил подняться не было, ноги разодраны, куча ран из которых лилась кровь. Одним словом чувствовал я себя паршиво.

Леший остановился у самого камня, возвышаясь надо мной на добрых полтора метра, и протянул правую руку. Его ветвистые пальцы раскрылись широкой ладонью, сплетённой из молодых побегов, покрытых свежей зелёной корой. Ладонь легла мне на макушку, как раз туда где была рана от совиных когтей и я зашипел от боли. Пальцы сомкнулись на моём черепе и сдавили его так что я закричал.

— Тварь! — Вырвалось у меня из груди.

Ну всё Ярый, сейчас твой череп лопнет, а этот пенёк переросток отправится и дальше шугать людей по лесам. Однако этого не случилось. Из его ладони вырвалась мягкая волна тепла прошла через мою макушку по всему телу, смывая боль и усталость. Я дёрнулася почувствовав как отравленная энергия начинает гореть в моих каналах. Она буквально сгорала под напором живы направленной Лешим.

Чёрная гнилая энергия, по моим каналам устремилась к ладонь духа леса и исчезла в переплетении ветвей. Леший вздрогнул на мгновение и отпустил меня. В ту же секунду по моему позвоночнику прокатилась резкая боль, стрельнувшая от крестца до затылка. Как будто кто-то воткнул раскалённый прут арматурны в спинномозговой канал. Я согнулся пополам, хватая ртом воздух, и едва не скатился с алтаря.

Корчась от боли я заметил в правом верхнем углу зрения сообщение системы:

«Сформирована связь со священной рощей. Постоянный приток живы: 20 единиц в минуту. Дальность действия: не ограничена.»