Антон Панарин – Где моя башня, барон?! Том 7 (страница 50)

— И носками поношенными не пахнет, — закивал я. — Отлично!

— Свободой там пахнет, Володя, — добавил Шиша. — И простором.

Я заметил мелькнувший в окне автомобиль. А вот это уже Островская.

— Так, Саша, ко мне гостья пожаловала. Сам понимаешь, — я поднялся из-за стола, как и Шиша, и проводил его к порогу.

— Да понял я. Ладно, потом ещё поболтаем, — произнёс Шишаков, обувая ботинки. — А, кстати, — он протянул мне свёрток, — Чуть не забыл. Там выручка охранного агентства за две недели. Твоя доля. Прилично так заработали.

— Замечательно. Я очень рад. И за тебя особенно. Ты заслужил дворянство, Саня, — добавил я перед тем, как распрощаться с Шишаковым.

Мы вышли на улицу и увидели Юлиану. Она была восхитительна в обтягивающем белом платье. Светлые волосы развевались на лёгком ветерке, а пухлые губки, подчёркнутые красной помадой, так и манили к себе.

— Как дворянин дворянину говорю — очень эффектная барышня, — тихо сообщил мне на ухо Шишаков напоследок. — Не прошляпь.

— Кому ты рассказываешь? — засмеялся я. — Иди уже, увидимся чуть позже.

Шишаков удалился, а я встретил Юлиану. Пахло от неё мятными и жасминовыми нотками. Блондинка прильнула ко мне, нежно обнимая.

— А где сюрприз? — прошептал я ей на ухо.

— Для этого нам нужно пройти в дом, — заблестела глазками Островская.

Через несколько минут мы поднялись в мою комнату, и Юлиана щёлкнула дверным замком. Затем одним движением скинула с себя платье, оставаясь в кружевном тёмном белье.

— Ну как тебе сюрприз? — улыбнулась она.

— Красивый. Но мне кажется, что его надо снять, — потянулся я, и Юлиана тут же шлёпнула по моей руке.

— Теперь твоя очередь. Ты ещё в рубашке, и штанах, — улыбнулась она, наблюдая, как я освобождаюсь от одежды, оставаясь в одних трусах-плавках. Правда, кровь прилила к низу живота, и плавки моментально оказались тесными.

Через несколько секунд я поднял на руки обнажённую Юлиану и вместе с ней добрался до просторной кровати.

Мы слились с Островской в страстных объятьях. Юлиана постанывала, помогала мне, активно двигая бёдрами, шептала на ухо нежные слова, а я всё взвинчивал темп. В итоге мы финишировали одновременно. Затем полежали на кровати, отдыхая после бурного секса.

— И как там в башне? — провела рукой по моему торсу Юлиана. — Страшно было?

— Откуда ты знаешь? — всмотрелся я в её лицо.

— А ты думал, я ничего не узнаю? — Островская сощурила красивые голубые глаза. — Отец сообщил, а ему рассказал один из служащих Его Величества.

— Понятно, — вздохнул я. — Кто-то не умеет держать язык за зубами. И это я не про твоего отца, конечно.

— Кстати, папенька стал к тебе намного теплее относиться, — хихикнула Юлиана. — Теперь всё наоборот. Он даже подталкивает к нашим встречам.

Надо ли ей объяснять, что всё это из-за моих дружеских отношений с императором? Хотя, не исключено, что Островский что-то понял, осознал. Маловероятно, но всё же.

Телефон Островской заиграл приятной тихой мелодией, и блондинка приняла вызов.

— Да, папенька. Точно, — охнула Юлиана. — Может, ты его купишь? Я понимаю, что без примерки нельзя… Ну хорошо, раз договаривались, скоро вернусь.

Она сбросила вызов, затем положила голову мне на грудь.

— Чёртова примерка, — пробормотала Юлиана. — Я совсем забыла про неё, — затем она поймала мой вопросительный взгляд, — Платье на светские вечера заказывали у Рогожкина, один из самых лучших портных в Империи. Вот, финальная примерка.

— Шикарное, наверное, платье, — улыбнулся я. — Хотя ты в любом наряде безумно красива.

— Спасибо, мой рыцарь, — поцеловала меня Юлиана. — Но примерка есть примерка. Надо собираться.

— Нет, я требую продолжения банкета, — провёл я по груди Юлианы, и она охнула.

— Я тоже этого хочу. Скоро вернусь. Но примерку пропускать нельзя, а то крику будет, — хихикнула Островская, юркнув рукой под одеяло и нащупав то, что уже было вновь готово к бою. — Ничего себе, да вы, сударь, удивляете. Передайте своему другу, что придётся немного подождать.

Юлиана спрыгнула с кровати, быстро надела бельё, платье, затем взглянула на время и, послав воздушный поцелуй, покинула спальню.

А я вновь потянулся, затем соскочил с кровати и отправился в душ. Пора собрать искровый артефакт. А то нехорошее предчувствие меня посетило. Будто что-то должно произойти.

Даже прикинул место, где это сделаю. Небольшая поляна за садом. Вот там и соберу артефакт. Ведь я помнил, как мы перевернулись на автомобиле с Жигой. Тогда это были лишь фрагменты, а здесь уже другое, финальная сборка.

Поэтому и пространства нужно побольше.

Я вышел во двор, направился в сторону новой территории, наслаждаясь прекрасными видами. Каменные дорожки вились между стрижеными рядами кустарников, вдалеке золотилась под лучами солнца вода в бассейне.

Добравшись до парковки и проходя мимо «Победы», я заметил в салоне дрыхнувшего Жигу. Он в своём репертуаре. Нет бы выбрал любую из комнат в гостевых домах. Нет, обязательно надо скрючиться в кресле и уснуть в неудобной позе. Но как Жига мне признался недавно, он засыпает только в водительском кресле. По-другому никак.

Телефон зазвонил, и это был начальник охраны. Я вздохнул, принимая звонок. Ни минуты покоя.

— Да, Рома, что у тебя случилось? — бросил я в динамик смартфона.

— Владимир Константинович, просят пустить. Фёдор Воробей, — услышал я напряжённый голос Ромы.

Точно, я и забыл его внести в белый список. В нём указаны те, кого можно пускать в поместье без согласования со мной.

— Пропусти его. Он свой человек, — сообщил я, а уже через пару минут встречал довольного Воробья.

Тот выскочил из новенького светлого седана, побежав ко мне.

Сегодня день открытых дверей прям какой-то. И все радостные и довольные. То Шиша маячил своей улыбкой, то вот теперь Федька лыбится как тульский пряник.

— Володька! Я в имперской гвардии. И назначен даже старшим группы! — выпалил Воробей. — Только письмо из канцелярии получил. Знаешь, какое там жалованье? Пять тыщ рублей в месяц!

Мы поздоровались с ним, и я заметил:

— Сказал тот, у кого под боком миллионы лежат, — заметил я, здороваясь с ним за руку.

— Они ведь не мои. Ты и сам знаешь. К тому же Сергеич пустил общую казну в оборот, — печально объяснил Воробей.

Мы в это время ушли с парковки и направились в сторону молодого сада. Деревья уже подпитаны магическими удобрениями, но ещё не успели вытянуться. Самое большое деревце в мой рост.

Федька вытащил из ножен меч, прокрутил его в руке, затем вновь спрятал.

— Я ведь с детства мечтал стать одним из имперских гвардейцев, — начал он. — Смотрел парад по телеку. И думал: вот вырасту, стану таким же, бравым воином. И все девки будут на меня вешаться.

— Тебе Дарьи недостаточно? — улыбнулся я, вспоминая загулы Воробья, когда он сидел в своих апартаментах.

— Дашка чудесная. Теперь да, мне больше никого не надо, — с теплом в голосе ответил Воробей. — В общем, я про что? Мои мечты сбылись.

Воробей вновь щёлкнул мечом, снова достал его, поигрывая в воздухе. Ну а я между тем катал в кармане тот самый каплевидный камешек.

— Ты прикинь только, Володя, — хохотнул Воробей. — Ещё недавно мы с тобой участвовали в песочнице Крапивы. Ели шкварки с картофаном, запивали Тархуном. И смотрели на Хабу, мечтая о светлом будущем.

— Ещё недавно я тебя в машину запихивал, на стрелку с железнодорожниками, — засмеялся я в ответ. — Как вспомню твоё лицо.

— Ещё бы, — заржал как конь Воробей. — Мне ж казалось, что на убой везут. Кто бы знал, что…

Федька продолжал говорить, а я напрягся. Всматривался в сторону тёмной тучи, внезапно появившейся перед нами.

Из неё выпрыгнули два человека в тёмных плащах. Одного из них я прекрасно знал. Это был Крипер. Второго, толстого как бочка и с дебильными закрученными вверх усиками, впервые видел. Но что тот был небожителем, сомневаться не приходилось.

Силищей от обоих пёрло прилично. Холодок пробежал по моей спине. Вот оно как. Значит, настало время расставить все точки над «ё».

— Уходи, — тихо обратился я к Воробью, хватая его за локоть и оттаскивая. — Живо.

— И чо не так? — вытянул лицо Федька, затем побледнел, замечая двух типков в плащах. — Что это за черти?

— Так, так, — оскалился акульими зубами Крипер. — Смотри, Версус, на этого парнишку.

— Он убил Аврелиуса? Ты уверен? — просипел второй небожитель.