Антон Панарин – Где моя башня, барон?! Том 2 (страница 34)

— Сковее уф, мне ф пефень ноф фоткнут, — с набитым ртом пробубнил Воробей.

— Чтоб не воткнули нож, поправляйся и будешь тренироваться вместе с нами. Я договорюсь с Никитичем, — пообещал я.

— И что дальше? Жить, боясь выйти за стены СОХ? Шикарная перспектива, — хмыкнул Федька и, смяв пустой пакет от картошки, собирался швырнуть его в окно, но потом остановился.

— Как видишь, я не боюсь гулять за пределами забора, — парировал я.

— Ха! Ясен пень, что не боишься. Ты ходячее бедствие. Куда бы ты ни попал, везде возникает куча проблем. Бояться надо не тебе, а тем, кто рядом с тобой, — выпалил Воробей, а после замялся и, потупив взгляд, добавил: — Извини.

— Да я понимаю. Не нужно извиняться, — сдержанно улыбнулся я в ответ. — Ты, главное, выздоравливай. А проблемы с Железнодорожниками я решу.

Попрощавшись с Федькой, я снова заночевал на улице. Там, где я, возникает ворох проблем? Феденька, там, где сильные люди, проблемы если и возникают, то только глобальные. На всякую мелочь сильные даже не обращают внимания. Малые проблемы изводят лишь малых людей.

В прошлой жизни у меня не было проблем с бытовыми вопросами, как и с финансами. А вот врагов было через край. Интриги, скандалы, подставы, засады, попытки убить. Всё это сплелось в один бурный поток и превратило мою жизнь в постоянную борьбу за существование. Как только я расслабился, так сразу и помер.

Хотя в этой жизни всё идёт по накатанной. Не успел я переродиться, как на горизонте замаячил Мышкин. А до кучи сюда добавились и Железнодорожники с Воронежскими. Да, жить было весело с первых секунд возрождения. А ты как хотел, Федя? Путь к величию тернист и опасен.

С этими мыслями я и уснул.

— Володь. Вставай, — раздался голос Никитича, и меня в бок легонько толкнули.

— Егор Никитич, я всё убрал, — сразу же отчитался я, не желая, чтобы меня снова таскали за ухо.

— Вижу. Ты через часок зайди ко мне в кабинет, — достаточно мягким тоном произнёс Никитич. — Похоже, нашел для тебя работёнку… почти по нашему профилю.

— Отлично! А то время тикает, а я всё ещё… — я не договорил и протяжно зевнул.

— Да, да. Не напоминай о своей дурости, — отмахнулся Гвоздев. — Будет тебе работа.

— Это не дурость, а тщательно выверенная стратегия.

— Хе! Грамотей нашелся. Как родовой перстень нацепил, так начал умными словечками сорить? — весело спросил Никитич.

— Не без этого, — поддакнул я и, встав с лавки, потянулся.

Никитич ушёл, а я собирался принять душ, но заметил в окне столовой счастливую физиономию Валька. Он махал мне рукой, зазывая в гости. А меня дважды просить не нужно. Я голоден как зверь. И ещё сушняк неимоверный от вчерашней картошки.

Войдя в столовую, я тут же наткнулся на поварёнка. Валёк сиял от радости.

— Володя, щас чё расскажу, охренеешь. Пошли, — он схватил меня под руку и поволок в подсобку. — Помнишь дядю Петю? Так вот, у него тётка недавно померла и оставила в наследство его племяшам целый дом по адресу Промышленная улица 12'Е'. А они юнцы совсем. По двадцать лет, ума нет, просто тратят деньги направо и налево.

Валёк прошёл мимо стола, схватил по пути графин с водой и сделал пару внушительных глотков.

— Так, интересно. Продолжай, — решил я разбавить паузу, пока он утолял жажду.

— Короче, взял я у дяди Пети их телефоны и созвонился. Нам готовы отдать весь первый этаж за символические три тысячи в месяц. Представляешь⁈ — восторженно выпалил поварёнок. — А там площадь двадцать на семьдесят! Хоть три столовые открывай.

— Валёк, ну ты молодец! Не думал, что так быстро управишься, — похвалил я его, шлёпнув по рыхлому плечу.

— Да это-то ладно. Ты с Воронежскими договорился, чтобы нас не трогали? — заблестел тревожным взглядом Валёк. — А то ведь место шикарное. Там второй и третий этажи заняты общежитиями для работяг с заводов. Представляешь, сколько это клиентов?

— Считай, что вопрос с Воронежскими решен, — уверенно сказал я, хотя понимал, что ничего толком не решено. — Договаривайся о встрече. Осмотрим помещения и будем брать. Правда, я в ближайшие дни могу в командировку уехать.

Эх, сперва следовало узнать о работе, предлагаемой Никитичем, и только после этого идти к Вальку.

— Тогда как вернёшься, созвонимся с арендодателями и осмотрим площадь, — довольно улыбнулся поварёнок. — Место там хорошее. Вокруг много предприятий, а ближайшая столовка на территории Воронежских. Туда пока дойдёшь, уже обед закончится. Считай, что у нас не будет ни одного конкурента.

Валёк весело шмыгнул носом и упёр руки в бока, как будто все проблемы решились сами собой.

— Отлично, — кивнул я. — Тогда так и поступим. Не думаю, что задание Никитича займёт много времени.

Я попрощался с поварёнком и направился прямиком к Гвоздеву. Старик сидел в своём кабинете и, когда я вошёл, разговаривал с Шишаковым.

— Саша, ты меня правильно понял. Я хочу, чтобы на заданиях ты был лидером и не сюсюкался с ними. Взрослые мужики, а калечатся по своей дурости. Ты давай, пожёстче с ними, — Гвоздев наставлял Шишакова на верный путь. Заметив меня, он махнул рукой: — О, Вовка, заходи. Мы уже закончили.

Шишаков был зол. Не привык он, чтобы его отчитывали как нашкодившего котёнка. Кстати, непонятно, когда он успел выполнить задание, мы ведь с ним только вчера виделись.

Александр хмуро кивнул мне, буквально выскочив из кабинета. Я же расположился напротив Гвоздева, взял сушку со стола. Дверь за спиной захлопнулась, и Никитич перешёл к делу.

— Как я и говорил, есть небольшая работёнка. Стариков на неё я не пошлю, и без того дел хватает, а тебе в самый раз, — сказал Гвоздев и заметил, как я скривился. — Ой, да не куксись ты! Знаю, что ты в бою не хуже, а порой и лучше, чем они. Но я тебя туда одного посылаю. Считай, что доверяю тебе как самому себе.

— Ага. Спасибо за доверие, — произнёс я, прожевал сушку.

Никитич покачал головой, налил чая в кружку, подвинул её ко мне.

— Короче. Ехала машина, и на неё напали твари, — принялся рассказывать Гвоздев. — Тварей убили, а девочка из автомобиля исчезла. Ни следов, ни свидетелей. Ничего. Как будто испарилась. Мы не полиция и такие дела обычно не берём. Но в этот раз есть шанс, что наткнёшься на выживших существ. Всё как ты и просил. Работёнка, на которой можно добыть парочку жемчужин.

Услышав слово «парочку», я невольно усмехнулся. Мне нужно парочку сотен жемчужин, от двух штук толку нет совершенно.

— Вов, ты вот своей физиономией мне всё настроение портишь. Работу будешь брать или нет? — раздраженно спросил Гвоздев, забарабанив пальцами по столу.

— Лучше такая работа, чем никакой, — согласился я.

— Ну и славно, — кивнул Гвоздев. — Будешь получать триста рублей за сутки.

— Маловато, — вздохнул я и потянулся за новой сушкой, но Никитич шлёпнул меня по руке.

— Маловато ему, — проворчал он. — Сколько дали, столько и предлагаю. Говорю же, задание не по нашему профилю. Тут либо берёмся, либо нет.

— Да берёмся, берёмся. Мне хоть дорогу оплатят? — спросил я, хитро прищурившись.

— Ага, и командировочные выпишут заодно, — улыбнулся он. — Вот тебе билет в один конец. Пару дней можешь потратить на поиски. Если всё затянется, то бросай эту халтуру к чёртовой матери и поезжай обратно.

Гвоздев протянул мне конверт, в котором лежали сто рублей задатка и билет на поезд.

— Будет сделано, господин верховный правитель союза охотников! — выпалил я, козырнув, после чего забрал конверт и двинул к выходу.

— Аристократическая кровь на тебя плохо влияет, — хмыкнул мне вслед Гвоздев.

Выйдя из кабинета, я достал билет и прочитал маршрут следования: «Хабаровск — с. Красицкое». Судя по времени прибытия, село находится от Хабаровска примерно в ста километрах. Помимо билета, в конверте имелся адрес родителей похищенной девочки. Жили они на Гаражной улице, дом тринадцать.

Выйдя из административного здания, я предупредил Валька, что пару дней меня не будет, а после направился в казарму за своим барахлом. На полпути передумал и, сменив маршрут, заглянул в арсенал.

— Елизар, мне бы одежду покрепче, да ботинки подобрать для работы, — обратился я к хозяину помещения.

— Не вопрос. Сейчас сделаем, — расплылся в улыбке Елизар.

Спустя двадцать минут на мне была зелёная футболка, куртка оливкового цвета с кучей карманов и капюшоном. А ещё штаны всё того же оливкового цвета. Ткань у вещей оказалась добротной. Такую чтобы порвать, придётся постараться.

Но больше всего удивило то, что тело в этой одежде не прело. Как будто швея продумала всё так, чтобы лишнее тепло отводилось наружу. Покрутившись перед зеркалом, я удовлетворительно кивнул и надел предложенную обувь.

Ботинки чёрного цвета с высоким голенищем, на шнуровке. Со стороны они смотрелись громоздкими, но, как оказалось в действительности, практически ничего не весили. Да и нога в них сидела как литая. Стелька мягкая, ничего не трёт. Красота!

За всё про всё я отдал три тысячи рублей. В подарок Елизар выдал мне нашивку на липучке. На ней была изображена волчья голова с оскаленной пастью, а ниже красно-белыми буквами располагалась надпись «СОХ». Вот теперь я действительно выгляжу как охотник, а не как босяк из подворотни.

Я попрощался с Елизаром и, не теряя времени, отправился на железнодорожную станцию. Одноэтажное здание с высоченными потолками и панорамными окнами в буквальном смысле кишело людьми.