Антон Панарин – Эволюционер из трущоб. Том 16 (страница 34)

Король Червей огляделся, оценивая обстановку, и хищно улыбнулся, чувствуя, как пальцы гвардейца сжимают рукоять меча, висящего на поясе.

— Эй, Саныч, ты чего такой странный? — спросил один из товарищей, бородатый верзила с добрым лицом, который сидел у печи и чистил своё ружьё. — Лицо какое-то… не то.

Вместо ответа гвардеец резко выхватил меч из ножен, молниеносно сделал выпад вперёд и провёл клинком по горлу бородача. Одним точным движением разрезав кожу, мышцы и сонную артерию. Кровь хлынула фонтаном, заливая пол и стены, а бородач схватился руками за горло, пытаясь остановить кровотечение, но безуспешно. Он рухнул на колени, захрипел, захлёбываясь кровью, и упал лицом вперёд, дёргаясь в предсмертных конвульсиях.

Двое других гвардейцев вскочили на ноги и потянулись за оружием, но опоздали. Меч описал в воздухе идеальную дугу и отрубил голову первому гвардейцу у самого основания шеи. Голова покатилась по полу. Третий гвардеец успел выхватить меч и даже замахнуться для удара, но клинок Саныча оказался быстрее. Он пронзил грудь противника, пробив сердце.

Король Червей осмотрел результаты своей работы, удовлетворённо кивнул и вытер окровавленный клинок о мундир одного из погибших. Караульное помещение превратилось в бойню, стены были забрызганы кровью, на полу лежали три трупа. Отличная работа, быстрая, эффективная, без лишнего шума и свидетелей.

Он вышел из караульного помещения, направился к складу, расположенному в соседнем здании, и без труда нашёл то, что искал. Небольшая деревянная коробка размером с ладонь идеально подходила для транспортировки небольших предметов или, в данном случае, живых существ. Король Червей взял коробку, открыл крышку и улыбнулся.

— Пришло время сделать скромный подарок родственникам Михаила, — произнёс он вслух. — Уверен, они будут в восторге от моей заботы и внимания к их персонам.

На коже рук начали проступать красные линии. Они быстро превратились в извивающихся алых червей, скользких и отвратительных, ползущих по коже и оставляющих за собой след из прозрачной слизи. Черви один за другим отделялись от кожи гвардейца, падали в открытую коробку и сворачивались там в клубок, извиваясь, желая поскорее проникнуть в новое тело, подарив господину ещё одну марионетку.

Когда в коробке оказалось около двух десятков червей, он закрыл крышку и направился к выходу из здания.

Поместье Максима Харитоновича Архарова, деда Михаила, находилось в северной части Калининграда, в тихом районе. Там сейчас жила Елизавета Максимовна со своим мужем Станиславом Карловичем и маленькой дочкой Алисой. Идеальная мишень для диверсии, которая должна была выбить почву из-под ног Михаила.

Впереди показались ворота поместья Архаровых, охраняемые двумя стражниками в тёплых шубах, которые мёрзли на своём посту, но не покидали его, честно выполняя свой долг.

— Здравия желаю, товарищи, — произнёс Король Червей, приближаясь к воротам и дружелюбно улыбаясь. — Принёс посылку для Елизаветы Максимовны.

Стражники переглянулись, узнав своего товарища, который часто нёс караульную службу вместе с ними, и кивнули, открывая ворота.

— А ты давно в посыльные подался? — усмехнулся бородатый гвардеец.

— После того, как приставал к твоей мамке, а она послала меня, — ответил колкостью на колкость Король Червей.

— Ха-ха! Хорошо сказал. Моя мамка была той ещё стервой, даже папашу послала лесом, — рассмеялся бородач. — Хотя, может и жаль, так бы родственниками с тобой стали. Да, Саныч?

— Согласен, жаль, — кивнул Король Червей и прошел во двор поместья.

Я собирался продолжить путь, достать автомат и телепортироваться дальше в сторону Лондона, но судьба решила внести свои коррективы. Из-за ближайшего здания, из подворотен, из разрушенных домов и даже из-под земли начали появляться заражённые. Их было много, чертовски много, целая орда тварей самых разных форм и размеров.

Гвардейцы английской армии в потрёпанных красных мундирах размахивали ржавыми штыками и саблями. Чудовища на четырёх лапах с вытянутыми мордами, похожими на волчьи, но покрытыми чешуёй вместо шерсти. Летающие твари, похожие на гарпий, но с тремя парами крыльев и клювами, усеянными острыми зубами.

Они заполонили улицы Дангенесса, окружив меня плотным кольцом и перекрыв все пути к отступлению. И все они хохотали, смеялись противным многоголосым смехом, который эхом разносился между разрушенными зданиями.

— Добро пожаловать в Англию, дорогой брат, — хором произнесли заражённые, и от этого многоголосия в ушах запищало. — Чай уже заварен, правда, придётся приправить его твоей кровью, упрямый глупец.

Они двинулись вперёд единой массой, сокращая расстояние и готовясь разорвать меня на части или схватить? Чёрт знает, что у них на уме. Гвардейцы выставили вперёд штыки, монстры на четырёх лапах припали к земле, готовясь к прыжку, а летающие твари начали пикировать сверху, растопырив когтистые лапы.

Надо признать, картина была впечатляющей, Король Червей явно не пожалел сил на организацию этой встречи. Но он забыл об одной маленькой детали.

— Снежана, — равнодушно произнёс я, призывая ледяную королеву.

Воздух вокруг меня мгновенно похолодел, температура упала на тридцать градусов за считаные секунды, а выдыхаемый пар превратился в ледяные кристаллы. Рядом со мной материализовалась Снежана, прекрасная ледяная дева с волосами цвета инея и глазами, холодными, как арктические льды. Она с грустью посмотрела на орду заражённых, окруживших нас со всех сторон, и тихо вздохнула, щёлкнув пальцами.

Земля под ногами заражённых покрылась ледяной коркой, которая быстро расползалась во все стороны, захватывая всё новые территории. Лёд поднимался всё выше, оплетая ноги тварей, их тела, руки, головы, превращая живую плоть в застывшие статуи. Заражённые пытались вырваться, рычали, визжали, размахивали оружием, но ничего не помогало. Лёд был безжалостен и неумолим, он сковывал движения, проникал в поры кожи, замораживал кровь в венах.

Через минуту орда превратилась в ледяной сад, усеянный сотнями застывших фигур в самых разных позах. Один гвардеец застыл с занесённым для удара штыком, другой стоял на одной ноге, пытаясь вырваться из ледяного плена. Чудовища на четырёх лапах обледенели в прыжке, и разбились на части, ударившись о землю. Летающие твари превратились в ледяные скульптуры, а после осыпались на брусчатку грудами звенящих осколков.

Я медленно прошёлся между ледяными статуями, рассматривая застывшие лица заражённых. Снежана плыла рядом, не касаясь земли ногами, и с каждым её движением температура падала всё ниже. Я остановился перед одним из гвардейцев, чьи глаза всё ещё светились красным сквозь толщу льда, и хищно улыбнулся, глядя прямо в эти глаза.

— Неужели ты думал, что я сам буду бороться против всего этого стада? — спросил я, обращаясь к Королю Червей, который наблюдал за происходящим глазами заражённого. — Нет уж, спасибо. У меня есть друзья, которые с радостью помогут разобраться с твоими марионетками. Меня интересуешь только ты, «братишка».

Красный свет в глазах гвардейца замерцал, затрепетал, словно Король Червей пытался что-то ответить, но не мог пробиться сквозь ледяную преграду. Я усмехнулся, развернулся и направился прочь.

— Пора заканчивать историю глиста-переростка, а пока…

Я вытащил автомат из-за спины и передёрнул затвор, услышав глухой лязг. Отсоединил магазин, так и есть… Патронов не осталось.

— Весело! — хмыкнул я, швырнув пустой магазин в ближайшую ледяную статую.

Магазин со звоном отскочил от льда и упал в снег, а я стоял и смотрел вдаль. Без патронов я не мог телепортироваться, а значит, придётся добираться до Лондона каким-то другим способом. Пешком? Сто километров по заснеженным дорогам, постоянно сражаясь с полчищами зараженных? Нет, это займёт слишком много времени.

Нужен транспорт. Любой транспорт, который довезёт меня до Лондона за разумное время. Я огляделся по сторонам в поисках чего-нибудь подходящего, и мой взгляд упал на покосившуюся табличку с надписью «Железнодорожный вокзал Дандженесс». Идеально! Особенно если там сохранился рабочий локомотив.

Я побежал в указанном направлении, перепрыгивая через сугробы и обходя замёрзшие лужи. Станция оказалась небольшим одноэтажным зданием из красного кирпича, наполовину занесённым снегом. Рельсы уходили вдаль, теряясь за горизонтом, а на одном из путей стоял локомотив. Старый, потрёпанный, покрытый ржавчиной и снегом, но на удивление целый.

Я с интересом заглянул в кабину и тут же утонул в носталгии. Совсем недавно мы с ребятами удирали из Екатеринбурга на таком же. Нет, конечно же, локомотив выглядел по-другому, но суть была той же. Внутри темно, пахло машинным маслом и сыростью, но приборная панель выглядела относительно целой. Рычаги, кнопки, манометры, какие-то тумблеры. Всё это представляло собой хаотичный набор непонятных мне устройств. Но я уже катался на локомотиве, значит, и с этим разберусь.

Методично изучив приборную панель, я нажимал на кнопки, дёргал за рычаги и переключал тумблеры. Первые десять минут ничего не происходило, локомотив стоял на рельсах мёртвым грузом, игнорируя мои попытки его оживить. Но потом я наткнулся на большой красный рычаг, потянул его на себя, и локомотив вздрогнул всем корпусом.