Антон Панарин – Чёрт из Чертаново. Том 4 (страница 2)
По ту сторону тянулось длинное помещение, стены которого были сплошь увешаны оружием и доспехами. Абаддонский неторопливо шагал мимо зазубренного топора, косы, мимо клевца и связки кинжалов. Это были трофеи добытые в бою. Часть из них он получил тридцать лет назад, во время Воронежской бойни.
— Все вы пытались меня прикончить, — оскалился он, — а по итогу оказались в моей коллекции.
Демон вытянул руку, и в ней из ниоткуда возникло «Пламя Нифльхейма». Абаддонский рубанул им воздух. Клинок со свистом опустился вниз оставив после себя пламенный росчерк.
— Отличная безделушка.
Покупка отправилась на заранее заготовленные крепления, и по телу Абаддонского тут же пробежала алая рябь.
— Иронично, не правда ли? Вы пытались меня убить, а в итоге сделали лишь сильнее.
Он не спеша добрался до конца помещения, где громоздилась гора ржавого лома и мятых доспехов. Извлёк из кармана первозданную искру и поднёс её к покорёженному нагруднику. Огонёк утонул в металле, и вмятины расправились. Броня засверкала, словно её только что отполировали.
— Да, Максим Палыч, — произнёс демон, любуясь работой искры. — Хоть ты и подох, но сбежать от меня не сможешь. Я выдерну твою душу обратно и поселю её в этом доспехе. Будешь целую вечность следить, как я становлюсь сильнее, как умирают твои друзья и потомки. А в один из дней ты сможешь лицезреть как я поставлю этот город на колени.
Абаддонский сунул руку в тот же карман за сферой инкарнации и замер. Внутри было пусто. Не отыскалась сфера ни в соседнем, ни в оставленном пиджаке.
— Какого чёрта⁈ — прорычал Абаддонский. — Где моя сфера⁈
Его голос эхом разнёсся по коридору и через портал вылетел чтобы прогуляться по комнатам дома. В это время Снежана нежилась под горячим душем и через вентиляцию услышала приглушённый рёв отца. Девушка тут же захихикала.
— А этот парень мне нравится, — восхищённо протянула суккуба, намыливая губкой грудь. — Не только отца вокруг пальца обвёл, так ещё и мой лифчик стащил. Извращуга.
Глава 2
Первый автобус на Белгород ушёл без меня, и винить в этом стоило не будильник, а два сумасшедших дня. После этой бесконечной гонки я продрых аж до половины девятого. С трудом разлепив глаза я умылся, оделся и принялся собираться.
Со стороны это смотрелось диковато: человек мечется по квартире, хватает вещи, запихивает в сумку, а после сумка исчезает в воздухе отправившись в инвентарь. Собираясь уже выходить вспомнил про носки «Вторник». Которые я тут же надел и плевать, что на дворе понедельник, две единицы живучести лишними не будут.
Командировка намечалась нервная: сегодня Пал Палыч объявит завод банкротом, после чего предстоит выгребать скверну до тех пор, пока заводской не получит обещанный семьдесят первый уровень.
Пока я собирался, Даша спала, отвернувшись к стене. А может делала вид что спит, попробуй разбери этих женщин. Я поцеловал её в макушку, девушка засопела и сильнее зарылась в одеяло. Ну и ладно. помиримся когда вернусь.
Едва я вышел из квартиры, как в кармане заголосил телефон. Звонили с незнакомого городского номера.
— Дмитрий Александрович? — поинтересовался учтивый мужской голос.
— А кто спрашивает?
— Коллекторское агентство «Чистая совесть». Ваша задолженность перед банком выкуплена нашей организацией. Настоятельно рекомендуем погасить её как можно быстрее, иначе мы будем вынуждены на вас воздействовать.
— Воздействовать? — усмехнулся я понимая что это разводка для лохов и никакой реальной власти у этих клоунов нет. — А расскажите поподробнее, как именно вы собираетесь это делать? У меня как раз разговор записывается.
В трубке стало тихо, только на заднем плане кто-то кашлянул.
— Дмитрий Александрович, мы бы не хотели…
— Я бы тоже не хотел с вами общаться. Всего плохого.
Сбросив вызов, я открыл приложение банка. В правом верхнем углу было новое уведомление, открыв которое я прочёл то что мне только что озвучил коллектор. Права требования по моему кредитному договору переданы по механизму цессии коллекторскому агентству «Чистая совесть», ниже виднелись реквизиты для оплаты.
— Идиотизм, — усмехнулся я, продолжая читать бесконечное сообщение от банка. — Просрочил всего пару платежей, а от меня решили избавиться. Впрочем, мне то какая разница? Буду платить по новым реквизитам.
По уму следовало нестись на вокзал и прыгать в ближайший автобус до Белгорода. Но уезжать, оставив коллекторов обиженными, это весьма паршивая идея. Начнут названивать родственникам, а то и чего доброго заявятся в Чертовицы, а маму удар хватит. Нет, так не пойдёт.
Открыв приложение я вызвал такси до Ротонды. Шагнуть туда через разрез было бы быстрее, вот только после того как я влепил Хрякину по яйцам, телепортация стала слишком заметным навыком по которому меня могут вычислить. Да, стоило подумать об этом раньше, ведь я уже использовал ножницы пару раз, ну что поделаешь? Хорошая мысля, приходит опосля.
Выскочив из подъезда я сел в такси и помчался в сторону Ротонды думая о том что у коллекторов есть чувство юмора. Это же надо назвать кучку бесчестных сволочей «Чистой совестью».
Через десять минут меня высадили у руин Ротонды, я выбрался из машины и огляделся. Ни кортежей, ни внедорожников, только пара голубей у бордюра клевали корку хлеба. Обычные голуби, даже человеческих зубов у них нет. Убедившись, что меня никто не ждёт, я перезвонил по утреннему номеру.
— Это Дмитрий Александрович. — Сказал я как только трубку подняли. — Видел письмо из банка и теперь знаю, что вы не врёте и действительно выкупили мой долг. Значит, так. Сегодня я внесу платёж и погашу крупную часть долга. Взамен вы не звоните, не пишете и вообще не показываетесь на глаза моим близким. Идёт?
— Да, Дмитрий Александрович. Если вы постараетесь погасить задолженность как можно скорее, у нас не будет причин на вас давить.
— В таком из случаев ждите. Платёж будет зачислен в течение трёх суток, если банк не облажается.
Я отключился и стал обшаривать бурьян в поисках пуговицы. Угробил минут двадцать на это, но таки нашел кругляш и отправил его в инвентарь, а после направился в торговый квартал.
Внутри как всегда было прохладно. Харбор лупил молотком по наковальне, Слизень похоже спал, а Пчела сидела за прилавком, заваленным товаром. Поприветствовав меня деловитым «БЗЗЗ», она вопросительно склонила голову.
— И тебе БЗЗЗ. — Улыбнулся я и достал из инвентаря заранее монету номиналом в пятьсот сорок три МК. — Мне бы обменять на рубли.
Пчела кивнула и вывела на бумажке: «По 5000».
— Может, по шесть?
Ответом мне стал жужжащий хохот. Ржала пчела всем телом, даже крылышки тряслись, а отсмеявшись, она ткнула лапкой в прежнюю цифру. Торговаться бесполезно, но я хотя бы попытался. Забрав монетку она свалила в кладовку и долго рылась. Потом послышался шум счётной машинки и минут через десять она вернулась с пятью пухлыми пачками пятитысячных купюр, ещё немного добавила сверху. В итоге вышло два миллиона семьсот пятнадцать тысяч.
В кармане у меня оставалась сотня монет, на случай если потребуется срочно прокачать какой то из навыков или оплатить собственное лечение. В Белгороде ведь есть такие же торговые кварталы, верно? Нужно спросить у Пал Палыча при встрече.
Я отправил стопки пятитысячных в инвентарь, а пчела на прощание с надеждой вытащила из-под прилавка кисточки для сосков.
— Предложи их Харбору, он в отличии от меня с радостью носит штаны с вырезом на заднице. — Усмехнулся я.
Добежав до ближайшего банкомата я закинул наличку на карту, а после, перевёл всё, кроме пятидесяти тысяч, по реквизитам из уведомления. Два миллиона шестьсот шестьдесят пять тысяч ушли к новым хозяевам, и я мысленно пожелал им обосраться от счастья. Сам же особой радости от перевода не испытал, а скоро радости стало ещё меньше. Зазвонил телефон и на экране высветилось имя «Пал Палыч».
— Дмитрий Александрович, где вас черти носят⁈ — рявкнул старик вместо приветствия.
— Стою на остановке, с минуты на минуту подойдёт автобус. — Ответил я думая что будет быстрее, вызывать такси до автовокзала или дойти туда пешком?
— Быстрее едьте сюда! — С тревогой в голосе выпалил Заводской. — Я только что объявил о банкротстве, и народ, мягко говоря, не обрадовался! — В трубке что-то бахнуло, затем прокатился далёкий многоголосый гул. — Негатив сгущается, а позитивный сгусток, который я растил все эти годы, начинает таять! Если сгусток исчезнет, всему Белгороду конец!
— Пал Палыч, я ничего не понял. Почему это Белгороду конец?
— Хватит трепаться, Дмитрий! Едьте сюда быстрее, прошу вас! — Выпалил Пал Палыч и бросил трубку.
Я бы и рад «быстрее», но нас разделяют двести пятьдесят километров трассы. Для начала я снял в банкомате тридцать тысяч наличными, чуйка подсказывала: пригодятся. Следом открыл приложение такси и впервые в жизни ткнул в тариф «Премиум плюс».
Спустя пару минут подъехал чёрный БМВ тонированный в круг. За рулём сидел молодой парень в солнцезащитных очках вряд ли что-то видел из-за тонировки, но спросил:
— До Белгорода?
— До него родимого, — подтвердил я, забираясь на заднее сиденье.
Выехали на трассу, водитель держал уверенные сто десять. Пригороды за стеклом сменились лесопосадками, и перед глазами вспыхнула синяя рамка.