Антон Панарин – Чёрт из Чертаново. Том 4 (страница 15)
Вернувшись в квартиру я нашел Пифона на кухонном подоконнике, свернувшись кольцом он тихонько спал. При моём появлении змей приоткрыл один глаз и зашипел. Видимо молока хочет. Вот только в квартире продуктов отродясь не водилось.
Пришлось лезть в телефон и заказывать доставку. Накидал в корзину сырников с блинами и яичницу в трёх вариантах, а для Пифона отдельной строкой пошёл литр молочного коктейля. Доставка пообещала привезти всё за пятнадцать минут, и я набрал Саню.
— Ну как вам квартира с Валькой? — поинтересовался я.
— Валька в восторге, да и я тоже, — шепотом произнёс Саня явно пытающийся не разбудить Вальку. — Спасибо, Дим. Отличный свадебный подарок.
— Ну вот и отдохните. На заводе мы сегодня и сами справимся.
— Не, так не пойдёт, — тут же возразил друг. — Я подъеду, но Вальку сначала свожу в парк прогуляться. Пару часов без меня справитесь?
— Конечно справимся, — заверил я. — Гуляйте.
Из комнаты донёсся протяжный зевок, а следом рёв Борисыча:
— Нас кормить тут будут, или на голодный желудок придётся нарывы закрывать?
— Будут, будут, — откликнулся я. — Через пятнадцать минут привезут заказ.
— Вот это дело, — одобрительно произнёс Боцман, что-то грюкнуло и он снова захрапел.
В доставке не обманули и через пятнадцать минут в квартиру постучался парнишка лет двадцати с двумя огромными пакетами. Забрав еду я двинул на кухню оживляя ароматами свежей пищи своих бандерлогов.
Ежжи выполз из ванной, и выглядел он хуже моей кредитной истории. Иглы торчали дыбом, а на боку отпечатался узор от слива. Зевая, он раскрыл пасть во всю ширь демонстрируя острые зубы. Магнитофон ёж притащил с собой и, воткнув новую кассету, поставил на стол рядом с блинами. Правда не долго музыка играла. На кухню вошел Боцман и вышвырнул магнитофон в окно.
После короткой перепалки мы сели завтракать. Борисыч умял всю яичницу вместе с половиной сырников, а Ежжи с хрустом уничтожил блины поджаренные до корочки. Пифон же плюхнулся в кружку с молочным коктейлем и принялся жадно пить.
Я пил чай закусывая сырниками и удивлялся как Шикха сумела собрать мою руку так, что она совершенно не болит? Впрочему геройствовать и нагружать руку я не собираюсь. Кстати, о геройствах! Я ведь давненько не распределял свободные очки характеристик.
Сейчас у меня 25 уровень, а характеристики так то не слабо подросли с учётом предметов:
И ещё у меня 14 нераспределённых очков. В таком из случаев три очка закину в силу чтобы поднять её до тридцати, а остальное в живучесть, тогда она поднимется аж до тридцати трёх. Может тогда мои кости перестанут рассыпаться в труху после рукопожатия с демонами.
Взгляд скользнул ниже и я увидел список навыков:
Прошел всего месяц, а я уже вон какой богатырь. Если бы пришлось снова схлестнуться с сынком Абаддонского, я бы укатал его в асфальт без особых проблем.
— Чего в облаках витаешь? — Окликнул меня Борисыч.
— Характеристики распределяю, — отозвался я отпив чая.
— Разумно. Кидай всё в силу и живучесть. В старости не будешь горя знать. — Посоветовал Боцман.
— Если доживёшь до старости, — фыркнул Ежжи.
Я посмотрел на часы и встал из-за стола:
— Доедайте и идём на смену.
— Экфплуататор, — чавкая произнёс Борисыч.
Спустя десять минут мы пошли на завод. Охранник было решил нас остановить, но появился Палыч и попросил нас не трогать. Мудрое решение, ведь Борисыч мог и в морду дать.
— Доброе утро, господа, — Пал Палыч кивнул каждому из нас и повёл через проходную. — Вы представляете, сгусток за ночь почти не просел в ёмкости.
— А ты думал, — хмыкнул Борисыч. — Не переживай, дотянем мы твой сгусток до пятёрки. Но дальше каждый сам по себе.
— Разумеется, — Пал Палыч поклонился так низко, что едва не достал галстуком до асфальта.
Пройдя через проходную, я задержался и стал очищать подходящих на работу заводчан, а Ежжи и Борисыч отправились чистить тоннели. Работяг всё так же окутывали облачка скверны, но теперь они были не такими густыми как прежде. Фоновое переливание цепляло идущих мимо трудяг очищая их от негатива. Невольно люди распрямляли спин, а лица становились не такими суровыми.
Закончив очистку, я побежал в тоннели которые за ночь заросло по новой. Скверна сочилась с потолка и собиралась по углам в свежие нарывы на пару десятков единиц каждый. Из ближайшего на меня высыпала стая крыс, но даже сражаться не пришлось. Переливание сожрало их на подступе. Серая масса тел взорвалась золотистыми искрами оставив после себя лишь монеты.
Я догнал Борисыча и Ежжи когда они сражались с жабой, размером с телёнка. Ну как сражались? Ёж свернулся клубком и, разогнавшись, въехал ей прямо в раззявленную пасть. Послышался треск, а после жабу разорвало, забрызгав стены зелёной слизью. Борисыч двинул вглубь тоннеля со свистом рассекая воздух топором. Мне же оставалось лишь следовать за ними и вытягивать скверну из нарывов. Пифон носился между нами, сгребая монеты, и я порой терял его из виду.
Такие сообщения мелькали без остановки, и я перестал их читать. Часа через три мы выбрались наверх в самом лучшем виде: Борисыч по пояс в чёрной слизи, Ежжи в зелёной. Я же умудрился собрать обе сразу, и от нашего аромата работяги в цеху упаковки шарахались в стороны. Тут я всерьёз пожалел, что не купил у Шульмана навык «Химчистка». Сто пятьдесят монет, само собой, грабёж, но нюхать гнилостный аромат скверны, ещё хуже.
Борисыч недовольно зыркал по сторонам и спросил в пустоту:
— Где этот домовой?
Пал Палыч будто услышал вопрос и возник рядом раньше, чем Боцман успел прикрыть рот.
— Слышь ты, работодатель хренов, — тут же наехал Борисыч на Палыча смотря как работяги идут на обед в столовую. — Мы тут на тебя пашем спины не разгибая. А ты падла нас даже не кормишь?
— Но я же… — Растерянно произнёс Палыч.
— Значит так, мы идём в столовку. И пусть только там нас не накормят. Я твой чёртов завод с землёй сравняю. Усёк? — Борисыч погрозил пальцем домовому и тот быстро закивал гривой.
— Конечно, конечно. Сейчас отдам распоряжение и вас накормят, без каких-либо вопросов.
Пал Палыч исчез будто его никогда и не было, а мы не спеша двинули вслед за работягами. В столовой «Белсинтеза» нас встретили пластиковые столы да поднос на рельсах. На всё помещение пахло борщом и чесноком.
— Сейчас бы ещё водки с огурчиком, — мечтательно произнёс Боцман беря поднос.
Ежжи принял человеческую форму и мы заняли очередь на раздачу. В столовой завода кормили отменно. Борщ, пюре скартошечкой, салатик капустный, морс или компот на выбор, ещё был гуляш, плов и куча прочих блюд. Я видимо переопылился от Шульмана и взял всё что было. Ну а чего⁈ Халява же… Э-э-э… В смысле я живучесть повысил и теперь мне нужно больше есть!
Сев за столик в дальней части столовой мы принялись орудовать ложками и вилками. Борщ сука вещь! С чесночными пампушками это вообще нечто! После такого даже морса с фрюйхелями и Анны Павловны не хочется. А ещё я впервые благодарен Борисычу за его быдлячью манеру общаться. Теперь каждый день в столовке будем питаться. Ибо нефиг!
— О! Димка! Здорова! — Произнёс радостно подошедший к нам Семёныч. — Ты знаешь, а я дома помозговал над твоими словами и ты прав. Всё хорошо будет. Даже не знаю чего это я расклеился. Так что это. Спасибо тебе. — Он хлопнул меня по плечу и пошел обедать.
Мы же уничтожив все блюда, сытые и подобревшие, поднялись из-за стола и собирались снова идти на зачистку. Борисыч ковырялся в зубах спичкой, а я гадал появится ли сегодня Саня. Я надеялся что не появится. Пусть отдыхает. До выхода оставалось рукой подать, когда со стороны проходной завизжали тормоза.