Антон Нелихов – Мифы окаменелостей (страница 21)
Несколько отличались предания башкир. Они звали великанов алпами или алпамышами и говорили, что их огромные кости похоронены в курганах. В одном кургане будто бы выкопали череп с такими «гнездовьями от зубов», что в каждое можно было влить по восемь ведер воды[283]. Из другого достали громадный скелет женщины. «Нашли еще огромный зуб у той женщины. Зуб был столь огромный, что его увезли в Уфу в музей», — говорили башкиры[284].
Они принимали алпов не за пр
У башкир записали добрую сказку про большую кость. Одна красивая девушка отправилась в лунный вечер за водой и увидела на берегу вымытую из песка огромную кость. «Какой большой богатырь был», — вздохнула она и пообещала, что родит мужу такого же богатыря. Услышал ее месяц и взял себе в жены на небо[287].
Схожее отношение показывали еще разве что могилевские евреи. Возле города Орши в конце XIX века они собирали большие ископаемые кости на берегу Днепра. По словам рабочих каменоломни, евреи жгли и съедали кости или зашивали их в ладанки и носили как талисманы, полагая, что гарантируют себе чуть ли не место в раю, так как кости признавали за священные[288].
На Северном Кавказе и в Закавказье кости принимали за останки исчезнувших великанов. В Ингушетии их звали вампалами. Это были чудовищные исполины, которых порой представляли с двумя ртами. Бог сотворил их прежде человека. Вампалы были такими огромными, что, проходя под солнцем, нагибались, иначе им сшибало папахи и обжигало головы. Скот у них был огромный, объедал леса, как траву. Земля жаловалась, что не знает от них покоя ни днем ни ночью: совсем ее истоптали исполины. Бог прислушался к жалобе и наслал на вампалов эпидемию. Они погибли, и вместо них был создан человек. А вампалы попали в ад. От жара их тела трескаются и изливаются жиром, к которому примешивается адская копоть. От этого получается «земляное масло» — нефть[289].
С помощью костей вампалов ингуши боролись с засухой. В одной из келий возле полуразрушенного христианского храма Тхаба-Ерды хранилась полутораметровая бедренная кость. Когда не было дождей, в аулах выбирали почтенного старца, чтобы он достал кость из подземелья, отнес к реке, опустил несколько раз в воду и вернул обратно. После этого, по словам ингушей, обязательно шел ливень[290].
Живущие в Дагестане кумыки утверждали: исчезнувшие великаны были такими огромными, что их шаги отдавались в земле гулом «дюнк-дюнк, дюнк-дюнк»[291]. Их исполинские кости тоже опускали в воду при засухе. В одной местности, к югу от аула Харакана, лежат голые безводные скалы, где, по легенде, великаны жили в пещерах. Во время засухи оттуда доставали их кости и с молитвой мочили в воде, чтобы пошел дождь[292]. В Буйнакском районе за костями великанов на гору Аркас посылали самого мужественного джигита, который приносил их к реке, клал в воду, а после дождя возвращал на место[293].
Осетины тоже опускали хранящиеся в одной пещере в сундуке кости в реку во время засухи, но к воде их несли не старики и джигиты, а женщины и девушки[294].
В Грузии в 1899 году возле села Хирса горным потоком после дождя размыло овраг, и обнажились несколько костей. Народ принял их за скелет дэви — чудовища-великана, похожего на человека. «Следовало бы поскорее извлечь и перевезти эту редкость в музей… пока суеверный народ, приписывающий костям целебное свойство, не растащил их по частям», — писал корреспондент в газету[295].
Буквально весь Кавказ грезил подобными древними исполинами и их костями. Путешественник Е. Л. Марков писал, что всюду здесь болтали про следы великанов: то в какой-то старой церкви будто бы хранится шапка богатыря, в которую можно спрятаться, и сабля, которую не поднять двумя руками, то в могиле нашли скелет богатыря с зубами с вершок и отвезли графу Левашову в Кутаис как замечательную редкость[296].
Такие же суеверия ходили по всему миру. Великаны оказались центральными персонажами мифической палеонтологии, их существование постоянно подтверждали окаменевшие зубы и отдельные кости слонов, похожие на человеческие. Все прочие остатки, не похожие на людские, народы Кавказа, как и прочие, приписывали чудовищам. Когда в 1903 году на Кубани обвалился высокий, под восемь метров, берег реки Пшиш и наружу выступили два крупных куска бивней, черкесы подумали, что это окаменевшие громадные змеи. «На что, конечно, они имели основание, руководясь формой костей», — писал репортер[297].
Глава 4. Америка: исполины, призраки, бизоны
Весной 1519 года 11 судов Эрнана Кортеса вошли в Мексиканский залив. На них плыли 500 конкистадоров, несколько сотен индейцев с неграми и восемь женщин. С такой скромной силой Кортес собирался добыть в землях Новой Индии золото, основать новые колонии и привести аборигенов к вере в Христа. Впрочем, по поводу последнего он не был уверен. Богословы еще спорили, есть ли душа у индейцев. Некоторые считали их разновидностью животных с похожим на людей обликом.
Свой поход Кортес посвятил святому Петру и запретил во время похода упоминать в ругани Христа, Деву Марию и всех апостолов и святых без исключения.
К тому времени испанцы закрепились на островах Мексиканского залива, но обе попытки продвинуться на материк провалились. Первую экспедицию, едва корабли пристали к берегу, разбили майя. Вторая немного прошла на север, столкнулась с ацтеками и предпочла вернуться восвояси.
Кортесу терять было нечего. Поход начался со скандала: после ссоры губернатор Кубы отменил его экспедицию, и Кортес отплыл без разрешения и полномочий, как самозванец. Ему требовался громкий успех. Иначе его ждали арест и, скорее всего, виселица.
Команда собралась ему под стать, вся из авантюристов и искателей приключений.
Конкистадоры не были солдатами в привычном значении слова. Им не платили жалованья, они сами покупали оружие и оплачивали дорогу до Америки, нередко залезая в долги, чтобы покрыть дорожные расходы. Они добирались до Америки в трюмах, где стоял густой запах испорченного провианта, нечистот и животных. Каждый год из Испании в сторону Америки отправлялось полтора десятка кораблей, набитых конкистадорами. Ими двигала надежда на быстрое обогащение, и они были готовы ко всему. Их заработком становилась доля в общей добыче от разграбленных индейских городов[298].
Кортес понимал, что с небольшой армией не выстоит в открытых боях с индейцами, и надеялся на хитрость и смекалку. Он выдавал себя за бога Кетцалькоатля, говорил, что пушки — это живые чудовища, а главное, играл на взаимных недовольствах и ссорах индейских племен.
Свою первую добычу он немедленно погрузил на корабль и отправил королю Испании с просьбой назначить его капитаном и главным судьей основанных им колоний. Формально это была взятка. Остальные корабли он затопил и, отрезав путь назад, отправился вглубь материка.
На двадцатый день отряд подошел к городу Тлашкале. Тлашкальцы вступили в бой, и конкистадоры целый день удерживали их в отдалении стрельбой из арбалетов, пушек и аркебуз. Стойкость испанцев впечатлила индейцев, они предложили переговоры.
Со всех сторон Тлашкалу окружали владения империи ацтеков и их союзников. Маленькая Тлашкала уже почти 60 лет чудом отстаивала независимость. Силы были неравными. Армия ацтеков насчитывала десятки тысяч воинов. Власть ацтеков простиралась на 25 миллионов человек, живущих на всем Мексиканском нагорье. Империя находилась в зените могущества, подавила все мятежи, завоевала обширные земли, и только один народ продолжал сопротивляться — тлашкальцы.
Войны ацтеков с тлашкальцами назвали Цветочными. Во время сражений ацтеки старались не убивать тлашкальцев, а захватывали живыми, чтобы принести в жертву богам. Тлашкальцы считались редкой и ценной жертвой. Ацтек, пленивший тлашкальца, получал высокую награду.
Человеческие жертвоприношения стояли на главном месте в их религии. В столице ацтеков, Теночтитлане, жертвы приносили каждый день. Бесчисленные рабы, пленники, данники и дети бедняков кончали жизнь под обсидиановыми ножами жрецов. Им вскрывали грудь, поднимали вверх сердце — «драгоценный плод кактуса» — и сжигали его в специальном сосуде, а ненужное тело сбрасывали вниз с пирамиды.
Ацтеки верили, что сердца людей отдаляют неизбежную гибель пятого солнца. По их представлениям, мир уже погибал четыре раза и, когда солнце потухнет в пятый раз, окончательно умрет. Солнце нуждалось в сердцах, чтобы гореть.
Правители Тлашкалы увидели в конкистадорах шанс нанести удар по враждебной империи. Они оказали пришельцам самый теплый прием, устраивали в их честь праздники, предложили в жены знатных невест и разрешили их крестить.
Однажды испанцы спросили у тлашкальцев, откуда они появились. Те ответили, что в незапамятные времена их предки пришли в эти места и столкнулись с дикими и грубыми великанами, но сумели их победить. В доказательство показали бедренную кость. «Действительно, она была размером в полный мой рост, а я ведь не мал. И таких костей было изрядное количество; мы дивились и ужасались такой породе прошлых времен», — вспоминал годы спустя один из участников похода[299].