Антон Медведев – Киберлорд (страница 7)

То, что у меня получилось в итоге, сложно описать словами. Виртуальное пространство, наполненное образами, запахами, звуками, вкусами. Насыщенное качествами осязания. Каждый блок информации приобрел смесь этих качеств: чтобы найти нужную информацию, мне достаточно уловить слабый намек по любому из доступных каналов. Дальше остается только немного податься вперед, я чувствую мгновенное движение и касаюсь искомого коктейля с информацией. Дальше уже могу выборочно поглощать из этого коктейля самые вкусные составляющие – то есть то, что меня интересует. Информация считывается огромными блоками: какая-то ее часть, в основном текстовая, сразу откладывается в сознании. Другая – такая, как изображения или видеофайлы, нуждается в визуализации или «проигрывании» для получения о ней точного представления. Без этой процедуры воспринимается лишь общий каркас считанной информации.

– Дмитрий, ты слышишь меня? Возвращайся, для первого раза хватит.

Чертовски неохота возвращаться – я только-только начал осваиваться. Но приходится. Выхожу из Двери, открываю глаза. Вижу перед собой лицо профессора – и улыбаюсь…

«Разбор полетов» длился часа два. Сотрудников лаборатории интересовало все: мне пришлось подробно описать то, что я видел, слышал, чувствовал. Интересно то, что на лабораторный компьютер Кунца поступила вся информация, которую я снял, начиная от арбуза и заканчивая несколькими опытами с изображениями и видеофайлами. Признаюсь, было несколько странно видеть на экране компьютера то, что только что наблюдал в своем сознании.

Разумеется, я поинтересовался, как информация из моего мозга попала на компьютер.

– Дело в том, Дима, – с готовностью пояснил профессор, – что канал соединения процессора с сетью находится в радиодиапазоне на частоте примерно восьмисот пятидесяти мегагерц. Канал двусторонний: твой процессор может как отсылать информацию, так и принимать ее. В целом это очень похоже на GPRS-стандарт, используемый в сотовой связи, только информация передается гораздо быстрее. Мощность твоего передатчика пока невелика, ее хватает на несколько сотен метров. В дальнейшем мы ее увеличим. Ты связываешься с приемником, подключенным к нашему компьютеру. Компьютер включен в Сеть. В результате ты становишься как бы параллельным пользователем: через радиоканал вводишь команды в компьютер, управляя поиском нужной тебе информации. При этом компьютер не только отсылает найденную информацию тебе, но и выводит ее у нас на экране. Таким образом, мы можем видеть, с какой информацией ты работаешь. Но это здесь, в лабораторных условиях. – Кунц улыбнулся. – Мы рассчитываем на то, что в реальной работе ты сможешь незаметно подключаться к любым сетям. Незаметно подключился, скачал нужную информацию – и столь же незаметно ушел. Поверь, твоим возможностям позавидуют лучшие хакеры мира.

– Понятно… – ответил я, осмысливая услышанное. – А как с хранением информации? Боюсь, что я не смогу ее всю запоминать.

– Мы думали над этим, – кивнул профессор. – Нам не удалось пока создать мощный и надежный накопитель, который можно было бы без проблем разместить в голове. Ограничились накопителем на восемь гигабайт, тебе еще предстоит его отыскать и настроить. Емкость, по нынешним меркам, довольно скромная, но больше пока не вышло. Но у тебя есть возможность сохранять информацию на внешних носителях – например, на диске любого компьютера, доступ к которому ты имеешь. Подумай, – глаза профессора возбужденно блеснули, – ты можешь найти какую-то информацию и сохранить ее в недрах Сети на любом из миллионов существующих в мире компьютеров. Так что емкость твоей внутренней памяти не столь критична.

– Я начинаю чувствовать себя приставкой к компьютеру… – пробормотал я.

– Ты просто не представляешь, сколько людей захотели бы поменяться с тобой местами! – заверил меня Кунц. – Боюсь, ты пока еще просто не оценил всего потенциала своих возможностей. Ты можешь дистанционно подключаться к компьютерным сетям. Ты уже сейчас можешь прослушивать разговоры абонентов сотовых телефонных сетей, для этого тебе надо лишь научиться сканировать частотный диапазон и выделять нужные частоты, все алгоритмы декодировки сигнала зашиты в твой процессор. Появятся новые кодировки – ты и к ним сможешь подобрать ключик. Ты станешь королем информации – разве это не здорово? А учитывая твою сверхсилу, ты станешь поистине суперагентом. Джеймс Бонд по сравнению с тобой просто мальчишка. – Кунц удовлетворенно усмехнулся.

– Может быть, – отозвался я, слова профессора почему-то не вызывали у меня энтузиазма. – Я могу теперь отдохнуть?

– Конечно, – кивнул он. – Да, и если вдруг захочешь попрактиковаться, канал связи всегда открыт.

– Спасибо, – поблагодарил я и отправился в свою комнату.

Новые возможности вызывали у меня двоякие чувства. С одной стороны, я был ими просто очарован: лежа в своей кровати, мог бродить по Сети лабораторного комплекса, читать книги и просматривать видеофильмы. Правда, если технические книги я просто мгновенно «проглатывал», то с художественной литературой это оказалось неинтересно. Такие книги я читал медленно, по строчкам, наслаждаясь постепенным развертыванием сюжета. Смотреть видеофильмы и вовсе оказалось приятным развлечением: лежа с закрытыми глазами, я мог видеть фильм не то что не хуже, чем на экране обычного телевизора, а даже лучше. Если сначала картинка в моем сознании немного дрожала и подергивалась, то вскоре я добился поистине идеального качества воспроизведения.

При путешествии по Сети мне казалось, что я реально куда-то перемещаюсь. Двигаюсь по каким-то путям, напоминающим тоннели, нахожу нужную информацию. Но Кунц меня даже немного разочаровал, объяснив, что на деле я никуда не двигаюсь.

– Пойми, Дима, – пояснил он, когда я поделился с ним порцией очередных впечатлений, – все, что ты воспринимаешь, на деле лишь вязь цифр. Единицы и нолики, не более того. И с Сетью ты обмениваешься только цифрами. Когда тебе кажется, что ты касаешься книги, на деле ты даешь цифровую команду на считывание найденной информации. Поиск осуществляется точно так же – путем подачи соответствующих запросов. То, что ты ощущаешь как движение куда-то, на деле является процессом считывания поступающей к тебе информации. Все эти нолики и единицы идут к тебе, но тебе кажется, что двигаешься ты. То, что процессор и твой мозг преобразовали все это в доступную тебе кодировку, ничего не меняет. И даже если тебе будет казаться, что ты путешествуешь по компьютеру где-нибудь в недрах Пентагона, на деле это будет значить только одно: ты установил связь с этим компьютером и он передает тебе информацию.

– Здесь ведь есть выход в обычный Интернет?

– Есть, – подтвердил Кунц. – Но тебе пока туда идти рано. Проблема в том, что наша база связана с внешним миром закрытой линией связи. Никто из посторонних не должен знать о нашем существовании, любая ошибка может нас выдать. Поэтому выход в Интернет пока для тебя закрыт. Здесь, на базе, у нас порядка сотни работающих компьютеров, включая центральный. Этого тебе хватит, чтобы получить начальные навыки. И в мировую паутину ты пойдешь только тогда, когда научишься не просто бродить по ней, но и заметать следы. Мало куда-то залезть – нужно еще незаметно уйти. Опытный хакер тем и хорош, что не оставляет следов. Либо оставляет ложный след – это тоже надо учитывать. Кроме того, тебе надо научиться обходить защиту. Все это требует времени. В глобальную Сеть надо выходить уже подготовленным, чтобы никто не заметил твоего присутствия.

В словах профессора была своя логика, мне пришлось согласиться. Хотя побродить по просторам Интернета хотелось неимоверно.

С этого дня моя подготовка приобрела два основных направления. С одно стороны, я даже часы отдыха начал посвящать блужданию в местной Сети. Для меня составили подборку нужной литературы, я глотал ее сотнями мегабайт. Изучал все, что могло понадобиться, благо с моими новыми способностями изучение оказалось весьма легким делом. Так, выяснилось, что я почти не знаю английского языка. На то, чтобы выучить его, мне понадобилось около недели. К этому времени я уже отыскал те самые восемь гигабайт памяти, о которых говорил профессор, но качество этой памяти меня не устроило. Там можно было хранить какую-то информацию, но пользоваться ею оказалось достаточно неудобно. Тем не менее, я быстро выяснил, что могу запоминать большие массивы информации, просто закачивая их в свое сознание – так, как это происходило с книгами. В этом случае не было стопроцентного запоминания информации, как при записи на микросхему памяти. Но эта память была живой, обычной. Чтобы выучить английский язык, мне пришлось запомнить данные англо-русского словаря и прочитать пару английских романов. В качестве временной меры англо-русский словарь и грамматический справочник находились и в электронной памяти – я обращался к ним тогда, когда не мог вспомнить перевод нужного слова. После того, как я прочитал два романа на английском языке, у меня уже не возникало проблем с пониманием английской письменности – в моем сознании хранились целые блоки текста, я мог оперировать не словами, но целыми фразами.