Антон Медведев – Киберлорд (страница 12)
С текстами у меня не возникло никаких проблем – я мог писать их целыми фразами. А вот с голосовой связью пришлось повозиться. Сначала мне удавалось выдавливать из динамиков лишь звуки, напоминающие мычание немого. Минут за сорок упорных усилий я добился того, что моя речь начала звучать заметно отчетливее. При этом я научился контролировать поток мыслей и выдавать лишь то, что нужно, а не переводить в слова все мысли подряд. Потренировавшись еще с полчаса, я лег в кровать, вполне удовлетворенный результатом.
Утром в лаборатории я продемонстрировал свои успехи Кунцу, он остался очень доволен. Тут же опробовали и обратную схему: профессор набирал на клавиатуре текст и отправлял мне, я получал его и через центральный компьютер голосом выдавал ответ. Получалось замечательно. Затем опробовали радиоканал: Валентин назвал мне частоту рации, взял ее и вышел из лаборатории. Настроив частоту передачи, я послал мысленный запрос:
«– Профессор, вы меня слышите?»
Пару секунд спустя в сознании раздался отчетливый голос Кунца:
«– Дима, слышу! А ты меня слышишь?»
«– Великолепно. Похоже, все работает».
«– Точно! Ты просто не представляешь, какие возможности это нам сулит».
«– Ну почему не представляю? Для шпионов это будет в самый раз».
«– Вот именно! Ну все, я возвращаюсь…»
Минуту спустя Кунц вернулся в лабораторию, его лицо просто сияло от восторга.
– Уверен, что нам теперь непременно увеличат финансирование. Ну и зарплату должны прибавить. – Он усмехнулся. – Если бы еще научиться транслировать зрительные образы…
Это звучало как ненавязчивая просьба.
– Тогда я стану самым совершенным разведывательным комплексом в мире. Ходячая видеокамера с передатчиком, с возможностью подключаться к коммуникационным сетям. Плюс способная прыгать, как кузнечик, а в костюме еще и пуленепробиваемая. О такой видеокамере мечтают все спецслужбы мира.
В моем голосе ясно чувствовалась ирония, и Кунц ее уловил.
– Дима, ну не надо… – поморщился он, словно от зубной боли. – Мы же одна команда и делаем общее дело. Я даже завидую тебе – честно.
– Но ведь в моей голове не последний процессор, верно? – осведомился я. – Хватит на всех. И уж тем более для ведущего инженера проекта. Раньше врачи многие новинки испытывали на себе. Хотя нет, сначала на кроликах. – Я демонстративно улыбнулся.
– Эх, Дима… – В голосе профессора мелькнула грусть. – Да разве бы я был против? Мне этого просто не позволяют…
Возникла неловкая пауза, я даже продумал о том, что малость перестарался.
– Ладно, подумаю над трансляцией зрительных образов, – примирительно произнес я, пытаясь смягчить ситуацию. – Я пойду к себе, хорошо?
– Ну конечно, – печально улыбнулся Кунц.
Валентин так и не дал мне выхода в Интернет, а просить об этом снова я не хотел. Не желает давать – черт с ним. Возьму сам.
К этому времени я уже неплохо освоился с тонкостями компьютерных технологий. В частности, научился скрывать от лабораторного компьютера свою сетевую деятельность. Кунц по-прежнему получал отчеты о моих путешествиях по местной Сети. Не знал он лишь того, что я сам определял, какую информацию оставить, а какую скрыть.
Выход на линию, ведущую во внешний мир, я отыскал уже довольно давно. Но линия оказалась закрыта, при попытке войти в нее я ощущал препятствие, которое мой разум проецировал в виде тяжелой бронированной двери, от которой во все стороны тянулась бесконечная каменная стена. Дверь мне открыть не удалось, стена тоже вызывала ощущение неприступности. Но я знал, что тот же Кунц как-то общается с внешним миром. Знал, что ключ к выходу был и у командира воинской базы, под прикрытием которой мы существовали, полковника Иванова. И если хорошо постараться…
Если хорошо постараться, то я вполне могу заполучить лазейку в большой мир. Будет ли это нарушением правил? Может быть. Ну и черт с ними, с правилами…
Украсть пароль оказалось невероятно просто. Для начала, покопавшись в нашем центральном компьютере, я определил время, когда полковник Иванов работал с почтой. Выяснилось, что делал он это после десяти утра. Замечательно – на следующее утро в десять утра я слушал объяснения Хлебникова о том, как правильно уходить от слежки, и в это же время часть моего разума контролировала компьютер Иванова. Вот полковник начал работать – включил почтовую программу, а вот и пароль – мне остается только его запомнить.
– Ты слушаешь меня? – строго спрашивает Хлебников.
– Слушаю… – отвечаю я и улыбаюсь…
Поздний вечер. Я лежу в кровати, глаза закрыты. Итак – начали!
Передо мной хорошо знакомая мне стальная дверь. Нужно ввести код, на поверхности двери, подчиняясь моему намерению, тут же появляется панель с клавишами. Замечательно. Итак: z35se@F13ux.
Нажимаю «ввод», дверь плавно открывается. И тут же меня подхватывает поток, я несусь в бездонный черный тоннель. Вдали появляется пятнышко света, несколько мгновений – и я на месте. Передо мной стена тумана: осторожно касаюсь ее, сливаюсь с ней. Итак, где я?
Ощущение нахождения в огромном городе. Но я уже знаю, что нужно искать в первую очередь. Легкое усилие, передо мной прямо в «воздухе» появляются данные по компьютеру, в который я проник. Ага, это головной компьютер какой-то правительственной организации. Секунда, и я уже знаю, какой именно. Вот так новость – а как же ГРУ? С каких это пор секретная военная лаборатория находится в ведении весьма посредственного министерства?
Быстро сканирую ресурсы компьютера. Большая часть хранящихся на нем данных для меня закрыта – как и следовало ожидать. Мой разум тут же создает удобную картину: я внутри большого здания, иду по коридору. По сторонам ряды дверей, на всех таблички с названиями кабинетов. Большинство табличек красные. Пробую открыть одну из дверей – не получается. Мгновение спустя передо мной появляется туманное пятно, тут же принимающее облик рыцаря в латах, с тяжелой алебардой в руках. Вид у рыцаря угрожающий: он делает шаг в мою сторону, замахивается. Я торопливо отрыгиваю. Вот те на – не иначе, какая-то защитная программа.
Проще всего тут же разорвать связь и удрать. Но я уже понимаю, что это не самое уместное в данной ситуации решение. Информация о моей попытке проникнуть в закрытый раздел наверняка сохранится в логах машины, в итоге к полковнику Иванову могут появиться вопросы. А кому он их переадресует, догадаться уже не трудно. Значит, уходить пока рано…
Следующие сорок минут я трачу на то, чтобы отыскать и удалить следы неудачной попытки взлома. Пусть и не без труда, но мне это удается. Впредь надо быть аккуратнее и не трогать запертые двери. По крайней мере, здесь.
Чувствую, что я слишком задержался. Нахожу магистральный канал, останавливаюсь рядом с ним. Немного растерян – просто не знаю, что мне искать. В самом деле – что? Чего я хочу?
Общения. Нормального человеческого общения. Даю запрос – «знакомства, общение» – и ныряю в поток. Меня стремительно несет, затем следует остановка. Передо мной список в несколько сотен сетевых адресов. Касаюсь того, что кажется более симпатичным, и снова в путь. Тут же останавливаюсь. Итак, где я?
Это большой сервер. Впечатление не города – целой вселенной. Одна из страничек привлекает мое внимание радужными переливами – касаюсь ее, открываю. И тут же меня разбирает смех пополам с досадой. На страничке надпись – «Все проститутки Москвы». Электронные адреса, фотографии. Контактные телефоны. Я вообще-то имел в виду совсем другое общение. Отпрыгиваю назад, на сервер «моего» министерства. Снова просматриваю страничку запроса. Выбираю ссылку – в путь!
Форум. Быстро формирую перед собой удобную панель просмотра сообщений. Затем, осознав, что можно сделать все проще, вывожу картинку форума на «большой экран» – теперь она целиком проецируется в моем сознании. Выбираю несколько более-менее интересующих меня тем, загружаю странички в свою электронную память. Затем выхожу из центрального компьютера, смотрю на дверь – все верно, она опять закрыта. Проверяю наш лабораторный компьютер, подчищаю мелкие «хвосты». Затем открываю глаза – все…
На базе по-прежнему тихо, народ готовится спать. Вот и хорошо: снова закрываю глаза и уже спокойно, ничего не боясь, читаю сохраненные странички форума…
Если раньше все занятия проходили в спортзале, то с наступлением марта меня стали готовить к выходу на поверхность. В частности, рассказали о местах входа – или выхода. Таких точек было пять, через две из них могли выезжать даже танки.
Мы решили воспользоваться выходом, замаскированным под полуразрушенное строение. Оно находилось метрах в трехстах от складов со старыми, подлежащими утилизации, боеприпасами. Время от времени часть боеприпасов уничтожали на полигоне, но я был более чем уверен, что эти взрывы нужны лишь для прикрытия деятельности лаборатории.
Хлебников сразу предупредил, что охрана комплекса в известность не поставлена, так что стрелять в меня, если что, будут на поражение.
– Именно поэтому ты должен действовать так, чтобы тебя никто не заметил, – напутствовал он меня. – Что и как делать, ты уже знаешь. Теперь тебе надо отработать это на практике. Оружия у тебя пока не будет, поэтому вся твоя сила – в скрытности.
Мое первое задание было таким: пробраться незамеченным на склад боеприпасов и «заминировать» его. Муляж мины представлял собой небольшую черную коробочку с таймером, однако вместо взрывчатого вещества в ней находилась дымовая шашка.