Антон Леонтьев – Мертвые канарейки не поют (страница 10)
Сыном человека, который ее изнасиловал.
Она была уверена, что не сможет заснуть, потому что стоило ей закрыть глаза, как она видела перед собой нависшее над ней поджарое тело Льва Георгиевича, то напирающее на нее, то на мгновение отстраняющееся, его закрытые в экстазе глаза и закушенную губу.
И прилипшие к потному лбу седые волосы.
Однако, хотя эти картинки и вспыхивали в ее мозгу, телу требовался отдых, и всего через несколько минут после того, как она закрыла глаза, Рита заснула.
Спала она плохо, то и дело распахивала глаза, отчего-то уверенная, что все еще находится в тайной комнате, прикованная наручниками к кровати и насилуемая Львом Георгиевичем. Чтобы убедиться, что это,
Боль внизу не проходила, впрочем, и не усиливалась. В какой-то момент до Риты сквозь сон долетели голоса родителей, их шаги, скрип открываемой двери. На лоб ей легла прохладная рука, раздался голос мамы:
– Ребенок, у тебя что, температура? И ты еще спишь… Тебе разве в университет не пора?
– Мне сегодня ко второй паре, – соврала Рита, радуясь тому, что лежит к маме спиной. – Так что я еще немного поваляюсь…
Поправив одеяло, мама сказала:
– Ну конечно, поваляйся. Ты себя чувствуешь хорошо? Вчера как все прошло,
– Мамочка, я спать хочу. Все в полном порядке. Хорошего вам с папой дня…
Мама, вздохнув, снова пощупала ее лоб, потом поцеловала Риту в щеку и удалилась из ее комнаты, прикрыв за собой дверь.
Наконец, голоса родителей стихли, хлопнула входная дверь – они ушли на работу, как всегда, вместе, так как работали в одну смену. И Рита поняла, что осталась в квартире одна.
Снова заснуть, как она ни старалась, девушка не смогла, да и спать ей больше не хотелось. Поднявшись, она побрела на кухню, включила электрический чайник и заметила заботливо приготовленные мамой с утра сырники.
Есть не хотелось, однако Рита знала, что надо. Без малейшего аппетита сжевав половину сырника, она выпила немного чая, ощущая, что притупившаяся боль внизу живота вспыхнула с новой силой.
Покопавшись в домашней аптечке, девушка обнаружила упаковку сильных антибиотиков и приняла сначала одну таблетку, а потом на всякий случай и вторую.
Если Барковский ее чем-то
Стараясь не думать, чем ее мог наградить Лев Георгиевич, Рита снова отправилась в постель. Чувствуя внезапно накатившую усталость, прижала к себе плюшевого зайца и закрыла глаза.
День прошел ни шатко ни валко. Больше всего Рита боялась встречи с родителями вечером, однако она прошла на удивление беспроблемно. Нацепив маску показной веселости, Рита просидела показавшиеся ей нескончаемыми полчаса на кухне, против своей воли поглощая вафельный тортик, принесенный мамой, и на ходу изобретая детали семейного сабантуя у Барковских.
Ложь легко срывалась с ее губ, и девушка видела, что родители всему верят. У них не было ни малейшего сомнения в том, что поездка дочери на дачу к Барковским прошла отлично.
Но что бы они знали – то, что Лев Георгиевич Барковский
О,
Знали, к примеру, что за баком с грязным бельем в ванной спрятан пакет с деньгами, рублями и долларами, которыми Барковские откупились от нее?
Нет, не откупились – она сама позволила себя
– Ребенок, все в порядке? – спросила вдруг, прервав свою тираду на полуслове, мама, а отец заявил:
– Ну, не докучай ребенку своими вопросами! Видишь, она такая молчаливая и таинственная. Наверняка влюблена в своего Гошу!
Рита подняла на отца глаза, чувствуя, что их застилают слезы. Он был
Сына человека, который ее изнасиловал.
– Что-то не нравится мне твой вид, ребенок, – заявила мама. – Такое впечатление, что у тебя температура…
Уклонившись от руки мамы, Рита заявила, что у нее все в порядке.
– Любовная лихорадка! – хохотнул отец. – Кстати, ребенок, когда твой Гоша нанесет нам, так сказать, официальный визит? Ведь если он теперь твой друг и вы уже свадьбу планируете, то пора бы нам с ним познакомиться. Ну, и с его отцом.
Вскочив и едва не перевернув чашку с чаем, Рита удалилась с кухни, на ходу бросив:
– Думаю, никакой свадьбы не будет…
И уже из коридора услышала шиканье мамы на отца за бестактный вопрос и его оправдания:
– Ну, я же не знаю, что у них, молодежи, там! Ну, может, поссорились… Впрочем, может, все и срастется. Потому что, подумай сама, заполучить такого зятя, как этот самый Гоша Барковский, очень даже перспективно. Думаешь, он поможет мне стать завотделением?
Накрывшись подушкой с головой, Рита сделала вид, что спит, когда мама минут десять спустя навестила ее. Ведь так хотелось прижаться к ней, расплакаться, рассказать правду.
Только какую правду?
Нет, конечно. Поэтому, дождавшись, пока мама уйдет, Рита дала волю слезам, а потом уснула.
Утром, дабы не вызвать подозрений, она сделала вид, что встает и собирается на занятия в университет, потому что если бы она второй день подряд заявила, что ей «ко второй паре», родители обязательно полезли бы с вопросами.
Успокаивало только то, что наступила пятница, впереди два выходных дня. Два выходных, в течение которых она должна принять решение и понять, как ей жить дальше.
Поэтому, усевшись на кухне и попивая чай, Рита делала вид, что собирается на учебу, желая только одного: чтобы родители как можно быстрее ушли, и она смогла бы снова завалиться в кровать.
Потому что все тело у нее уже не болело, а как-то странно ныло, внизу живота горело, хотя и не сильно, и ее охватила странная непонятная слабость.
Хотелось только спать, спать и спать.
– Ну, ребенок, хорошего тебе дня! – раздался бодрый голос отца.
А мама надвинулась на нее, явно желая приложить ко лбу Риты ладонь, но девушка увернулась и, посмотрев на часы, сказала:
– Вам пора, да и мне тоже. До вечера!
Наконец, дверь за ними захлопнулась, и Рита, еле волоча ноги – сил у нее не было вообще, как будто кто-то вытянул из нее всю энергию, – поплелась в свою комнату. Небрежно сунула под подушку плюшевого зайца и бухнулась в кровать.
И мгновенно уснула.
Проснулась она от острой боли, пронзившей ее живот. Скрючившись от внезапного приступа, Рита попыталась встать – и вдруг поняла, что у нее кровотечение. Испытывая панику и с трудом держась за стенку, Рита потащилась в ванную, не зная, что предпринять.
Вызвать «Скорую»? Позвонить на работу родителям? Самой отправиться в частную клинику?
Решив, что горячая ванна поможет, Рита стала набирать воду, а когда, раздевшись, решила шагнуть в нее, вдруг ощутила новый, гораздо более сильный приступ, от которого у нее перед глазами все поплыло. Схватившись за край ванны, девушка осела на пол, думая о том, что надо дотянуться до крана с водой и закрутить его, иначе она зальет соседей.
В этот момент послышался звонок в дверь – неужели она уже залила?
Открыв глаза, Рита увидела, что находится в непонятном месте, и вдруг вообразила – она все еще в плену у Льва Георгиевича. И только через несколько мгновений поняла – она в машине «Скорой помощи». Только вот
Склонившийся над ней бородатый тип в форме парамедика произнес:
– Пациентка пришла в себя. Давление…
И Рита снова потеряла сознание.