Антон Кун – Павел Повелитель Слов. Том 4 (страница 34)
Я огляделся в поисках источника той вспышки и обнаружил чистое поле до самого океана, посреди которого в недоумении и страхе вертели головами бывшие жители города Мауши. Те, что оставались в городе.
Имперцев уже не было, видимо уехали ловить меня в гостинице.
Помахал рукой людям, которые уже начали приходить в себя.
— Всем привет, — толпа была внушительная, а я уже ощущал себя человеком, потому смог без проблем подойти к ним.
— Здравствуйте, — поклонился один из ближайших ко мне людей. — Господин Павел, что случилось? Почему мы вернулись?
— Кажется, барьер Мауши питался от твари, которую натравили на ваш город. Я уничтожил монстра и барьер рассеялся. — А про себя добавил: вместе с остатками души моего друга.
— Вы знаете где Мао? — с какой-то безысходностью спросил человек.
— Лучше позвоните ему, — кивнул я. — Вот его номер.
Потом они немного поговорили, и я их переправил порталом недалеко от Ляньюньгана и задумался о дальнейших действиях. Несмотря на внешнее спокойствие, внутри меня до сих пор бушевал огонь ярости, который требовал кого-нибудь сжечь. И лучше всех на роль жертвы подходил местный император.
Я даже уже было решил открыть портал прямо у него в обеденной зале, как что-то привлекло моё внимание.
Внимательно оглядев окружающую обстановку, обнаружил чёрную небольшую табличку, валяющуюся на земле.
Подойдя к ней, присел на корточки и стал пристально изучать всеми доступными мне способами. От города ничего не осталось, уж не знаю куда делись дома и имущество, но факт есть факт.
Закончив изучение, нахмурился. Передо мной точно артефакт, некогда напитанный посмертной энергией. Если говорить проще — сила от жертвоприношений. Видимо это и впустило ту тварь в наш мир, причём самым гадским из всех возможных способов.
Закинув табличку в карман к праху монстра, я поднялся. Ярость всё еще горела в моей душе, а осознание способа призыва монстра плеснуло в неё бензина.
Сделав небольшую дыхательную гимнастику, успокаиваясь, я встряхнулся. Проблема в том, что у меня нет железобетонных доказательств, а покушение на меня любимого — не в счёт. Хотя нет. Прощать такое я не намерен.
Я потёр лицо. Мысли путались, а кровожадность всё не утихала. Да что со мной? Внезапно голову прострелила мысль: «Мана монстра!»
Я нахмурился и попытался вспомнить те чувства, что испытал при использовании чужеродной маны.
— Вот же, — выплюнул я в сердцах и потянулся к энергии внутри источника, вот только, к своему немалому удивлению, обнаружил, что всё это время пользуюсь ей, и только благодаря этой чужеродной силе смог выжить при падении.
Но как? Как я мог не заметить?
Взгляд снова зацепился за что-то, и я сконцентрировался. Рука, она стала на тон темнее, будто от загара. И всё бы ничего, вот только оттенок был неестественным, казалось, что кожа начала покрываться трупными пятнами.
А ведь тварь вполне уверено управляла гуманоидной формой, да и разломные твари тоже походили на людей. А значит, эта мана, дающая столько силы, не столько усиливает, сколько подчиняет, превращая в чудовище. Конечно, это лишь косвенные факты, но я чётко ощущал, как мои каналы изменились во время первого использования.
«Несомненно, можно вломится во дворец и устроить там кровавую баню, пока энергия при мне…»
Я тут же мотнул головой и даже похлопал себя по щекам, приводя в чувство. Чем больше я буду использовать эту силу, тем сильнее запачкаюсь. И в результате стану разломной тварью. Очень мощной разломной тварью!
Так, проблема найдена, осталось мелочь — найти решение. Чёрт! Я сжал зубы так, что казалось услышал треск собственной челюсти. Что за дрянь!
Несколько минут я от души ругался. Проклиная всё что можно и нельзя, после чего выдохнул. Немного полегчало и злость отступила, но так, что я точно знал: в любой миг могу сорваться. Как я вообще не прибил боевиков? Наверное, ещё не успел сильно заразиться.
Сев в позу лотоса, я отправился в транс и попытался выйти из тела. Вот только, сколько бы я ни пытался, ничего не выходило. Душу словно что-то удерживало. А ведь точно, если подумать, я не смог пройти сквозь завесу из чужеродной маны.
Открыв глаза, я ещё немного подышал, пытаясь побороть накатывавшее раздражение о ситуации, но не придумал ничего лучше, кроме как найти истончение в реальности.
— ПОИСК, — произнёс я, мысленно готовясь к очередному прорыву ярости. Ведь ничем другим я не мог сейчас пользоваться. Ману, антиэнергию и божественную силу я ощущал в источнике, но не более. Они были будто голограммы, ты их видишь, но рука будто проходит насквозь. Неприятное чувство, особенно для меня, посвятившего магии всю жизнь.
Как и в прошлый раз, Слово повело себя не совсем так как я изначально планировал. Энергия будто обладала собственной волей, и вместо обычного поиска слабого места в реальности, просто разорвала полотно мира, открыв мне проход в изнанку.
Шагнув внутрь, я осмотрелся. Нужен ли мне источник или достаточно внешней среды? Снова потёр виски. Несмотря на сон, я ощущал себя полностью разбитым, отчего злился ещё сильнее. Раздражение просто зашкаливало, одно радовало, что вокруг не было ни души.
Я кинул взгляд на мертвенно спокойный, будто выцветший океан и медленно выдохнул. Злость мешала трезво думать.
Вдох-выдох, вдох-выдох… Кажется придумал!
Рванув с места, я метеором понёсся к пляжной косе. Около минуты я бежал на пределе своих сил, щедро используя ману, пусть будет тёмную. После чего со всего маху нырнул в ледяные объятия.
В отличие от реального мира, здесь вода должна была быть холодной, то есть противоположной нашей.
Вдох-выдох. Разум прояснился от холода и начал усердно искать выход.
'Обычной маной я пользоваться не могу, — мысленно рассуждал я, — как и остальными видами энергии. Значит мне нужен… Ираклий! Должно помочь, по идее. Вот только я далеко от дома, а порталы на такое расстояние для меня непосильная задача, пока. Или нет?
Я посмотрел на свою темнеющую руку и улыбнулся.
«Было не по силам».
Ираклий, он же Орангутанг, что давно уже позабыл своё настоящее имя, тренировался. Последнее испытание показало, насколько он слаб в сравнении с другими и практически полностью бесполезен для команды. Все его навыки можно легко заменить на куда более эффективные.
Хоть он и бесполезен, но учитель никогда ему такое не говорил, лишь помогал в учёбе и развитии. А потому и сам Ираклий не подведёт. Из кожи вон вылезет, но станет достойным. Не будет обузой…
В этот миг его мысли прервал треск разрываемой ткани, будто матушка старую наволочку рвёт, и Ираклий мгновенно окутал себя прозрачной антимагией.
— Учитель? — увидел он выходящего из портала Павла, за спиной которого было что-то серое, да и могильный холод, которым дохнуло оттуда, не внушал.
— Ты-то мне и нужен, — улыбнулся учитель, а его глаза на миг заволокло тьмой.
— Я? — неуверенно спросил он.
— Ещё один, — Павел в раздражении закатил глаза. — Ты, ты! Мне нужна твоя антимагия! Будь любезен, примени на мне всё что можешь, но без цели убить. Скорее! — учитель пожевал губами, подбирая слово. — Твоя цель — лишить меня маны. Совсем.
— Вы уверены? — обеспокоенно нахмурился Ираклий.
— Уверен-уверен! — Павел нетерпеливо помахал рукой. — А теперь давай быстрее, иначе… — взгляд его на миг помутнел, а по рукам побежали чёрные пятна, — я не ручаюсь за себя, — с хрипом закончил он.
На это Ираклий спешно кивнул и применил на своём учителе всё что только мог.
Как же приятно быть правым и вдвойне кайфово, когда это спасает тебе жизнь.
Антимагия оказалась тем самым средством, что легко и непринуждённо развеяло всю тёмную ману, которую я постепенно выпускал через поры, как это некогда делал монстр.
Как бы то ни было, мана, хоть и чужеродная, агрессивная и почти обретшая волю, имеет определённую унифицированную внутреннюю структуру. Собственно, благодаря этому я смог слить воедино божественную, природную и силу изнанки.
А вот антимагия — это как раз тот самый универсальный антидот, бьющий не по внешнему контуру, а по внутренней структуре. В перспективе Ираклий может стать самым сильным из моих учеников, легко развеивая не только заклинания и даже внутренние резервы, но и уничтожая жизненную силу, что тоже в своём роде мана. Вообще весь живой мир если и не состоит из энергии, то тесно с ней взаимодействует.
Когда последняя капля чужеродной силы была развеяна, я сказал:
— Ты большой молодец. Спасибо тебе. Без тебя я бы обратился в неконтролируемое вечно голодное чудовище, — и похлопав опешившего от моего спича антимага, зашагал в сторону дома. На этот раз мне нужен нормальный сон и еда, а ещё…
Мысли поплыли, мир подпрыгнул, словно баскетбольный мяч, после чего всё заволокло темнотой. И лишь в последний момент я почувствовал, как мана, моя собственная, рванула по меридианам, неся с собой уверенность и спокойствие.
На этот раз утро было добрым. Открыл я глаза в своей постели, а миловидная служанка, которой я когда-то давно вылечил брата, с улыбкой принесла мне завтрак на небольшом столике. Подложив подушку под спину удобнее, она поставила передо мной блюда и с поклоном удалилась.
— А мои девочки не вернулись? — окликнул её я на выходе.
— Ещё нет.
— Хорошо. Спасибо, — улыбнулся я и поспешил убрать с блюд крышки.