Антон Хорш – Андо. Андомалия (страница 36)

И всё же… всё же что-то внутри говорило ему, что это правильно. Что именно так и нужно поступить.

Он сделал глубокий вдох.

— Ладно, — сказал он, хотя внутри всё сжалось.

А если она врёт? Если она просто хочет убить меня? Или забрать осколок? Если я сгорю заживо, как только коснусь этого сердца?

Рука дрогнула, и на мгновение он почти отступил. Но затем что-то глубоко внутри — какое-то чувство, не поддающееся объяснению — подсказало: это правильный путь. Это не обман.

— Я готов, — повторил он уже увереннее.

В этот момент позади раздался встревоженный голос:

— Андо! Отойди от неё!

Он обернулся и увидел Хоп, которая бежала к нему с кинжалом в руке. За ней просыпались остальные — Марк уже схватился за меч, Кир доставал свой бумеранг, а Ника готовила световую вспышку.

— Стойте! — крикнул Андо, поднимая руки. — Всё нормально! Она не враг!

— Ты с ума сошёл? — выдохнула Хоп, останавливаясь рядом с ним. — Что ты делаешь?

— Она не хочет сражаться, — быстро объяснил Андо. — Она хранитель. Она проверяет, достойны ли мы.

Марк подошёл ближе, не опуская меча.

— И как же она проверяет? — спросил он с подозрением.

— Я должен вложить руку с осколком в её… э… сердце, — Андо указал на светящийся узел.

— Нет! — воскликнула Хоп. — Это же явная ловушка!

— Ты ваще последние мозги растерял? — Кир покрутил пальцем у виска. — Даже я не настолько безбашенный.

Андо посмотрел на Хранительницу, затем на своих друзей. Они беспокоились о нём, и это было приятно. Но он чувствовал, что должен сделать это.

— Я должен, — твёрдо сказал он. — Это блин наш единственный шанс пройти артефакт без сражения. Я… я чувствую, что это правильно.

— Чувствуешь? — не поверила Ника. — А что если эти «чувства» внушила тебе она?

Андо покачал головой.

— Нет. Это… сложно объяснить. Просто доверьтесь мне. Пожалуйста.

Ребята переглянулись, явно сомневаясь. Хоп смотрела то на Андо, то на Хранительницу, её лицо выражало внутреннюю борьбу.

— Если она причинит тебе боль, — наконец сказала она, — я клянусь, я ей всю… фотосинтезирующую морду разнесу.

Андо слабо улыбнулся.

— Договорились.

Он снова повернулся к Хранительнице, глубоко вздохнул и решительно шагнул к ней. Пальцы сжались в кулак, затем расслабились. Осколок в его ладони пульсировал почти болезненно ярко, словно предчувствуя что-то важное.

— Сделай это быстро, — пробормотал он и вложил руку в светящийся узел корней в ладони Хранительницы.

В тот же миг его тело пронзила острая боль. Он хотел закричать, но из горла не вырвалось ни звука. Корни оплели его руку, проникая сквозь кожу, сплетаясь с венами, соединяясь с осколком. Зелёный свет Хранительницы смешался с голубым светом осколка, создавая странное, мерцающее сияние.

Перед глазами вспыхнули образы:

Мужчина и женщина, стоящие на краю обрыва. Их лица в тени, но почему-то он знает — это его настоящие родители.

Внезапно — яркий проблеск из раннего детства: тёплые руки поднимают его высоко в воздух, он смеётся, и женский голос нежно говорит: «Мой маленький искатель… Ты ещё не знаешь, что ждёт тебя». Тонкий золотой браслет на запястье женщины сверкает на солнце — на нём выгравирована спиральная линия, такая знакомая…

Огромная башня, уходящая в небо так высоко, что вершины не видно. У её подножия — толпы людей. Некоторые входят внутрь и не возвращаются.

Дверь с символом — треугольник с разорванной вершиной, внутри которого спираль. Тот же символ, что они видели на медальоне мёртвого искателя и на постаменте в Маяке.

И наконец, человек со шрамом через всё лицо — он стоит перед той же Хранительницей, но его рука не соединяется с её сердцем, а… разрывает часть корней, забирая что-то светящееся.

Образы исчезли так же внезапно, как появились. Андо почувствовал, как корни отпускают его руку, и он падает на колени, задыхаясь. Каждый вдох давался с трудом, тело дрожало.

— Андо! — Хоп подбежала к нему, поддерживая за плечи. — Ты как? Жив?

— Д-да, — выдавил он. — Просто… это было… интенсивно.

Он посмотрел на свою руку. Осколок всё ещё был на месте, но теперь вокруг него на коже появились тонкие зелёные линии, похожие на жилки листа. Они пульсировали мягким светом, постепенно угасая, впитываясь в кожу.

— Ну ты и придурок, — покачал головой Кир, но в его голосе слышалось скорее восхищение, чем осуждение. — Я бы точно не сунул руку в это… штука-корень. Ни за какие деньги.

— А мне кажется, это проявление настоящего доверия, — задумчиво сказала Ника, разглядывая метки на руке Андо. — Интересно, как энергия артефакта взаимодействует с осколком на квантовом уровне…

Марк сохранял молчание, его лицо оставалось непроницаемым. Наконец он подошёл и взял Андо за запястье, внимательно изучая изменения.

— Ты понимаешь, что только что связал себя с чем-то, природы чего мы даже не понимаем? — тихо спросил он. — Это может быть опасно. Для всех нас.

«Ты прошёл испытание,» — снова зашелестел голос Хранительницы в его голове. «Немногие решаются на соединение. Ещё меньше выдерживают его.»

— Что ты сделала со мной? — спросил Андо, всё ещё тяжело дыша.

«Дала дар. И увидела твою суть.»

— Какой ещё дар? — с подозрением спросил Марк.

Хранительница повернула свои светящиеся глаза к нему.

«Смотрите.»

Она сделала жест рукой, и несколько толстых корней резко выстрелили из земли возле Марка, заставив его отпрыгнуть назад.

«Теперь твоя очередь, носитель осколка.»

Андо непонимающе посмотрел на свою руку. Затем, повинуясь какому-то инстинкту, он направил ладонь в сторону пустого пространства и… просто подумал о корнях, представил, как они прорастают из земли.

К его изумлению, пол пещеры задрожал, и несколько тонких корней действительно пробились сквозь каменную поверхность, извиваясь, словно живые существа, и образуя нечто вроде кресла.

— Офигеть… — прошептал Андо. — Это я сделал?

— Ладно, теперь я тебе верю, Зелёный Босс, — присвистнул Кир, хлопая Андо по плечу. — Давай ещё что-нибудь сделай. Холодильник из мха? Или телевизор из водорослей?

— Кир, не время для шуток, — одёрнул его Марк, но уголки его губ едва заметно дрогнули.

«Дар природы — твой, пока осколок с тобой. Используй его мудро.»

— Жесть! — выдохнула Хоп, рассматривая корневое кресло. — Теперь ты типа Дриада? Или это называется как-то по-другому, когда парень?

— Без понятия, — ответил Андо, рассматривая зелёные линии на своей коже. Они уже почти исчезли, но он по-прежнему чувствовал странную связь с растениями вокруг, словно они были продолжением его тела. — Но это… круто.

«Для всех у меня есть дар,» — произнесла Хранительница, и на её огромной ладони появились пять светящихся семян, похожих на желуди, но с прозрачной оболочкой, сквозь которую было видно пульсирующее зелёное ядро.

«Семена Жизни. В момент нужды раздавите оболочку. Они исцелят раны, очистят от яда, дадут силу. Но только один раз для каждого.»

Ника осторожно взяла одно из семян.

— Они тёплые, — заметила она. — И… пульсируют, как живые сердца.

«Они живые,» — подтвердила Хранительница. «Часть меня.»

Все взяли по семени, бережно пряча их в карманы или мешочки. Андо ощущал приятное тепло, исходящее от семени, даже сквозь ткань.