Антон Григорьев – Кубик (страница 21)

– Отдай! – Дей зацепилось за его руку и они нелепо затолкались.

– Что отдать? – Они повалились на диван. – Не нужную тебе монету?

– Пусти! – Дей вскарабкалось на него.

– Да не она это! – Бад оттолкнуло его. – Успокойся. Твоя у тебя. – Дей полезло в карман, достало монету и стало её рассматривать. – Ты даже не знаешь, как она выглядит. – Бад оправилось. – На, сравнишь! – Оно кинуло в Дей и вторую монету. – Цикл производства хотя бы выучи.

Они отдышались и пришли в себя после потасовки.

– Да… – Бад глубоко вздохнуло. – Где ты?.. – Дей робко подобралось к столу и вновь стало сверять показатели. – У тебя всё оно. Везде оно. Как при нём, так и после. Остальное не важно. – Бад перешло на резкий серьёзный тон. – Как бы ты не уверяло, что всё, что отошло, всё же… Другое дело, когда ты жило этим. А быть погребённым этим… это не жизнь. Ты не ты из-за своей одержимости.

– Благодаря одержимости я сделало это…

– Хватит! – Рявкнуло Бад. – Успокойся уже и делом займись.

– Я занялось. – Дей откинуло листочек и встало, протягивая аппарат. – Вот! Нужно подгонять энергию разной часто… – Бад устало протёрло лицо. – Я знаю, это её не вернёт. Но это поможет делу и твоему, и моему, и общему. – Бад сложило руки на груди. – Посмотри.

– А если не выйдет, опять уйдёшь? Закроешься, забьёшься, потеряешься? Дай слово, что нет. – Дей не ответило. – Дай мне и главное себе слово, что нет. – Дей хотело сказать «нет», но не могло торопиться. – Я знаю, если дашь – не соврёшь. Это вообще мой прибор, захочу, вырву у тебя его из рук и выкину тебя за порог. Плевать, очередная премия это или что. Слово дай!

– Ладно… да. – Дей поставило себе задачу. – Даю.

– Так не мямли, показывай!

Дей хотело описать принцип работы, но Бад его опять взглядом прервало, указывая ладонью. Дей согласилось, что практика лучше теории. Оно щёлкнуло включатель на приборе и отошло, но ничего не произошло. Дей ждало, Бад не настаивало. Прибор представлял из себя коробку корпуса, измерительную шкалу со сводкой показателей и антенны, обычно ловящие волны источника и считывающие разности силы. Теперь же антенны скрутились в круг и поднялись, а на них уже намоталась проволока изнутри. По щелчку накопителя обычно колеблющаяся на первых делениях измерительная стрелка, сейчас резко легла за десятку. Вода стала засасываться с одной стороны кольца и выходить вихрями через центр. Кольцо покрылось пузырями и провода раскалились. Коробку затрясло, а от дрожащего прибора несло жаром. Бад схватило со стола тубу с копией и отступило, поглядывая на Дей, а то протянуло вилку к кольцу. Ещё на подходе кончики метала стали изгибаться, задрожали в пространстве и прибор зашипел. Бад ухватилось за Дей, но то ещё дальше просунуло вилку, которая извивалась, переплавлялась и выравнивалась одновременно. Понять точно невозможно, кипящая вода с дымом и паром искажали видимость. Разгорячённое кольцо проплавило корпус, треснуло и разошлось по столу, шипя и побулькивая. Дей протянуло ровную, неизменившуюся вилку назад Бад.

– Но она же… – Бад боялось брать, но вилка была такой же холодной.

– Знаю, мне так же показалось.

– Откуда энергия? Чем питалось? – Бад посмотрело вокруг стола, но провода не обнаружило.

– Как и циклометр, лишь волнами. – Дей улыбнулось, ощущая мощь. – Я сожгу стену, мы выберемся наружу. – Успокоилось оно убеждённостью.

– На какую ружу? – Поллу вошло и сморщилось. – Чем это так воняет?

– Наше дорогое Дей сожгло нам стол. – Бад потыкало вилкой остывающую массу.

– Опять? – Поллу поставило рюкзак на диван. – Какую стену вы хотите сжечь в этот раз?

– Мы… – Дей и Бад переглянулись. – Стену купола, я полагаю…

– А на какую ружу, тогда? – Поллу уселось рядом.

– За стену. За купол.

– Это куда? – Поллу чуть притихло, обращаясь к родителю.

– У вас же историю ещё преподают? – Дей село напротив и Бад ему кивнуло. – И… что ты знаешь, о мире, там, за стеной?

– Каком мире? – Не поняло Поллу и Дей удивлённое повернулось на Бад. – Мир замёрз.

– Теперь учат этому… – Бад вскинуло руки.

– А что было на самом деле, ты знаешь? – Поллу слышало разные истории и слухи, но не думало их соединять в своей маленькой голове, доверяя без разбору.

– А кто знает? – Встряло Бад.

– В том то и правда, что мы не можем узнать точно, что было на самом деле. Мы не можем… – Оно взглянуло на переплавленную массу. – Не могли (раньше) пробиться сквозь стену купола, чтобы проверить, замёрз весь остальной мир, как говорят, или нет.

– Почему не можем? – Резко встряло Поллу.

– На это нужна аппаратура, много энергии и непрерывные работы, хотя это могло бы всех спасти. Я раньше долго над этим работало.

– Признайся, ты тратило свои капиталы в некуда. – Хлопнуло его по плечу Бад. – Тем более, учитывая возможности этого. – Оно указало на прибор.

– Мы тратились на веру.

– Рыбка моя, – все поняли, что родитель обратилось к Поллу, – скажи, если ты видишь стену, большую стену, прямо огромную, нельзя её ни обойти, ни перелезть, ни подлезть. Как нам пройти за неё?

– Нужно ломать стену и рубить дырку в ней?

– И вот ты рубишь дырку цикл за циклом, но стена не заканчивается, что делать будешь?

– Я буду рубить дальше, если нужно мне пройти. – Поллу не знало, правильно оно говорит или нет.

– Хорошо, правильно. Ты рубишь дальше, она всё не заканчивается и не заканчивается. – Бад не хотело утыкать Поллу, а ждало, что оно само придёт к нужному решению.

– Нужно учесть ещё тот факт, что стена зарастает обратно, если долго не рубить. – Как бы невзначай себе сказало Дей.

– Да, да. И вот ты рубишь и рубишь, а конца нет. – Бад изобразило недоумение. – Что делать?

– Дальше рубить…

– Ты уже дальше рубило.

– Ещё рубить…

– И ещё ты уже тоже рубило. Прохода всё нет. – Бад переводило лицо между ними.

– Но ведь был же раньше. Куда делся? – Оба взрослых молчали. – Где-то же он есть, где-то же должен быть.

– Вот! Теперь видишь? – Бад указало на Поллу, обращаясь к Дей. – Вот так же и ты выглядишь. Ребёнок, не принимающий реальность. Мечтать хорошо, когда не надо думать, о доме, – Бад поцеловало Поллу в темя, – о том, кто тебя оденет, – Бад поцеловало так же в темя и Дей, – накормит, и где возьмёт деньги на это. – Оно пошло в коридор. – Я собираться. Расскажи, что там было.

– Ты же знаешь, что такое энергия. – Начало Дей рассказ в заинтересованные детские глаза. – А что такое земля, знаешь? – Поллу замотало головой, предвкушая раскрытие тайны. – Земля это… остатки энергии. Мы с тобой это бывшая энергия. Дома и машины – всё это когда-то было энергией. Всё энергия. Долгие миллионы циклов существовал один пузырь этой энергии. Мы не знаем где или в чём, но он точно был и есть. Он громадный. Гигантский. Ты знаешь, когда энергия расходуется остаётся примесь. Она разделяется ещё на многие подразделы, это не важно. Оседает эта примесь коркой вокруг пузыря. И вот, в центре пузыря энергии много и ей некуда расходоваться. – Дей сжало кулак, а другой рукой указывало внутрь и на оболочку. – Снаружи энергия только убывает. Таким образом энергетический пузырь покрылся остывшей энергией – шкурой, землёй. Эта корка и есть наша планета. Мы на поверхности этого пузыря. Кора долгие миллионы циклов разделялась на многие вещества и получилась вода, воздух и всё остальное. Под воздействием энергии процессы очень быстро идут, а без неё всё замирает…

Кора всё утолщалась и крепла, а энергии всё тяжелее и тяжелее было пробираться к поверхности, и она накапливалась внутри. Всё же её ещё там очень много, и энергия должна была рано или поздно вырваться. А пузырь наш ещё и вращается, и центробежная сила вместе с силой Герлиолиза растягивают кору… – Дей поняло, что пошло куда-то не туда, но Поллу слушало так, как будто понимало значение всех слов. – В общем, на полюсах кора тоньше чем на экваторе. Поэтому она и вырвалась однажды на поверхность прямо здесь. К тому времени весь мир вокруг полностью замёрз. Нынешнего ещё Дуона не было. Вся пустошь была лишь сплошной глыбой льда.

Энергия вырвала землю под небольшим углом (так получилась гора) и растопила лёд (так образовался нынешний купол и всё под ним). В то время тут жить было невозможно. Здесь всё было кашей из химических элементов, а вокруг вода просто кипела. Тут не было никакой жизни. Огонь и вода. Пламя и лёд. Давление смешивало всё это и языки плазмы вырывались во все стороны. Лёд вообще весь растопился, а может и вся вода по поверхности планеты выкипела. Со временем это месиво утихло. Кора становилась толще, и пробивающаяся энергия ослабевала. Пар успокоился, сконденсировал, остыл и кристаллизовался, но не везде. К той эпохе кора внутри пузыря разрасталась к центру. Она не росла ровным слоем, а по закону Данлау стремилась к центру ячейками, такими наростами-коростами. Сталактитами или сталагмитами… Неизвестно низ у них там или верх, да и как они образовывались… неважно. Эти ячейки с циклами ломались и так же разносились в стороны. Скорее всего поэтому и ударил второй поток энергии уже перпендикулярно оси вращения. То есть кора может и сама потрескалась, а поток через щель в бок пузыря и ударил. Он был сильнее, и вырвавшаяся энергия растеклась по наружной корке пузыря. Лёд снова стал водой. Удар не был просто одним источником, подобно нашему, а разломал кору в трещины. Энергия сочилась отовсюду. Там то и образовалась наша жизнь. Древние существа расселялись по всему пузырю. Воды с воздухом было немыслимое количество и всем тепло. Мы не знаем точные размеры пузыря и границы бывших наций. Большинство нашей истории кануло в небытие во время большого перехода… К этому сейчас придём.