Антон Федотов – Гимн шута 20 (страница 29)

— А ты бы хотела заняться этим сама? — уточнила она.

— Естественно! — тут же заверила Лена.

«Господин» же принялся изучать потолок. Конечно, паутины на нем не найти, но созерцание белого «холста» умиротворяло… и давало время девицам насладиться очередным спором.

— Мы закончили, — через некоторое время вывела молодого человека из медитативного состояния Катерина, попросту подергав за рукав легкого бомбера.

Павел кивнул, давая понять, что вновь слушает.

— Я тут не бездельничала, — объявила Кошкина.

Хотя в целом никто не был против, чтобы целительница отдохнула.

— Так что прошу за мной!

Девушка грациозно поднялась с кровати и, с первого раза не глядя, засунула ноги в тапочки.

— Прошу за мной, — предложила она, ничуть не стесняясь больничной пижамы.

Катерине и Павлу ничего более не оставалось, как последовать за проводницей.

КОшкина уверенно провела их по сети больничных коридоров (из уважения к чувствам Катерины она проложила маршрут по лестничным пролетам, а не через лифтовые площадки) и остановилась возле серьезного вида двери с надписями «Посторонним вход запрещен!» и «Только для персонала». В руках целительницы тут же появился пластиковый пропуск.

Дверь «подчинилась», пропуская команду внутрь.

— Секунду, — попросила Лена подождать, юркнув в одно из помещений.

Появилась она практически сразу, накинув поверх пижамы белый халат.

— Привычка, — объяснила она и двинулась дальше.

Остановилась она возле одной лаборатории, где тоже понадобился в пропуск.

— Здравствуйте! — громко объявила об их прибытии целительница.

Несколько человек в таких же халатах, не отрываясь от своих дел, дали понять, что видят, слышат, рады приветствовать, но вот прямо сейчас заняты.

— Мы воспользуемся вторым «офисом»! — вновь громко произнесла Леночка.

Реакции снова не последовало. Лишь крепкий мужчина, уткнувшийся в свой планшет, махнул рукой. Делай что хочешь, мол.

— Спасибо! — все с той же громкостью выдохнула девушка и, прихватив с одного из столов несколько распечаток, указала рукой на дверь прилегающего к лаборатории помещения.

За ней оказалась небольшая переговорная. Человек десять в ней могли разместиться без особых проблем.

— Я твой подарок изучила, — объявила Кошкина, едва все расселись.

Павел кивнул. Ему очень было интересно, что за «чаек» распивают под стенами его завода.

Аналитический отдел анализ сделал тоже. Да, психотропный эффект был подтвержден. Но что это и откуда они сказать не смогли. Возможно, поставь клановец конкретную задачу, он бы получил куда более развернутый ответ. Но люди Светланы и так были загружены полностью. Так что эту «загадку» он решил поручить целительнице.

И та упросила главного врача госпитали предоставить ей лабораторные мощности.

— Дрянная штука, — поморщилась Кошкина. — Слышал о манкуртах?

— Что-то припоминаю, — кивнул Павел.

— Идеальный слуга, — тут же объяснила целительница. — Создание, некогда бывшее человеком, превращенное в раба без прошлого и личности, полностью зависимое от своего хозяина. Если верить легендам, то древние монголы брили головы пленникам, обтягивали шкурой с шеи недавно убитого верблюда. Руки и ноги «заготовки» стягивали в специальной струбцине, а на шею вешали тяжелую колодку, чтобы головой он не касался земли. Таким образом, их оставляли на несколько дней прямо под палящим солнцем в пустыне. Человек терпел немыслимые страдания, ведь шкура сжималась, сдавливая голову. Адскую боль причиняли растущие волосы, которые врастали в кожу. Пить им, естественно, не давали.

Несколько секунд Кошкина помолчала, а затем продолжила.

— Чаще всего пленники не переносили такой пытки и умирали. Но те, что выжили, уже не помнили себя, лишившись личности, воспоминаний и воли.

Катерина с Павлом кивнули. Синхронно.

— Принесённый тобой «чаек» действует по схожему принципу, — продолжила целительница, протянув сюзерену один из листов.

Волконский только сделал знак рукой, что не нужно, мол. Все равно в анализах он понимал мало. С научной точки зрения пусть с этим сестренка занимается, если сочтет нужным. Ему пока требовалась лишь суть.

— Не понимаю, — честно признался Павел. — У нас что, мало фармакологии схожего действия?

Про более «гуманную» он добавлять не стал. Вряд ли это слово применимо к средству лишения воли человека.

— А ты попробуй достань нечто подобное хоть в сколько-то значимом количестве, — тут же возразила Лена. — Кстати, состав замешан на Крови. И я могу предположить, что в его применении важен не только результат, но и… ритуальная составляющая.

Павел задумался. Ничего умного в голову не пришло.

— Объясни, — серьезно попросил он.

— Я не могу этого доказать, — вздохнула Кошкина. — Но предполагаю, что именно в этом составе образец используется довольно давно. Даже я могла бы его модернизировать таким образом, чтобы избежать «негативных эффектов». Судя по чистоте состава, производителям тоже не составило бы труда поменять формулу. Однако это сделано не было. Рискну предположить, что негативное физическое воздействие на тело человека — часть ритуала или обряда.

Павел оглянулся на Катерину.

— «Свобода воли»? — предположил он.

— Я тоже так решила, — потянулась к стопке распечаток Кошкина и… застыла, так и не взяв лист, вспомнив о просьбе сюзерена пока не перегружать его деталями.

Несколько секунд она размышляла, подбирая слова попроще. Благо аудитория оказалась понимающей, и никто никуда не торопил.

— Принципиальная схема воздействия схожа с технологией создания химер, применяющихся «свободовцами», — наконец определилась она.

Теперь пришла очередь Павла призадуматься.

— То есть, у меня под стенами сейчас находятся несколько сотен человекообразных химер? — обобщил услышанное он.

— Нет, — качнула головой девушка. Не совсем так.

Гости вновь обратились вслух.

— Принесенный тобой «чаек» — очень сильно разбавленный состав. Он способен подавлять волю в известных пределах и, полагаю, выявляет кандидатов на «полый цикл». Однако, в целом, не запускает необратимых процессов.

Клановец задумался. От мысли, что не придется отстреливать весь лагерь поголовно, ему стало легче.

— А те, кто прошел полный цикл? — поинтересовался он.

Леночка покачала головой.

— Процесс необратим, — подписала приговор тем, кто по внутренним отчетам проходил под грифом «гашенные», девушка.

— То есть, свободовцы, — констатировал Волконский невесело.

— Не обязательно. Технология с высокой долей вероятности разработана и применяется ими. Однако на данный момент она ни разу не использовалась в таком качестве. Да и «модус операнди» сектантов иной.

Павел вновь бросил быстрый взгляд на Катерину. Та пожала плечиками едва заметно. Мол, нет предположений. Тогда клановец вновь перевел взгляд на целительницу:

— Откуда у тебя такая информация? — задал негромко Волконский довольно страшный для человека, понимающего вопрос.

Конечно, он не стал бы угрожать своей девушке. Но о ее источниках знать был обязан. Хотя бы как глава Ветви.

— Ты дал разрешение обращаться к Костику напрямую, — напомнила девушка.

В качестве конспиративного позывного цесаревича подобное прозвище в их команде прижилось.

— Что ж, — решил Павел и, глубоко вздохнув, констатировал. — Будем искать.

Окрестности Красноуральска

Тяжелые транспорты шли на малой высоте и в режиме «скрыта».