Антон Фарутин – Фармацевт. Серия «Карьерист» (страница 5)

Однажды общий знакомый по мединституту предложил им поучаствовать в продаже не оборудования, а биологических добавок на основе рыбьего жира, производимых где-то в северной Европе. Единственным условием поставщика была работа с юридическим лицом, которому в последствии можно было бы дать статус официального представителя. Так и родилась компания Фармамед, в которой Степан стал Президентом, а более скромный Дмитрий генеральным директором. Его устраивало такое распределение ролей – Степан всегда фонтанировал кучей идей, подчас безумных и смелых, а Дмитрий честно старался претворять их в жизнь. Ему нравилась организационная работа – поиск складов, найм персонала, организация работы компании в целом.

Фармамед быстро набирал обороты, заключая контракты на поставку с местными аптеками и формируя у себя штат торговых представителей. Одновременно с этим партнеры обнаружили, что наценка на лекарственные средства порой бывает в десятки раз выше, чем в случае с оборудованием, а объем спроса наоборот несопоставимо выше, ведь конечными покупателями теперь выступали не единичные клиники и медицинские центры, а тысячи простых смертных, которые насмотревшись рекламы по телевизору, шли в аптеку и скупали все, что накануне видели в рекламном блоке.

Вскоре Фармамед уже был полноценной торговой фирмой, с которой многие производители лекарственных средств стремились заключать договора на поставку, иногда даже эксклюзивные. Степан Роговцев всегда считал, что компании стоит делать ставку именно на дистрибьюцию, на выстраивание прочных отношений с розницей и фактически стремился к тому, чтобы ассортимент предлагаемых фирмой лекарств был максимально широким. В какой-то момент Фармамед даже начал открывать собственные аптеки, став одним из родоначальников новомодного явления под названием торговая аптечная сеть. Имея большие денежные ресурсы с одной стороны, и получая постоянную информационную и методическую подпитку от международных фармконцернов с другой стороны, компания активно расширяла сферы своего влияния и увеличивая объемы сбыта. Не достигнув и тридцатилетнего возраста, партнеры оказались в капиталистическом раю, и порой им казалось, что все к чему прикасаются их руки, превращается в золото. Степан искренне уверовал в собственную гениальность и деловой фарт.

Однажды, сидя за обедом в дорогом ресторане он сказал:

– Слушай, Дим, у меня есть новая, абсолютно шикарная идея.

– Валяй, – вальяжно ответил Дмитрий, который уже давно привык к непрерывному потоку фантазий своего старшего партнера.

– Мы ведь с тобой сейчас хорошие бабки зарабатываем?

– Хорошие, – подтвердил Дмитрий, вылавливая золоченой вилкой какого-то экзотического морского гада с тарелки.

– А на чем мы их делаем ты знаешь? – глаза Степана возбужденно горели огнем.

– Конечно, на таблетках! – Дмитрий наконец прожевал непонятного моллюска и запил его крупным глотком розового вина.

– Правильно! А как ты думаешь, те кто нам эти таблетки поставляет, они тоже хорошо зарабатывают?

– Я думаю, что неплохо.

– Вот!! – Степан возбужденно махнул рукой в воздухе и Дмитрий уставился на него.

– Что вот?

– Они не просто неплохо зарабатывают, они чертовски много зарабатывают! Я думаю, что то, что имеем мы с тобой – это сущие копейки по сравнению с тем, что они оставляют себе!

– И что с того? Мне этих «копеек» уже лет на пятьдесят вперед хватит, – Дмитрий поискал взглядом официанта и когда тот приблизился, то небрежно сказал ему: – Десерт несите, а это все убрать можно. – Он отодвинул от себя тарелку с остатками морских деликатесов.

– Да ты что говоришь-то! Мы с тобой можем жить в сто раз лучше – хочешь остров купим, хочешь яхту, да что хочешь купим! Тем более я своей Ленке решил предложение сделать, хочу чтобы все круто было.

– Ты предлагаешь-то чего? Я что-то никак в толк не возьму.

Степан выждал паузу словно собираясь с мыслями, внимательно посмотрел на Дмитрия и произнес:

– Производство свое будем делать.

– Чего? – Дмитрий слегка опешил.

– Вот именно. Хватит нам чужими таблетками торговать! Свои выпустим, бренд раскрутим, наценку какую угодно поставим. У нас же с тобой вся сбытовая цепочка в руках – часть в свои же аптеки засунем, другую по партнерской сети торгпреды поставят. А потом дадим рекламу по телеку или еще лучше с докторами в поликлиниках поработаем, и сам не заметишь как все валом попрутся наши таблетки скупать.

Степан смолк, разглядывая лицо своего партнера и пытаясь различить в нем признаки сомнений. Дмитрий молча смотрел на него. Подошел официант и поставил на стол свежий чизкейк.

– Ну, производство, так производство. Ты же знаешь: ты придумываешь – я воплощаю. – Он спокойно и буднично среагировал на предложение делового партнера. – Цех и оборудование я организую, ну а там маркетинг всякий и прочую лабуду – это ты сам давай. У тебя котелок хорошо в ту сторону варит.

С этими словами Дмитрий аккуратно разрезал пирожное пополам, и не меняя тона спросил:

– Возьмешь половинку? А то я чего-то уже под завязку наелся.

– Давай.

Степан сиял от радости. Он знал, что ему невероятно повезло с напарником, который спокойно принимал большинство его мыслей, какими бы безумными они не казались на первый взгляд. Дмитрий не подвел и на этот раз. А что производить Степан уже твердо знал, и честно говоря, даже произвел кое-какие расчеты перед их встречей.

***

С той поры прошло уже 15 лет, но последнее время Дмитрий Константинович часто испытывал щемящее чувство одиночества. После гибели Степана он уже давно чувствовал себя неуютно. Он привык организовывать работу внутренних бизнес-процессов и любил все, что касалось производства и логистики, но отчаянно нуждался в ком-то, кто взял бы на себя маркетинговые и коммерческие вопросы.

Он потерял не просто друга, с которым их связывало столько событий в прошлом – он потерял путеводную звезду, человека который был для него драйвером и мотиватором по жизни. Человека, который всегда знал ЧТО нужно делать, человека который по сути и создал Фармамед, сочетая яркие идеи и их смелые воплощения. Степан был ему словно старший брат.

Но проблема была не только в том, что без Степана компания могла потерять импульс к развитию, в конце концов можно нанять много новых талантливых менеджеров и маркетологов. Дмитрия Константиновича беспокоили странные обстоятельства гибели его партнера. Да, Степан всегда был неординарной личностью и его поведение многим казалось непредсказуемым, импульсивным, подчас даже странным, но Дмитрий Константинович знал своего друга как никто другой.

– Ну, не мог, не мог он сам выпрыгнуть из окна!! Не такой он был человек, – уже в сотый раз подумал директор Фармамеда. – Тогда что произошло?! Что стало причиной этой страшной трагедии?

За последние пару месяцев эта мысль истерзала, изгрызла всю его душу.

А еще он очень боялся получить ответ на свой вопрос. В глубине души Дмитрий Константинович знал, что могло произойти, но гнал от себя эти мысли, запрещая себе думать в этом направлении. Ответ мог быть очень страшным, и если он окажется прав, то эта смерть лишь начало зловещей цепочки событий, в которой могло найтись место и для него самого. Он поморщился, гоня прочь неприятные мысли.

В кабинет постучали и Дмитрий Константинович с радостью поспешил переключиться, с головой уйдя в текущие заботы.

– Разрешите войти? – в проеме появилась подтянутая фигура нового зама.

– А, Демьян Петрович, проходите конечно. Располагайтесь как вам будет удобнее.

Демьян Петрович присел за овальный дубовый стол, которым хозяин кабинета очень гордился. Он хорошо помнил как они с партнером купили его в дорогом мебельном салоне на память о первом миллионе долларов, который они заработали на таблетках. Дмитрий Константинович пересел поближе к своему новому заместителю. Он ласково провел ладонью по гладкой теплой столешнице стола, и улыбнувшись гостю, мягко спросил:

– Как ваши успехи? С чем пожаловали?

– Вопросов у меня несколько, в основном по текущей работе подразделений. – Демьян Петрович аккуратно разложил на столе несколько документов, очевидно в какой-то заранее заготовленной последовательности. Дмитрию Константиновичу импонировала основательность нового сотрудника и он был рад своему кадровому выбору. – Однако я бы хотел начать с другого.

– С чего же?

– Есть один момент, который меня несколько беспокоит, поэтому я хочу рассказать вам об одном обстоятельстве, произошедшем вчера.

Дмитрий Константинович почувствовал, что его страхи начинают материализовываться, однако улыбнулся еще шире и спросил:

– Слушаю вас внимательно. Что у вас произошло вчера?

– А вчера у меня произошел странный разговор, о котором я считаю своим долгом сообщить вам.

– Так…

– Вчера под конец дня ко мне в кабинет зашли Директор производства и Административный директор. В начале они просто интересовались как у меня идут дела, как происходит адаптация в новом коллективе. Очень внимательно отнеслись к моим первым наблюдениям и выводам. В целом ничего необычного, хотя и несколько неожиданно.

– Тогда что же вас беспокоит? – спросил Дмитрий Константинович.

– А беспокоит меня тот факт, что названные мною коллеги помимо прочего интересовались моим мнением относительно того насколько мне кажутся разумными ваши указания.