Антон Фарутин – Арсанты. Дети богов (страница 10)

– Полагаю, что мой ответ удивит тебя, Джек. Но, да, я считаю что человечество не развивается, а наоборот деградирует, постоянно утрачивая часть тех знаний и технологий, которыми оно обладало тысячи лет назад. Возможно, мы даже идем не в ту сторону, но… – здесь Кайл замялся, словно решая стоит ли ему делится своими мыслями.

– То есть вы пытаетесь расшифровать древние книги, чтобы получить знания алхимиков о превращении жабы в золото?

Ева отчетливо фыркнула, услышав как полицейский нагло подкалывает ее директора, а Кайл задумчиво посмотрел на Джека. Затем спокойно произнес:

– Вообще-то мы давно научились это делать, Джек. Вы ведь в курсе какова капитализация нашей компании.

По его серьезному тону было трудно определить шутит ли он, но после всего увиденного сегодня Джек бы не удивился и такому. Затем Пирсон вновь широко улыбнулся:

– Я покажу вам кое-что еще.

Кайл провел карточкой вдоль очередного считывателя и они очутились в новом коридоре, где расцветка линий на полу сменилась на красную.

– Я понимаю, что вы, Джек, возможно шутили, но мы к древним знаниям относимся достаточно серьезно. К примеру в этой лаборатории мы специально изучаем древние скандинавские мифы и пытаемся объяснить их события с позиций современной науки. Равно как и наоборот – направляем научные исследования в нужную сторону исходя из мифов.

– Может у вас тут и молот Тора есть?

– Может и есть. Трудно сказать определенно. Мы ведь еще изучаем эту тему.

– Почему-то мне кажется, что фашисты еще лет пятьдесят назад занимались чем-то подобным и это довольно скверно закончилось.

– Ты имеешь в виду исследования общества Туле и Аненербе? Да, подход к древним знаниям у них был точно такой же. И к древним артефактам они относились со всей серьезностью, например к тому же копью судьбы, которым закололи Иисуса и которым обладал Гитлер. Но им мешала идеология и попытка подогнать все свои научные открытия под необходимость оправдать расовое превосходство германцев. А это было большим заблуждением…

Пока они шли по коридору, Джек старался внимательно разглядеть происходящее за толстыми стеклами лабораторных отсеков. Сквозь матовый синеватый отлив были видны десятки людей в белых халатах, которые сидели за экранами компьютеров, записывали что-то в толстые журналы или изучали в микроскопы с огромным увеличением. На высоких стеллажах виднелись тысячи книг в самых разных переплетах, а также огромные стеклянные рамки, в которых содержались образцы редких восточных манускриптов.

– Так это и есть ваша загадочная лаборатория «А»?

– Нет, Джек. Это часть рабочего архива библиотеки. Лаборатория «А» находится в конце этого коридора. Раз уж я обещал, то покажу ее тебе. Она здорово изменилась с тех пор, как…

Он не договорил, потому что браслет на руке Кайла завибрировал, привлекая к себе его внимание. На ходу прочитав сообщение, Пирсон нажал несколько кнопок, отправляя указания невидимому собеседнику. За это время они преодолели коридор и остановились перед очередной железной дверью с крупной надписью «А», выведенной трафаретом с голубой краской.

– Готов, Джек? – Кайл протянул магнитный пропуск к датчику и замок покорно загудел, открывая тяжелые двери.

– Всегда, – бодро ответил детектив и решительно посмотрел вперед.

Дверь с шипением закрылась за их спинами и они оказались внутри нового научного отсека. Однако картина открывшаяся их взору вовсе не была поразительной. Проходя по коридорам, Джек видел слева и справа от себя десятки закругленных широких окон, за которыми виднелись обычные учебные классы.

– Что это? – недоуменно спросил Стоун.

– Лаборатория «А». Здесь мы работаем с арсантами.

– Арсанты? Кто это?

– Если ответить кратко, то это особые люди, одаренные особыми способностями. Мы называем их детьми богов.

Они подошли к одному из окон и Джек увидел небольшую комнату со школьными партами. Внутри находилось пять или шесть подростков в возрасте 14—16 лет. Взрослый мужчина в белом халате с лысым черепом и круглыми очками на носу что-то рассказывал своим ученикам, водя руками по экрану за своей спиной. Выглядел он точно так, как и должен выглядеть среднестатистический учитель самой заурядной школы.

– И почему же они являются детьми богов? – поинтересовался Джек.

– Потому что мы верим, что так оно и есть на самом деле. – В разговор резко вступила доктор Краун, которая теперь была полностью на своей территории и в её голосе чувствовалось неприкрытое раздражение. Джек решил, что над ним издеваются и уже заготовил едкий ответ для Евы, но в разговор вновь мягко вступил Кайл Пирсон, который не дал разгореться их конфликту.

– Я ведь уже сказал тебе, Джек, что мы считаем, что люди постепенно деградируют. По нашему мнению когда-то люди носили в себе ген богов или божий дар – называй как хочешь. Но со временем потеряли его. Арсанты – это дети, в которых этот ген еще есть.

– Почему именно дети? – Стоун не мог не отметить, что подобные мысли уже слышал сегодня от антиквара, и это лишь подтверждало что все эти события как-то связаны между собой.

– Правильнее сказать – подростки. Арсанты вскрываются примерно в 15—16 лет, так называемый переходный возраст. А вот годам к 30-ти эти способности уже ослабевают – мы полагаем, что это одна из искусственных блокировок установленных богами в нашем мозгу. Этакий предохранитель-выключатель. Мы полагаем, что такая одаренность была у Леонардо да Винчи, Ньютона, Лейбница, Ломоносова, Тесла, Чингисхана и даже у Александра Македонского. Все известные арсанты к тридцати годам уже достигали своего пика – изобретали что-то великое в физике, математике, писали свои лучшие картины или произведения и т. д. Это не значит, что после сорока они уже ничего не могут – очень даже могут, но это скорее некий пост-эффект, основанный на более ранних изобретениях или ранее наработанном навыке. По большому счету деградацию общества, о которой я говорил ранее, останавливало лишь появление этих людей. Скачки в развитии наций, называемые этногенезом, есть не что иное как проявление арсантов.

– Так, что? Все эти дети – гении и вундеркинды?

– Нет, Джек, это не гении, а именно арсанты.

Детектив подошел к стеклу ближе и задумчиво произнес:

– Я не очень-то понимаю, что означает это слово.

– В переводе с латыни арсанты это люди «обладающие знаниями».

– Ну, гении вроде тоже ими обладают. Разве нет?

– Почти. Здесь очень тонкая грань. Дело в том, что гениальность или выражаясь точнее мыслительная одаренность – это лишь одна из требуемых нам черт. Настоящие боги были не только умны, но также физически развиты, они обладали знаниями и технологиями. Иными словами они были «совершенны» сразу во многих аспектах. Все арсанты – гении, но не каждый гений – это арсант.

– Вы хотите сказать, что способность писать математические формулы не обязательна для арсанта, подойдут и хорошие физические данные?

– Это близко к истине, Джек. Физическое совершенство – это одна из неотъемлемых характеристик истинного арсанта. При этом таланты могут быть самыми разными и у нас есть довольно большой перечень тех черт, которые мы ищем в людях по всему миру и собираем их здесь.

– Вы меня, конечно, простите за такое сравнение, но если мне не изменяет память, нацисты тоже отбирали людей по цвету волос и форме черепа. Искали истинных арийцев и…

Джек прервал свою фразу и буквально прильнул к толстому стеклу, уперевшись лбом в холодный материал. Только сейчас он заметил проводки прикрепленные к шапочке мальчика, который сидел ближе всего к смотровому иллюминатору. Они опутывали всю его голову, словно спрут и внезапно к горлу Джека подступил неприятный комок. Внутри него словно вспышка родилось какое-то смутное воспоминание, которое он никак не мог ухватить, но от него веяло чем-то неприятным, черным и почему-то холодным.

Кайл улыбнулся, загадочно глядя на Джека:

– Вообще-то они были не так уж далеки от истины… Впрочем, я вижу что ты, Джек относишься весьма скептически к моим словам, несмотря на то, что я максимально открыт и честен перед тобой.

– Вы показали мне пару шагающих роботов и решили, что я, офицер полиции, поверю в вашу байку про детей богов?

– Твои родители в нее верили… – тихо произнес Кайл.

Это прозвучало как гром среди ясного дня. Доктор Краун, которая просто не находила себе места, пытаясь понять зачем директор корпорации притащил в святая святых этого грубого мужлана, внезапно просто подскочила на месте, словно обожженная кислотой. Её мозг прошил разряд молнии и она метнула острый взгляд сначала на Пирсона, а затем всмотрелась в лицо Джека.

– Боже мой! – вскричала Ева. – Вы сын Майкла и Оливии Стоун?! Этого не может быть! Они ведь родоначальники нашей лаборатории. Половина наших разработок основывается на алгоритмах вашего отца, а ваша мать…

– Я знаю кем были мои родители! – резко оборвал её Джек и повернулся лицом к Кайлу. – Мне нужно идти, – сказал он и быстрым шагом пересек коридор.

Когда дверь бесшумно закрылась за его спиной, Кайл тихо произнес:

– Ему было всего двенадцать, когда произошла эта трагедия. Думаю он до сих пор не смирился с произошедшим.

Доктор Ева Краун была поражена, она была просто потрясена услышанным. Многое моментально встало на свои места, но все же ощущение удивления от того, что Кайл лично хорошо знал родителей молодого детектива с крепкой фигурой не покидало ее. Она слышала, что основатели лаборатории погибли в результате какой-то жуткой трагедии задолго до ее появления здесь, но никак не ожидала, что судьба вот так запросто столкнет ее нос к носу с их сыном. Внезапно ей стало жалко Джека, который в столь юном возрасте потерял своих родителей, и она была готова простить полицейскому его грубость и прямолинейность. Ей вдруг до жути захотелось сказать ему что-то теплое на прощание, но дверь за детективом уже закрылась и теперь она сидела, ошеломленная произошедшим на её глазах.