Антон Емельянов – Японская война 1905. Книга 8 (страница 5)

Я вышел в центр кабинета, где помимо меня сидели только Иноуэ с Казуэ, и положил на стол последнюю телеграмму из Мехико.

— Что это? — сразу заинтересовалась японка. — Даже представить страшно, какие такие события могли бы стоить того, чтобы собирать совет Новой Конфедерации.

— Не совсем совет, — возразил Иноуэ. — Формально не хватает князя Ито от Сацумы и мистера Ли от Сан-Франциско, раз уж мы в итоге согласовали для него статус свободного города.

— И тем не менее, решение принимать будем именно мы, — я не собирался отвлекаться на формальности. — Итак, господин Порфирио Диас как президент Мексиканской республики хочет официально присоединиться к Новой Конфедерации.

— Что? — Казуэ поперхнулась.

Иноуэ замер с вытянувшимся лицом. Ему вообще не очень нравилось заниматься политикой — он был из тех, кто не верит, будто простыми разговорами можно что-то изменить. И вот вместо «ничего» подобный результат. Да я и сам, если честно, до последнего сомневался, что сработает.

— Что-о-о? — повторила Казуэ, потирая лоб.

— Мексиканская республика хочет обсудить условия, на которых она смогла бы стать частью Новой Конфедерации.

— То есть мы их не захватываем, не вводим войска, а они к нам присоединяются? — Иноуэ все еще никак не мог поверить.

— Статус Сан-Франциско показался им довольно интересным, — я пожал плечами. — И не стоит рассматривать Мексику как наши собственные земли, но вот как близкого союзника… Вполне.

— То есть мы сможем подтянуть к мексиканской границе пару полков, чтобы встретить американцев, если те решат пойти в обход? — уточнил Иноуэ.

— Если забивать гвозди микроскопом, то можно было бы на этом и остановиться, — я пожал плечами. Вышло обидно, но бывшему генералу надо было расти, а обида, как показала практика, лучше всего помогала ему взять себя в руки и освоить что-то новое.

— Что еще? — Казуэ включилась в игру. — Закупки в Мексике? Они и так нам ни в чем не отказывают. Но, приняв это предложение, мы сможем выбить из страны американцев. Все, что они раньше скупали по дешевке, пустим через Сан-Франциско напрямую на рынки Азии и Европы — все будут в плюсе. Кроме Рокфеллеров и Вашингтона.

— Еще? — я посмотрел на Иноуэ.

— Они смогут присылать нам больше добровольцев. Люди, пришедшие с Панчо Вильей, тренируются довольно усердно, нам бы не помешали такие подкрепления.

— Еще? Предлагаю посмотреть на Мексику не как на территорию с тем, что уже там есть, а на возможности, которые она нам открывает.

— Говорят, на севере Мексиканского залива неплохо развита добыча нефти и стали, — вспомнила Казуэ. — Техас, Луизиана, Флорида.

— Мы сами нападем на них? — удивился Иноуэ.

— Не думаю, — честно сказал я. — Но мы точно прямо обозначим свой интерес, и американцам при планировании любой атаки на нас придется иметь это в виду. Что в случае очередного их поражения мы не останемся на месте, а отщипнем от Штатов еще один кусок. А то и несколько.

— То есть всего парой подписей мы сможем уменьшить будущую армию Першинга тысяч на пятьдесят, — Иноуэ искренне впечатлился, потом задумался и вспомнил еще кое-что полезное. — Тогда, если посмотреть на юг от Мексики, там будет еще несколько интересных территорий.

— Продолжайте, — кивнул я.

— Белиз, он же Британский Гондурас, губернатора которого назначают в Лондоне — это последние владения Англии в Центральной Америке.

— Еще есть острова, но мысль все равно правильная. Если Мексика с Белизом ничего не могла поделать, то вот мы — вполне.

— Получается как с Северо-Американскими Штатами. Вроде бы и баланс, но в случае их удара нам будет куда ударить в ответ. Британии придется сдерживать свои аппетиты, — Иноуэ улыбнулся. Вот в таком виде политика ему уже нравилась.

— Вроде все, — Казуэ перевела взгляд с Хикару на меня.

— Нет, — я хитро прищурился. — Есть еще одно интересное место, в перспективе уж точно. Помните? 1903 год, от Колумбии при поддержке Штатов откалывается новое государство…

— Точно, Панама! — подхватила Казуэ. — Они отделились и тут же передали Вашингтону права на территорию вокруг будущего канала.

Я в отличие от девушки знал немного больше об этой истории. Вообще, работы по строительству канала начались еще в 1881 году при французах, потом был коррупционный скандал, поиск виноватых, приостановка на пару лет, которая вылилась в десятилетия, и… После победы в испано-американской войне уже Вашингтон решил перекупить французскую компанию и вернуться к этой идее, тем более что к тому моменту земляные работы были закончены уже на две трети.

Колумбии было предложено 10 миллионов долларов за продление аренды, но… Колумбийский сенат столь щедрое предложение не принял, и это было вполне разумно. Через год заканчивался старый договор с французами, по которому, если работы не будут доведены до конца, все имущество компании могло быть национализировано. А ни французы, ни американцы никак не могли уложиться в оставшийся срок… Конечно, Колумбия не рассчитывала забрать подобный проект себе в единоличное пользование, но вот увеличить цену — вполне.

Но много платить никто не хотел. Американцы посчитали, и оказалось, что дешевле было поддержать сепаратистов внутри штата Панама, а потом подвести к его берегам свой флот. И так в Центральной Америке появилась новая страна, которая сразу же с радостью подписала уже бессрочную аренду за те самые 10 миллионов. Что иронично, от Панамы его подписывал только что назначенный министр иностранных дел, француз Бюно-Варилья, который не был на перешейке последние 17 лет… Очень поучительная история, которую не стоит забывать, ведя дела с Вашингтоном.

— Значит, мы получаем даже не одну, а две слабые точки Штатов, — задумался Иноуэ, по-прежнему представляя все западное полушарие как одно поле боя. — А есть какие-то минусы для нас?

— Придется поработать над законами, чтобы, когда бедняки из Мексики хлынут к нам, это не обрушило рынок труда. Впрочем, это было бы опасно, не будь нас здесь, — я прикинул. — В Маньчжурии мы легко нашли работу для сотни тысяч пленных и такого же количества китайцев. Здесь тоже справимся.

Оставался, конечно, очень важный нюанс. Нам нужно было вывозить и продавать все то, что мы будем производить, и для этого где-то через месяц адмиралу Того в свою очередь нужно было побеждать идущий из Атлантики американский флот. И тот был уверен, что у него получится! Что интересно: я думал, японца будут интересовать количество вражеских броненосцев и калибры новых крейсеров вроде «Пенсильвании», но… Того узнал, что контр-адмирал Эванс не решился вести миноносцы через Магелланов пролив, и просто сказал, что теперь у того нет и шанса.

Правда это или нет, мы узнаем точно лишь через месяц, но… Я изучил план сражения, которое запланировал этот сухонький старичок, и я, черт побери, в него верю!

Кавторанг Ферзен внимательно вглядывался в линию горизонта, высматривая дымы чужих кораблей. Основное патрулирование несли миноносцы. Восемь пар — и еще одна на ремонте — они каждый день уходили почти на 600 километров в сторону юга. Крейсера же плавали реже, но дальше. А то наблюдатели на земле — это, конечно, хорошо, но флот должен и сам себя поддерживать в тонусе.

— Говорят, против нас отправили три броненосца, — рядом рассуждал и размахивал руками лейтенант Соболев. — «Мэйн», «Миссури», «Огайо», на каждом по четыре 12-дюймовые пушки, как на «Микасе». Наш второй броненосец «Сикисима» послабее будет.

— «Огайо», кстати, у нас в Сан-Франциско делали, — немного невпопад ответил Василий Николаевич.

— Нет, у японцев, конечно, броня крупповская, она потолще и покрепче будет, однако у американцев двигатели мощнее. Но это ладно! Вот их бронированные крейсера! По размеру как броненосец, раза в четыре больше нашего «Изумруда» выйдут! Броня — толще нашей раза в три, и пушки аж до 8-ми дюймов на борту. С такими и в строю сражаться можно.

— Так для того их и строили. Хотели Тихий океан под себя подмять, а это без быстрых и крепких кораблей никак не выйдет, — снова немного рассеяно покивал Ферзен. — И «Изумруд» лучше сравнивать не с ними, а с легкими крейсерами вроде «Цинцинатти» или «Денвера». И тогда мы побыстрее будем, а это в нашем деле самое важное.

— В разведке да. А как до боя дойдет? Нам ведь кораблей для линии просто не хватит.

— У адмирала Того есть план, — Ферзен был все так же немногословен.

— Но разве поможет план, когда враг настолько сильнее? Пусть они устанут, пусть машины будут выдавать не сто процентов мощности после двухмесячного перехода, но… И то не факт! — Соколов махнул рукой. — Мы вот думали, что нейтральные страны не станут продавать уголь воюющему флоту, но британцы надавили на Бразилию, и те легко отгрузили Эвансу все, что они не успели собрать в Норфолке. А с этой стороны? Чили, Перу, Эквадор — они тоже нейтральны, но на них тоже можно надавить.

Неожиданно Ферзен усмехнулся.

— А как ты думаешь, лейтенант, для чего мы сейчас плаваем вдоль побережья? Гоняем моторы, жжем уголь, когда американцы точно раньше декабря не придут. Вот никак не смогут! Как раз и надавливаем, напоминаем всем с этой стороны Америки, что такое нейтралитет, и что случится, если кто-то решится про него забыть. Так что работаем, лейтенант, и поверь… У адмирала Того на самом деле есть план, он на самом деле хорош, и… Я, наверно, рад, что мы тогда в начале 1905-го так и не сошлись с ним в бою. Умный он! И даже победа стоила бы нам огромной крови.