Антон Емельянов – "Фантастика 2024-146". Компиляция. Книги 1-24 (страница 609)

— Пап, работа — это не только на стройке мантулить. Есть очень много мест, что не придется на морозе или жаре выматываться, так что ноги трясутся, а получать там можно не меньше, а то и больше. Просто вы не знакомы с такой стороной жизни, я пока тоже не очень в курсе, но, я так и не тороплюсь. Просто, чтобы вы знали, что с сентября я начну получать нормальную стипендию в училище, с койкой в общаге и питанием, потом начну работать, так что и вам полегче станет.

Вижу, что родители не знают даже, что мне и сказать, они еще не обдумывали, куда мне двигаться после десятого класса, восьмой еще не закончен, а тут такое заявление от всегда покладистого сына.

Я ведь знаю, что отец не угомонится, пока я не уеду в Ленинград, будет постоянно пытаться уговорить меня податься на военную службу. Чтобы он мог мной гордиться и я всегда в чистой форме ходил.

А вот тем, что сын отправился в путягу — таким точно не сможет похвастать своим знакомым, пусть я даже не собираюсь там долго засиживаться. Поэтому, просто мне не будет, как бы я рассудительно или по-взрослому не разговаривал с ним, впрочем, теперь я должен доказать, что слова мои — не детское упрямство, а обдуманный выбор повзрослевшего сына.

— Ну, этот вопрос еще не такой злободневный, решать придется через полгода или даже в августе, так что, есть время и мне, и вам хорошенько подумать, — успокаивающе я говорю матери с отцом, — На ближайшей повестке дня другой вопрос — мне потребуется немного побольше денег каждый месяц и сразу хорошая сумма, чтобы я моднее оделся.

Глаза у родителей округляются еще больше, этого предложения они точно не ожидали.

— Рублей двести-триста сначала и потом столько же. Начну зарабатывать, я вам отдам, если нужно будет.

— Что ты хочешь купить? У тебя же все есть? — тут уже матушка не понимает меня.

— Сейчас, зимой, наверно куртку какую-нибудь, шапку хорошую, обувь можно и советскую пока, — прикидываю я вслух.

Шапка у меня обычный петушок, связанный матушкой и выглядящий весьма непрезентабельно, куртка еще так и сяк пойдет, да и расту я быстро, нет смысла дорогие вещи покупать на полгода. В принципе, сменить шапку на что-то приличное, еще джинсы купить и хватит, на первый раз. Уже потом, по весне необходимо какие-нибудь фирменные кроссовки, пусть самые дешевые и хотя бы одну футболку хорошую найти.

— Сначала я с парнями съезжу и присмотрюсь, что там есть. Потом уже с тобой прокатимся в выходные.

— Куда прокатимся? — не понимает отец, я то забыл ему сказать про такое место, которое мне придется и самому изучить получше.

— Да есть такое место на пустыре, — Ульянка называется, около остановки электричек Ульянка, там рынок и народ торгует всякими интересными вещами.

— Ну, не знаю, — отец побаивается таких мест и таких не очень законных деяний, что я понимаю вполне.

На Гостинке таким как я, подросткам, лучше не светиться, а на пустыре, если компанией, что-то можно спокойно купить, не думаю, чтобы откровенное кидалово и ломщики там уже завелись.

Ухо, конечно, придется востро держать, товар проверять, что там в пакет положили и деньги не отдавать вперед.

Впрочем, уверен я, что после двух лет торговли на польских рынках, и после довольно частого в моей жизни обмена крупных сумм денег на автомобили на том же автовском авторынке, справлюсь спокойно с покупкой шмоток, пусть и за пару сотен рублей.

Тем более, присмотрю товар по мелочи, который можно там брать, продавать в школе и по знакомым, проще всего там покупать такое. Что-то типа Playboy или Men only, вряд ли Хастлер здесь попадется со своей порнографией неприкрытой.

Помню, что парни из нашего класса начали кататься в Ленинград и там покупать марки, журналы и еще что-то классе в девятом, ну, а мы их немного опередим.

— Мне бы еще пятерку в месяц получать на карманные расходы, все же, я уже взрослый парень, достаточно взрослый, чтобы с девчонками гулять.

Да, у родителей сегодня день широко раскрытых глаз, такие новости от сына про ПТУ и работу, про деньги и немалые при том, услышать за один раз.

Они обещают подумать и мы пока расходимся по комнатам, они размышлять, какая такая муха укусила сыночка.

Я же вспоминаю, на чем зарабатывали одноклассники в те времена и, кроме того, чтобы купить один Плейбой оптом и распродав его по отдельным картинкам, получить нормальный доход рублей в пятнадцать, ничего в голову не приходит. Журнал, как я смутно помню, стоит около двадцати пяти рублей из-под полы и приносит примерно сорок рублей грязными.

Опыт это не мой, а приятеля Стаса и относится, кажется, к девятому классу.

Сам я пару раз продал марки с блоком из филателистического кружка, за рубль двадцать вместо сорока копеек и все.

Собирал тогда космос и животных, насколько помню, так что, мои альбомы должны где-то дома храниться, могу их полностью распродать сейчас.

А на чем заработать — точно найду, в любом случае, освоиться на нелегальном рынке — вполне стоящее дело.

Ладно, первые удочки я закинул, теперь придется подождать, как родители на них отреагируют. Клюнут или нет, на мое такое взрослое поведение и умные слова.

Пока я дохаживаю последние дни каникул в зал бокса, нагружая свои руки и плечи битами через день, тренируясь в другие дни в перчатках, стоя в парах.

Народу на тренировки ходит мало, но, мой заступник бывает регулярно и радует меня своим присутствием, с Саней за спиной как-то спокойнее себя чувствуешь.

Мышцы не бросились стремительно расти на моем тощеньком теле, вес остается прежним, однако я не унываю, зная, что это очень не быстрый процесс. Если к июню удастся прибавить в весе несколько килограммов — я останусь очень доволен.

Вспомнил, что мне еще бы в учебники заглянуть не мешало и умеренно занимаюсь освоением школьной программы несколько дней. В принципе, ничего особо сложного там я не встретил, если относиться к учебе спустя рукава, как я и собираюсь.

В той жизни я закончил восьмой класс на все четверки, кроме пения, труда и физкультуры, которые принесли пятерки. Если в этот раз у меня добавится пара или более троек, я даже не обращу на это внимания, не то, чтобы начну расстраиваться сильно.

Но и сам ничего предрассудительного творить не стану, первым делом вступлю в комсомол, как мне уже давно предлагает класснуха. Не стану лишать себя лишней возможности устроиться в новой жизни и таким способом, хотя, сердце к карьере комсомольского лидера у меня не лежит совсем.

Впрочем, вступить туда легко, а потом выйти из передового отряда ленинской молодежи тоже не сложно, можно просто не сказать о своем членстве при устройстве на работу. А то еще начнут напрягать субботниками, да и два процента от зарплаты — совсем не лишние у молодого члена советского общества, целых два рубля от зарплаты начинающего пролетария или рубль от стипендии учащегося.

Хотя, в случае какого-либо небольшого залета — исключение из комсомола, это такой первый вариант наказания, но, это уже точно мелочь незначительная должна произойти, такое символическое наказание.

Пока разбирался опять с учебниками, позвонил Стас и предложил снова прогуляться в киношку. Жека, похоже, решил со мной какое-то время не встречаться, раз у меня такие серьезные проблемы намечаются.

Ну, мне есть, о чем рассказать приятелю, одна драка с парнем Юлечки чего стоит, можно целый час рассказывать, как я припугнул ее оборотнем и что из этого получилось. Заодно я решил позвать с собой приятеля как раз из четвертой школы, Олега, нашего ровесника, с ним мы вместе ходим на секцию бокса. Пока он не ходит тренироваться на каникулах, да и так часто пропускает тренировки из простой лени.

Расспрошу, что это за Юля и ее подруга, какая у них репутация в самой школе.

Родители через три дня все же что-то решили для себя и выдали мне пока трешку, чтобы с парой уже полученных рублей выйти на пять рублей в сумме за месяц. Эту сумму они мне одобрили, насчет более серьезных расходов пока молчат, я же их не тороплю, сначала сам прокачусь на Ульянку, посмотрю цены на заграничные шмотки.

За Олегом пришлось зайти самому, он с трудом собрался, как обычно, цепляясь за разные предлоги не спешить и только расспросы о симпатичных девчонках в своей школе зажгли интерес в его глазах.

— Юля, симпатичная и живет рядом со школой? Ходит в хорошем, приталенном пальто?

Он останавливается и пристально смотрит на меня:

— Да ты охренел! Это же первая красотка в школе, в восьмых классах точно! Я сам на нее слюни пускаю, каждый урок, когда ее вызывают к доске. У нее с женским делом все в полном порядке. А ты, Игорек, уже клинья к ней подбиваешь!

— Ну, я ее фигуру еще не рассмотрел. Увидел только большие и красивые глаза, за них и полюбил, — отвечаю я, — Давай собирайся, Олег, Стас уже нас заждался, денег еще возьми у мамы!

— А что за фильм идет в кинотеатре?

— Да какая разница, посмотрим еще раз про динозавров или Анжелику, да и румынский боевик вполне пойдет, — командую я ему и спрашиваю, — А какая фамилия у вашей красотки?

— Воронова ее фамилия, — отвечает приятель и уходит на кухню просить денег.

Я же удивленно трясу головой, такую девчонку я знаю, только уже давно забыл, а ее школьные фото вместе с классом, имеющиеся у приятеля, ничего не напомнили мне. Какой-то провал в памяти точно присутствует, иначе я бы ее вспомнил.