Антон Дюжев – Мёртвая Материя (Новое издание) (страница 19)
– Ну хорошо! – Согласилась девушка, хотя внутри её грызли сомнения. Майкл облегчённо выдохнул.
– Я считаю, что рисунки – это детали какого-то механизма или устройства. – Продолжил Майкл. Он достал из кармана шорт листок и показал его Нелли. – Я попытался объединить их в одну картинку, и вот что получилось.
Нелли посмотрела на рисунок. На листке была изображена многогранная тёмная конструкция со множеством проводов.
– А формулы… Возможно, это некий алгоритм работы устройства. Кофлер всю ночь бормотал, что должен все исправить. Полагаю, он создал это устройство или пытался, чтобы устранить аномалии.
– Звучит… слишком фантастично! – Скептически протянула Нелли. – Тем более, со мной ничего странного не происходило!
– Но…
– Если все это правда, почему остальные не видят и не чувствуют этого? Почему только ты? – Не унималась девушка.
Майкл молчал. Он знал ответ, но не хотел прибегать к последнему аргументу. Достав из кармана смятый листок, он развернул его и протянул Нелли.
– "Мы здесь!" И что это значит? – Она вопросительно посмотрела на него, узнав свой почерк.
– Но я этого не писала!
– Я не рассказал тебе кое-что. То, после чего все началось. – Майкл замолчал, глядя на Нелли. Ему было тяжело говорить, но другого выбора не было. Он заметил, как она напряглась, словно предчувствуя удар. "Прости, но я должен". – Дело в том, что эту записку…
– Прошу, не продолжай. – Почти шепотом выдохнула Нелли. Губы ее дрожали. – Я не хочу этого слышать.
– Ты должна! – Настаивал Майкл, понимая, что давит на нее, но не отступая. – Эта записка – твоя! Ты отдала ее мне перед тем, как… перед тем, как…
Он замолчал, не в силах произнести это слово. Нелли сидела неподвижно, лишь губы дрожали. Ему вдруг захотелось обнять ее, успокоить, сказать, что это неправда, что он все выдумал. Но пути назад не было. Она должна узнать правду.
– Случилось несчастье. – Тщательно выговаривая каждое слово, продолжил Майкл. – Несколько дней назад ты… умерла.
Он ожидал крика, истерики, требования уйти. Но Нелли просто сидела и смотрела перед собой, слезы ручьями текли по ее щекам.
– Этого не может быть… – сквозь слезы повторяла она.
– Именно это и произошло. Я видел твое мертвое тело…
– Ты врешь! – Неожиданно вспыхнула Нелли.
– Не вру! – Скрепя сердце, продолжал Майкл, понимая, что каждое его слово причиняет ей боль. – Но в том-то и дело, Нелл. На следующий день все будто перезагрузилось, и ты снова оказалась жива. И не помнила ничего. И не только ты, но и все остальные.
Майкл умолк. Нелли закрыла лицо руками, всхлипывая. "За что ты так с ней?" Он пододвинулся ближе и обнял ее за плечи. Нелли содрогалась от рыданий, чувствуя правду в его словах, но отказываясь ее принять.
– Тихо, тихо. – Успокаивал Майкл. – Я больше не допущу этого. Я все исправлю.
– А что, если… – сквозь слезы проговорила Нелли, – …мы в ловушке?
– Тогда я нас вытащу! – Твердо ответил Майкл, и он действительно верил в это. – Кажется, я знаю, где искать ответы.
С этими словами он перелистнул дневник на последнюю страницу. Там карандашом был набросан большой бизнес-центр посреди главной площади города. Бизнес-центр под названием «Энола». И сверху корявой надписью: "Здесь… поет Соловей".
– Ответы там!
– Прости, я не могу сейчас… – Нелли немного успокоилась, вырвалась из объятий Майкла и выбежала из гостиной. Он последовал за ней. Она закрылась в комнате.
– Нелли, открой, пожалуйста! – Стучал в дверь Майкл.
– Уходи! Я не могу сейчас с тобой говорить! – Донесся из-за двери слабый голос.
– Нелли! – Еще стук.
– Уходи, Майкл!
Она не приняла его правду. Слишком много для нее. Майкл не винил ее. На что он вообще надеялся, приходя сюда? Идиот! Что ж, придется действовать самому. В этот момент он снова почувствовал себя одиноким и ненужным. Но сдаваться не собирался. В нем проснулась целеустремленность. Он мог все исправить! Исправить этот мир! Ему не хотелось оставлять Нелли в таком состоянии, но он знал, что с ней все будет в порядке. Ей просто нужно время, чтобы все осознать и принять.
Майкл отошел от двери. Надо навестить старика. Схватив дневник со стола, он выскочил за дверь.
Незаметно для себя Теллер оказался в парке. Здесь уже появились первые посетители, в основном собачники, выгуливавшие своих питомцев. Дворник собирал листву. Еще несколько часов назад ночной парк вселял в Майкла трепет и страх. Сейчас, при свете дня, это место выглядело обыденно и спокойно. Осмотрев парк, Майкл не нашел Кофлера. Он решил вернуться в дом и навестить старика в его квартире. Благо, он знал, где тот живет. Майкл нажал кнопку вызова лифта, но в ответ – тишина. Еще пара попыток не дала результата. Тогда он побежал по лестнице. Наконец, добравшись до нужного этажа, Майкл перевел дух. Он стоял прямо напротив квартиры Кофлера. Возможно, старик еще спал после ночных приключений! Но Теллеру необходимо было с ним поговорить. Кофлер мог все прояснить!
Майкл забарабанил в дверь. В ответ – тишина. Ни звука, ни шороха. Он постучал еще несколько раз. Тот же результат.
– Кофлер, это Майкл! Откройте, нам надо поговорить! – Крикнул он. – Кофлер, вы дома? У меня ваш дневник!
Тишина, густая и давящая. После нескольких бесплодных минут борьбы с упрямой дверью Майкл сдался. Сосед, казалось, замуровался, отгородившись от мира неприступной стеной. И тогда, словно вспышка, его осенило: "Энола". Решение возникло внезапно, как будто кто-то шепнул его на ухо. Несмотря на вынужденный отгул, дарованный всем после недавних событий, необъяснимая сила тянула его к бизнес-центру. Словно там, в стерильных коридорах "Энолы", ждала его ускользающая разгадка.
В последний миг Майкл успел запрыгнуть в отъезжающий автобус, словно нырнул в пасть механического зверя. Пробравшись в салон, он рухнул на свободное сиденье. Беспокойно озираясь, Майкл извлек из-за пазухи потертый дневник и вновь погрузился в его страницы. Каждая строчка, каждая пометка была лишь туманным намеком, призрачным подтверждением его безумной теории. Неужели он заперт в этой искаженной реальности, словно в клетке, сотканной из обрывков памяти и ложных воспоминаний? Кто же тогда тюремщик? И почему каждое утро он, как заводной, отправляется на работу в Энолу, не подозревая о мрачной тайне, скрытой в ее стенах? Существуют ли вообще ответы? Страница за страницей шуршали под дрожащими пальцами. Нервное напряжение последних дней сдавливало виски, превращая голову в гудящий улей. И вдруг, перевернув очередную страницу, Майкл заметил неровный обрывок. Кто-то вырвал часть листа, оставив лишь жалкий клочок. На уцелевшем фрагменте виднелось прерывистое полукружие, от которого во все стороны разбегались тонкие лучи. В голове будто щелкнул выключатель. Он лихорадочно вытащил из кармана листок от Нелли с невинной надписью: «Мы здесь». Перевернув его, Майкл увидел еле заметный полукруг с таким же отростком, выполненный тем же зловещим красным цветом, что и в дневнике! Как он мог раньше не заметить? С замиранием сердца он приложил обрывок к неполной странице. Идеально. На листе проявился ровный круг, пронзенный тремя неравными лучами. В самом центре, словно клеймо, выжигающее сознание, красовалась надпись: «Соловей здесь».
– Что же за Соловей такой? – Прошептал Майкл, и его голос утонул в гуле мотора. Внезапно он почувствовал чье-то недовольное дыхание над ухом. Подняв глаза, он встретился с разъяренным лицом кондукторши. Только ее сейчас не хватало! Она нетерпеливо трясла рукой, требуя плату за проезд. Обшарив карманы, Майкл с ужасом понял, что забыл проездной дома. – Понимаете, я торопился и… – попытался оправдаться он. Грузная женщина молча указала на выход. Майкл поднялся, но вместо того, чтобы покорно покинуть автобус, он пристально посмотрел кондукторше в глаза. – Послушайте, мне сейчас не до вас! Делайте что хотите, но я доеду до места назначения, и никто, слышите, никто меня не остановит! Понятно!? А теперь идите, занимайтесь своими делами. С этими словами он вновь опустился на сиденье. Оглядевшись, Майкл заметил, что все пассажиры замерли и уставились на него с нескрываемым любопытством.
– Что уставились? – рявкнул он. Пассажиры тут же отвернулись, делая вид, что увлечены своими мыслями. Кондукторша исчезла в толпе. В этот момент салон автобуса погрузился в непроглядную тьму. Сначала Майкл не понял, что происходит, но вскоре осознал, что тьма надвигается снаружи. Они въехали в туннель. За окном замелькали полосы белого света, отражаясь от стен, но туннель казался бесконечным.
– Что за хрень? – вырвалось у Майкла. Он сотни раз ездил этой дорогой и никогда не видел здесь никакого туннеля. Да и откуда ему взяться в этой равнинной местности? Тревога начала расползаться по венам ледяными щупальцами. Туннель не заканчивался. Фонари светили все реже, превращая салон автобуса то в темный колодец, то в подобие операционной. Водитель не спешил включать свет. Автобус набирал скорость. Послышались недовольные возгласы, робкие вопросы, мольбы ехать тише, проклятия. Тревога переросла в липкий, парализующий страх. Автобус начало швырять из стороны в сторону, словно щепку в бурной реке. Стоящие в проходе попадали на сидящих, вызвав волну паники. Майкл понял, что нужно выбираться. В этот момент в передней части автобуса началась суматоха, перешедшая в душераздирающие вопли. В мерцающем свете фар между рядами мелькнула бледная, истощенная фигура с огромными когтями. Все внутри Майкла похолодело. Это было чудовище из его кошмара. Зеркальный монстр! Но чудовищ не существует… или существуют?