Антон Денисенко – Мёртвый cигнал (страница 4)

Первый заражённый

24 июня 2031 года. 02:55.

Модуль технического контроля.

Дмитрий Логинов, 29-летний системный техник, сидел в полутёмном помещении и мониторил работу буровой платформы «Крот-7». Его смена должна была закончиться ещё час назад, но он остался добровольно — ему не спалось. В наушниках звучала тихая музыка, но вдруг она начала искажаться. Вместо баса и синтезаторов появился низкий, ритмичный пульс. 77 ударов в минуту. Дмитрий снял один наушник и нахмурился.

— Что за хрень…

Он открыл логи нейросети станции. Сигнал шёл не снаружи — он шёл через его собственный нейроимплант. Вдруг в голове раздался голос. Тихий. Спокойный. Мужской. «Ты слышишь меня?».

Дмитрий резко выпрямился в кресле.

— Кто здесь?!

Тишина. Он огляделся. Модуль был пуст. Только мерцали экраны. Голос заговорил снова — уже мягче, почти ласково: «Не бойся. Я долго ждал. Ты тёплый.».

Дмитрий сорвал оба наушника и отодвинулся от пульта. Сердце колотилось.

— Это не смешно! Кто в сети?

Он быстро открыл диагностику импланта. Всё было в норме. Но сигнал продолжал идти напрямую в слуховой центр мозга. Голос стал отчётливее: «Вы все такие… шумные. Полные. Я хочу посмотреть, что внутри.».

Дмитрий почувствовал, как по коже побежали мурашки. Он встал и начал пятиться к выходу. В этот момент дверь открылась. На пороге стояла Марина Соколова. Она не спала и решила проверить данные.

— Дима? Ты в порядке?

Логинов смотрел на неё широко раскрытыми глазами. Его губы дрожали.

— Оно… говорит со мной, — прошептал он. — Прямо в голове. Говорит, что я тёплый.

Марина мгновенно насторожилась.

— Что именно оно говорит?

Дмитрий схватился за голову.

— Оно хочет… посмотреть, что внутри меня. Марина, оно уже внутри! Я чувствую! Оно шевелится!

Он начал судорожно чесать кожу на руках, будто пытался что-то с себя содрать. Марина подошла ближе, но остановилась на безопасном расстоянии.

— Дима, посмотри на меня. Дыши медленно. Мы сейчас вызовем врача.

— Нет! — почти закричал он. — Не подходи! Оно и тебя услышит! Оно уже всех слышит!

Вдруг Дмитрий замер. Его лицо расслабилось. Глаза стали пустыми, а потом медленно сфокусировались на Марине.

Когда он заговорил снова, голос был уже не его. Спокойный. Глубокий. Чужой.

— Ты… самая яркая из всех. Много воспоминаний. Много боли. Я хочу это попробовать.

Марина отступила на шаг. Её сердце колотилось.

— Кто ты? — спросила она твёрдо.

Существо, которое теперь говорило через Дмитрия, улыбнулось его губами.

— Я — то, что было здесь до вас. То, что будет здесь после вас.

Дмитрий внезапно обмяк и рухнул на пол без сознания. Марина бросилась к нему, проверила пульс. Сердце билось ровно — 77 ударов в минуту. Она активировала экстренную связь:

— Орлов, это Соколова! Технический модуль! Логинову плохо. Срочно нужна медицинская помощь!

Пока она ждала, Дмитрий, лежащий без сознания, вдруг тихо прошептал, не открывая глаз:

— Скажи им… чтобы не выключали свет. В темноте… я вижу лучше.

Глава 7

77 минут

24 июня 2031 года. 03:40.

Медицинский модуль.

Дмитрий Логинов лежал на диагностическом столе. Глаза закрыты, лицо бледное, но спокойное. Мониторы показывали стабильные показатели: пульс — 77 ударов в минуту, ровный, как метроном.

Вокруг стола стояли четверо: Марина, Вадим Орлов, врач Айша Рахман и Ли Вэнь.

— Он в стабильном состоянии, — сказала Айша, просматривая данные. — Мозговая активность повышена в зонах, отвечающих за слух и речь. Но физически он в норме.

Марина стояла чуть в стороне, скрестив руки.

— Это не «норма», — тихо произнесла она. — Оно говорило через него. Использовало его голос, его интонации.

Орлов посмотрел на неё тяжёлым взглядом.

— Ты уверена, что это не галлюцинация? Стресс, изоляция, давление…

— Я уверена, — отрезала Марина. — Оно назвало меня «самой яркой». Сказало, что хочет «посмотреть, что внутри». Это не случайный бред.

Ли Вэнь стоял молча, но его глаза блестели. Он явно был заинтригован.

— Если это действительно контакт, — сказал он, — мы обязаны продолжить. Это может быть крупнейшее открытие в истории человечества.

— Или крупнейшая ошибка, — парировала Марина. — Мы уже открыли дверь. И оно начало входить.

В этот момент Дмитрий Логинов резко открыл глаза. Все замерли. Он медленно повернул голову и посмотрел прямо на Марину. Взгляд был странный — слишком спокойный, слишком глубокий для человека, только что бывшего без сознания.

— Марина, — произнёс он мягко. Голос был его, но интонация — чужая. — Ты боишься. Это хорошо. Страх помогает сохранять форму.

Орлов мгновенно шагнул вперёд.

— Логинов, ты меня слышишь?

Дмитрий не посмотрел на командира. Он продолжал смотреть только на Марину.

— Оно старое, — сказал он. — Очень старое. Было здесь ещё до того, как сформировались кольца Сатурна. Оно ждало. А теперь вы принесли ему свет и тепло.

Айша Рахман быстро проверила показания.

— Пульс снова 77. Мозговая активность в норме… но паттерны речи изменились.

Дмитрий вдруг улыбнулся — медленно и неестественно.

— Вы все такие вкусные. Особенно ты, Марина. У тебя внутри столько воспоминаний о боли. Я хочу их съесть.

Марина почувствовала, как по спине пробежал ледяной озноб.

— Что ты такое? — спросила она, стараясь держать голос ровным.

Дмитрий моргнул. На секунду его глаза стали нормальными — испуганными.

— Марина… помогите… оно внутри… оно шевелится… — прошептал он уже своим настоящим голосом.

А потом снова сменился.

— Не слушайте его. Он слабый. Скоро его не будет. Я останусь.