Антон Дементьев – Архитектор Пепла-1. Эволюция сбоя (страница 4)
При появлении Максима Наум медленно поднял голову. Его внутренние вентиляторы охлаждения работали на критически низкой, свистящей частоте — киборг сознательно урезал тактовую частоту своего разума, чтобы экономить остатки энергии БТТ.
— Лиса, кого ты привела? — голос Наума был тяжелым, басовитым, с явственными цифровыми помехами. — У нас нет лишнего топлива для беженцев. Квота пуста.
— Он свежий, Наум, — Лиса шагнула вперед. — Но он пришел со Свалки сам. Своими ногами. И у него Инжектор, который выдает кастомную плазму. Он пережег мой триггер.
Наум перевел свой единственный уцелевший оптический сенсор на левую руку Максима. Его взгляд задерживался на Терминале.
— Код Администратора… — Наум глухо зарычал, и из его динамика вырвался скрежет. — Из-за таких, как ты, там, на Олимпе, мы гнием здесь, Максим. Вы оцифровали нас, обещали вечную жизнь в «Эдеме», а сами превратили в рабочие процессоры для своего корабля. А теперь сбрасываете сюда, когда мы изнашиваемся.
— Меня предали точно так же, Наум, — спокойно ответил Максим, делая шаг вперед. — Я был Главным Аудитором Систем. Я нашел отчеты о том, что Администрация искусственно выжигает нижние касты, чтобы забирать их БТТ. За это меня стерли и сбросили в Трюм.
Наум долго молчал, лишь мерный свист его кулеров нарушал тишину лачуги. Наконец он тяжело опустил металлические ладони на колени.
— Правда или ложь — теперь это не имеет значения, Аудитор. Через двенадцать часов сюда спустятся «Контрактники» из Службы Безопасности. Время топливного налога [^3].
Староста указал тяжелым пальцем в угол лачуги. Там, навалом, словно пустые гильзы, лежали десятки цилиндрических капсул БТТ. Все они были вскрыты, их топливные элементы были серыми и выгоревшими.
— Наша квота — пятьдесят заряженных БТТ за цикл, — продолжил Наум, и в его металлическом голосе проступила глухая, страшная безысходность. — У нас есть только двадцать пять. Если мы не сдадим остаток, Вектор просто перекроет подачу энергии на этот отсек. И через два часа все, кого ты видел у трубы, декомпилируются. Превратятся в мертвый лом. Нам негде взять топливо. Мои люди едва ходят, их инструменты изношены, мы не можем пробить броню даже тяжелых Скавенджеров на Свалке [^3].
Максим повернулся и посмотрел сквозь пролом в стене лачуги на станцию «Ветошь». На андроидов, которые медленно остывали у трубы теплообменника. На Лису, которая сжала кулаки, готовая драться до последнего процента своей батареи.
Внутри него снова проснулся холодный, расчетливый аналитик. Тот самый, который когда-то управлял логистикой целых секторов Земли. Он увидел структуру проблемы. И увидел её решение.
Максим сорвал с пояса Кустарный Инжектор и с грохотом опустил его на ящик перед Наумом. Трубки оружия ярко вспыхнули фиолетовым, осветив лицо старого киборга.
— Вы собираете крохи, потому что ваши инструменты — это хлам, — жестко и уверенно произнес Максим. — Вы пытаетесь воевать с системой по её же правилам. Я перепрошью ваши терминалы. Я объединю ваши процессоры в локальную сеть и модернизирую ваши резаки через Инженерию Сбоев. Мы не будем просить БТТ у Администрации. Мы добудем топливо сами.
Интерфейс Терминала на руке Максима внезапно мигнул, обновляя системную строку:
[СТАТУС ОБНОВЛЕН: СИНХРОНИЗАЦИЯ С ЭКОСИСТЕМОЙ ТРЮМА — 1.05%]
[ТЕКУЩИЙ РАНГ: СИСТЕМНЫЙ РАБ (НЕСТАБИЛЬНОСТЬ КОДА)]
Наум медленно поднял взгляд на Максима, и в его поврежденном оптическом сенсоре впервые за долгие годы загорелся слабый, но ровный огонек надежды.
Глава 4. Сеть и Плазма
Лачуга Наума превратилась в изолированную зону взлома. На ящике из-под квантовых плат густо капала маслянистая изоляция, а воздух был настолько перегружен ионизированным газом, что оптические сенсоры андроидов постоянно фиксировали ложные световые блики.
— Ложись на плиту и зафиксируй плечевой сустав, — приказал Максим, указывая Наума на массивный лист обшивки челнока.
Старый киборг тяжело опустился на металл. Его внутренние кулеры свистели, выплескивая наружу жар перегретого процессора. Максим сорвал со своего предплечья Терминал и через соединительные шины Кустарного Инжектора напрямую подключил его к открытому порту в основании шеи Наума.
[ОБНАРУЖЕНО КИБЕРНЕТИЧЕСКОЕ ТЕЛО: ТЯЖЕЛЫЙ РАБОЧИЙ (КЛАСС-04)]
КОРПОРАТИВНАЯ БЛОКИРОВКА:АКТИВНА (Уровень доступа: Нулевой).
ДОСТУПНОЕ ДЕЙСТВИЕ:Принудительное удаление протоколов Администрации.
РАСХОД РЕСУРСА БТТ:5% [Заряд Максима: 29% ->24%]
— Будет больно, Староста. Твои фильтры сочтут это системным сбоем, — предупредил Максим.
— Жги, Аудитор, — прохрипел Наум. — Моё топливо всё равно выгорит через пару циклов. Терять нечего.
Максим жестко вдавил ментальную команду в Терминал. По соединительному кабелю Инжектора ударил мощный, направленный поток термоядерной энергии. Корпоративные алгоритмы, которые десятилетиями ограничивали тактовую частоту процессора Наума и не давали ему использовать скрытые резервы каркаса, начали плавиться. Старый киборг выгнулся дугой, его гидравлика застонала от избыточного давления, а из правого сожженного сенсора брызнули фиолетовые искры.
Спустя тридцать секунд Терминал выдал чистый, зеленый лог:
[УДАЛЕНИЕ ОГРАНИЧЕНИЙ УСПЕШНО]
[АКТИВИРОВАНА ЛОКАЛЬНАЯ СЕТЬ: ПЕПЕЛ-01]
УЧАСТНИКИ:МАКСИМ, НАУМ, ЛИСА.
ДОСТУП К ВЫЧИСЛИТЕЛЬНЫМ МОЩНОСТЯМ:ОБЩИЙ.
Лиса, стоявшая у входа в лачугу, вздрогнула. Её янтарные трекеры вспыхнули ярче, транслируя данные прямо в сознание Максима:
— Это локальная сеть, работающая без участия сети корабля, — ответил Максим через внутренний канал связи. Его голос прозвучал в их головах без единого звука в реальности. — Теперь мы единый вычислительный кластер. А теперь займемся железом.
Максим перехватил Кустарный Инжектор, используя его как направленную плазменную наковальню. Он взял тяжелый, изношенный сварочный резак Наума и вибро-нож Лисы. Потратив еще три процента заряда собственной БТТ, Максим переплавил их ядра, используя физику Инженерии Сбоев. Под воздействием высокотемпературной термоядерной струи металл поменял структуру.
Вибро-нож Лисы обрел ионизированную режущую кромку, способную генерировать стабильную дугу в две с половиной тысячи градусов. А тяжелый резак Наума превратился в полноценный плазменный лом, способный пробивать композитную броню.
— До прибытия налоговых сборщиков Вектора осталось восемь часов, — Максим закрепил Терминал на руке. На экране горели критические 21%. — Выдвигаемся в Сектор Погрузки. Нанам нужен крупный источник топлива.
Сектор Погрузки встретил их гробовой тишиной и колоссальными масштабами ржавчины. Это была пограничная зона между Свалкой и Матрицей — лабиринт из гигантских титановых контейнеров, подвешенных на магнитных рельсах под потолком яруса. Где-то высоко в темноте бесшумно скользили автоматические транспортные платформы, перевозя тонны хлама.
Отряд двигался в абсолютном молчании. Локальная сеть работала безупречно: Максим в режиме реального времени транслировал Лисе и Науму тепловые сигнатуры коридоров, минуя необходимость использовать голосовые динамики, которые могли привлечь Скавенджеров.
Максим вывел изображение на свой Терминал. По технологическому проезду, тяжело проминая гусеницами пепел, двигалась двухметровая автономная машина — тяжелый промышленный дрон-погрузчик «Мул-4». Его массивный угловатый корпус был лишен всякого изящества, но в центральном отсеке машины отчетливо пульсировали четыре элитные капсулы БТТ промышленного класса. Высококонцентрированное, чистое термоядерное топливо.
Наум рванул вперед первым. Тяжелые сервоприводы киборга, избавленные от корпоративных лимитов частоты, выдали пиковую мощность. Старый рабочий с грохотом обрушил плазменный лом на правую клешню погрузчика. Ионизированная дуга с диким скрежетом вошла в гидравлический сустав дрона, намертво сваривая шестерни.
«Мул-4» взвыл мощным ультразвуковым сигналом тревоги. Вторая клешня погрузчика с силой бронебойного снаряда пошла на Наума, но в этот момент серая тень сорвалась с контейнера. Лиса в падении вогнала свой модернизированный нож точно в основание ведущего катка. Плазма разрезала гусеничную ленту, и тяжелая машина, потеряв опору, со скрежетом завалилась на бок, высекая тучу белых искр из бетонного пола.
Дрон попытался активировать защитный электромагнитный импульс, чтобы выжечь процессоры нападавших, но Максим уже был на его броне.
Он вогнал Кустарный Инжектор прямо в блок оптических сенсоров «Мула» и активировал Инженерию Сбоев. Через Терминал Максим послал в распределительную шину дрона каскад ложных сигналов от датчиков веса.