Антон Даль – Сказки для взрослых (страница 6)

Его поведение, настоящее или искусно разыгранное, так покорило Бабушку, что она решила остановить свой выбор на этом человеке. Тот озвучил прайс (не очень высокий) за услуги фирмы, предложил Бабушке для ознакомления контракт на 10 страницах. После этого он скрылся до послезавтра с обещанием в следующий раз приехать с работником. Слава богу, дело сдвинулось с мертвой точки, чему Бабушка была несказанно рада.

* * *

В обещанный срок представитель фирмы действительно приехал с работником, который нес на плече сумку-баул, набитую разными инструментами. Работника оставили пока ночевать в подсобке бабушкиного дома. А хозяйка и курьер хлопнули по рукам, перед тем как разойтись.

Уходя, представитель наскоро обещал прислать телегу с кирпичами и цементной смесью. Бабушка же, которая внесла 90% предоплаты за работу и материал, стала ожидать часа, когда ее стену наконец начнут ремонтировать.

Гонца из фирмы, сосватавшей Бабушке наемного работника, нельзя было назвать чистым мошенником. Просто он и его невидимые боссы по-разному понимали с Бабушкой суть договорных отношений. Бабушка имела в виду ремонт стены. А ее деловые партнеры - услуги за предоставление специалиста, оформившего такие отношения, включая выезд на дом, поставка строительных материалов и лесов, и пожелания успеха в будущем.

При этом боссы гуманно разрешили Бабушке не оплачивать заранее труд их сотрудника, которому и суждено будет заниматься ремонтом. Более того, они даже посоветовали за ним приглядывать, чтобы тот не натворил чего-нибудь страшного.

Спасителем бабушкиного дома оказался гастарбайтер из Украины: некто Владимир Вовк.

По натуре Вовк был словоохотливым или даже болтливым малым. Своим новым знакомым Вовк заявил, что он одессит. Хотя Бабушка, отобравшая у него синий паспорт с вычурным трезубцем, ему не поверила. Она лично убедилась, что живет гастарбайтер в Житомире. Оттуда он и приехал, судя по железнодорожному билету.

Но вступать с ним в прения Бабушка не стала. Кто их знает, этих одесситов. Быть может, и такие в природе есть. Житомирские. К тому же происхождение работника интересовало ее в последнюю очередь. Был бы мастер исправный, стену бы починил как надо, а все остальное - ерунда.

Но Вовк не унимался. Он балагурил, сверкал глазами и отпускал плоские шутки, над которыми первым же начинал гоготать. Неизвестно, каким он был одесситом, но оптимистом Вовк точно был. Хотя он и не блистал умом, как положено. Этот смуглый долговязый человек, с черными глазами и кучерявым волосом, без паспорта вообще напоминал цыгана. Только его поведение и характерный украинский говорок свидетельствовали в другую пользу.

Бабушка, которая уже поняла, что с подвохом заключила договор с подрядной организацией, поначалу отнеслась к Вовку настороженно. Однако, спустя некоторое время она была сбита с толку его бахвальством. На словах Вовк ничего не баялся. Его не смутила кривая трещина в стене, так удручавшая заезжих инженеров. Вовк еще обещал разобраться с зыбучими песками и ошибками в строительстве. Он готов был сделать все быстро и здорово, как он это обычно делает.

Бабушка еще колебалась, верить ли ему на слово. Дабы развеять эти сомнения, Вовк попросил хозяйку накрыть на стол, чтобы откушать в ее приятном обществе в беседке, устроенной в саду. Бабушка, которая перенервничала и изголодалась не хуже Вовка, сочла эту мысль весьма неплохой.

= 3 =

Она накрыла стоящий в беседке деревянный стол, постелив на него видавшие виды скатерть. На скатерти, отдаленно напоминающей скатерть-самобранку, постепенно выросли салатница с помидорами и огурцами, зеленый репчатый лук, котелок дымящейся вареной картошки, и кусочки курицы, обжаренные в тесте. И это не считая двух тарелок с вилками по обе стороны стола. Ну а в центре этого угощения, словно король на балу, возник пузатый хрустальный штоф с крепкой жидкостью. Как вы понимаете, в штофе была налита водка. Бабушка протерла вафельным полотенцем рюмки и поставила их рядом.

Вообще, кормить-поить своего гостя не входило в ее планы. Но, соскучившись за несколько недель по обществу, Бабушка встретила того радушно. Для вида она поворчала немного: дескать, ходят тут всякие, есть и пить просят, а переночевать им негде. Но в итоге Вовку не отказала. Наконец, они уселись вдвоем за столом друг напротив друга.

Вовк ловко наполнил рюмки и поднял одну из них, оттопырив мизинец. Видимо так он хотел произвести впечатление на хозяйку неподражаемым босяцким шиком.

– Позвольте произнести тост, мадам, – торжественно начал Вовк. – Пока космические корабли бороздят звездные океаны, пока во всем мире идет разоружение, пока технический прогресс устремился ввысь, пока…

– Короче, Цицерон! – обрезала его Бабушка. Ей уже надоело слушать эту брехню с рюмкой водки в руке. – За встречу.

Тут она первой опрокинула водку в рот и закусила ее свежим луком. Бабушка сделала это привычно, и даже не поежилась, чем несколько озадачила по-деревенски галантного кавалера.

– Э-э-э… Да! Именно это я и хотел сказать. – Заключил Вовк. Вслед за Бабушкой и он выпил свою рюмку, чтобы не ударить в грязь лицом перед дамой.

Правда, осушить ее также невозмутимо Вовку не удалось. Из глаз у него брызнули слезы. Вовк едва не поперхнулся, когда влил горючую жидкость себе в горло. Из-за бедственного материального положения гастрабайтер вот уже несколько месяцев перебивался с хлеба на воду.

К своему стыду он растерял былые навыки выпивохи. Стараясь как-то унять пожар, Вовк сгреб куриную ножку, жадно надкусил ее, а затем вцепился зубами в горбушку черного хлеба. Только после этого он смог отдышаться по-настоящему.

– Эх, ядрена мать! – крякнул Вовк, и зачем-то понюхал воздух.

– Я тебе не мать, а хозяйка. – Назидательно откликнулась Бабушка. – Так меня и зови – Хозяйка. Сразу говорю, у меня не забалуешь. Я тебя сюда наняла, чтобы ты работал. Хорошо работал. А не будешь хорошо работать, пинком под зад. Усек?

– Усек, – бодрее ответил Вовк. Он не сводил глаз с аппетитной куриной грудки, рдеющей среди крылышек, бедер и зажаренных потрохов. Водка его уже слегка разогрела, и придала гостю недостающей смелости.

– Не сиди сиднем. Наливай вторую. – По-военному скомандовала Бабушка. – Мы между первой и второй не закусываем.

Вовк налил во второй раз. Они с Бабушкой чокнулись рюмками и залпом выпили их. Хотя Вовку еще немного жгло рот от такого гусарского приема. Вслед за второй рюмкой полетела третья, и полоса отчуждения, незримо разделявшая двух людей, еще вчера не знавших о взаимном существовании, была окончательно преодолена.

– Ну, расскажи о себе. Чем занимаешься, сынок? – не унималась Бабушка, только что протестовавшая, что ее обозвали «матерью».

– А всем, – нагловато ответил Вовк, который уже достаточно заправился «топливом», чтобы пасовать перед женщиной. – Я все могу. Директор на меня не нарадуется. Говорит: без тебя, Вова, мы бы уже по миру пошли. Надо забор поставить – меня зовут. Печку заложить, тоже меня. А я ведь еще в электрике разбираюсь. Делал я как-то раз на даче ремонт у одного бургомистра. Так там ночью такую дугу дал, что никакие салюты не нужны. Вот. Позавчера подходит ко мне генеральный и просит: Вовчик, миленький, помоги. Тут в лесу у одной старой калоши трещина образовалась. Надо ее заделать, а то калоша нас с говном съест. Выручай, братуха. А я чего, я ничего. Валяйте братцы все на меня. Пошел выручать.

– Ты кого это калошей обозвал, мерзавец? Да еще старой! – начала закипать Бабушка. – Трещина у меня есть, да не про твою честь. А вот по уху тебе я двинуть могу.

– Спокойно мадам, я мастер спорта по боксу, – не сдавался Вовк. – Бью с обеих рук, как положено, наповал.

– А як фехтуешь, красавчик? – Бабушка нарочито медленно отрезала хлеб кухонным ножом. – А?

– Замечательно. Колю здорово. – Вовк на всякий случай вооружился вилкой…

… Давайте мы, литературные потомки Достоевского, представим себе сцену, когда в лесу, в загородном доме, где нет ни одной лишней души, бабушка-хозяйка сидит рядом с моложавым гастарбайтером и оба они повздорили во хмелю.

На ум сразу приходят леденящие кровь сюжеты из криминальной хроники новостей. То есть, гастарбайтер, пользуясь случаем, кидается на бабулю. Он ее колет, режет, начинает душить, и заодно выпытывает у бедной жертвы, где она спрятала фамильные ценности. Спешу всех успокоить, ничего подобного в данном случае не случилось.

Или наоборот вы подумали, что задиристая Бабушка посрамила Вовка, а то еще не дай бог нанесла ему парочку колото-резанных ран? И опять не угадали. Выпивка до добра не доводит, но у нас все закончилось относительно мирно.

Спор между Бабушкой и Вовком перерос-таки в конфликт и даже в борьбу, правда, без применения подручных средств. Завершился конфликт на втором этаже бабушкиного дома в спальне. Сначала Вовк вяло отбивался от притязаний Бабушки, но та была настойчива. В конце концов, природа взяла свое. Вовк в очередной раз испытал на себе истину, что не бывает страшных бабулек, когда выпито много водки. Сбитый с толку напором Бабушки, он дал ей себя оседлать, лежа в постели.

«Повезло старой грымзе, – успел подумать Вовк перед тем, как провалиться в дремоту. – Попался же я ей на новенького. А то кто еще, кроме меня, станет ее здесь дуть».