Антон Чигуров – Фея Снов (страница 8)

Зачерпнув немного бульона, он с трудом отправил ложку в рот. А ведь это всё может быть лишь общей галлюцинацией, он читал что такое бывает. Кто знает, какой эффект даёт сочетание того, что они сделали возле костра. В конце концов должно же быть рациональное объяснение происходящему. Но как же Аня. А, что Аня? Привиделось одно, могло привидеться и другое. Может быть, она сейчас лежит в лесу на траве без сознания, или уже пришла в себя и идёт домой. Такое объяснение гораздо разумнее. Сколько сверхъестественных историй появилось благодаря галлюцинациям. Те же шаманы в племенах использовали травы, чтобы одурманивать сознание, как своё, так и тех, кто верил в них. Завтра окажется, что Аня вернулась домой под утро и всё в порядке, почти в порядке. Небольшой психологический шрам, наверное, останется. И как побочный эффект от приема одурманивающему смеси вполне возможны кошмары, вполне возможен даже лунатизм, или как там по научному называется хождение во сне. Скорее всего действительно не стоит спать, он слышал или прочитал где-то, что лунатики вполне могут навредить себе.

Сны могут казаться реальными. Костя хорошо помнил сон, приснившийся ему несколько лет назад. Помнил не потому, что это был жуткий кошмар, а именно из-за ощущения реальности происходящего. Ему снилось, что он получил двойку за домашнее задание. Причем он клятвенно клялся матери, что всё сделал, а теперь в дневнике красовалась неестественно жирная, нарисованная красным фломастером оценка, что называется – не вырубить топором. Однако, он попытался. Спрятавшись на заднем дворе школы, прямиком возле вечно закрытого запасного выхода, где устроили курилку старшеклассники, вырвал лист с неугодной оценкой и без сожаления сжёг. Он хорошо помнил как огонь едва не обжёг пальцы, пока держал за уголок догорающую улику. Потом восстановил записи на следующей странице – не подкопаешься. Вернувшись домой, Костя решил полюбоваться на проделанную работу, но его ждало разочарование – двойка красовалась в дневнике на прежнем месте, только стала ещё больше и теперь занимала треть листа. Он повторил операцию, просто по невнимательности вырвал не тот лист, убедил себя парень. Закрыл дневник, затем медленно открыл, листа не было. Удовлетворенный результатом, он отправился обедать. За час до прихода матери, Костя снова полез проверить дневник. Он медленно открыл на нужном развороте, и дневник выпал из рук. Совершив несколько сложных пируэтов, дневник приземлился на ковер, вырванный дважды лист был на месте, а на Костю смотрела огромная красная двойка. В этот момент он проснулся. Он ещё долго ворочался, сопоставляя в голове сон и реальность, пытаясь вспомнить сделал или нет домашнюю работу.

Костя улыбнулся, вспомнив, как по спине пробежал холодок, когда дневник упал, и он опять увидел пресловутый неуд. Он почти убедил себя, что всё произошедшее в лесу было не более чем игры воображения. Очень реалистичные, но всё-таки галлюцинации. И Аня жива, может быть она уже дома и спокойно спит, ведь вполне может быть, что она и не слышала угрозы феи. Если всё окажется именно так, то, как бы дико это не звучало, можно будет даже повторить. Говорят, выделение адреналина полезно для здоровья.

Страх и волнение отступили, у него даже появился аппетит. Он без остатка съел уже остывший суп и взглянул на часы, висевшие над холодильником. Почти четыре утра. Большая часть ночи позади, осталось совсем не много, следующие часа три будет потяжелее выдержать, особенно учитывая полный желудок. Главное – не ложиться. Стоит телу принять горизонтальное положение, как приоритеты могут резко поменяться, и самое важное сейчас превратится в «да, ладно, ничего страшного, с утра всё само собой прояснится». Костя прошёл в свою комнату. Он зажёг настольную лампу и поглядел на книжный шкаф. Нужно что-нибудь совсем простое. Никаких тяжёлых фантастических романов, даже рассказы не стоит начинать. На нижней полке, в том месте, куда он заглядывал реже всего, в темном пыльном углу, притаилась стопка молодёжных журналов. Тех самых, где много ярких картинок, огромный шрифт и истории о популярных на момент выхода журнала музыкантах. Откуда они у него вспомнить он не мог. Да это и не важно. Короткие истории, напоминавшие скорее сплетни бабушек у подъезда подойдут идеально под ситуацию.

Пока Костя перелистывал яркие страницы журнала, он пытался придумать план на завтрашний день. В первую очередь он планировал вернуться на место обряда и проверить, вдруг Аня до сих пор там и нуждается в помощи. И если её там нет, а так же нет и кусочков в траве, тут его немного передернуло от мысли, что он может найти, но он подавил рвотный позыв. Так, вот, если её там нет, тогда можно сходить в кино, потом в интернет-кафе, недавно открытое как раз неподалёку от центральной площади, а там уже и вечер. Он отложил в сторону журнал в котором не нашлось ничего интересного и взял другой. Утро приближалось. Медленно, но приближалось.

-–

Максим и Юля возвращались домой молча. Девочка изредка всхлипывала, она считала себя основной виновницей произошедшего с подругой. Она не боялась последствий для себя, она пыталась представить мысли матери Ани, так и не дождавшейся возвращения дочери. Юля была уверена, что у неё не хватило бы сил пережить потерю и она поторопилась бы вслед за дочерью. А виновата она. Она предложила этот обряд, затащила друзей в лес, даже этого парня, которого никто их них толком не знал. Её очень хотелось невозможного – повернуть время вспять. И как можно дальше, в тот день, когда она только узнала об обряде. И тогда никто бы не умер. Понимание фатальной невозможности переигрывать ход событий угнетало не меньше, чем случившееся с Аней.

Максим тоже погрузился в свои мыли. Но в отличии от сестры он боялся ответственности. Он и так был на волосок от постановки на учёт в комиссию по делам несовершеннолетних. У него было два привода в милицию. И хотя в одном он был не виноват, даже косвенно, факта наличия привода это не отменяло. Конечно, он с трудом представлял, каким образом милиция их, и его в частности обвинит в смерти Ани. И что может быть написано в протоколе. Виноваты в том, что вызвали древний дух и он разорвал на кусочки их подругу. Но тем не менее не трудно будет установить, что именно они видели её последними, найдётся немало свидетелей, видевших, как они все вместе отправляются в лес. Да, тяжёлого разговора с родителями избежать вряд ли удастся. Угораздило впутаться в мистику, конечно.

– Максим. – Неожиданно оборвала затянувшееся молчание Юля, когда до подъезда дома оставалось пройти несколько десятков метров. – У меня к тебе серьёзный вопрос… Насчёт Ани.

– Спрашивай.

–Ты считаешь, что я одна виновата.. Нет. Не так, я больше всех виновата. Да? – Она всхлипнула, но не для придания драматичности, получилось само собой.

Максим пожал плечами.

– Тут же просто так не ответишь. Всегда есть две стороны. С одной стороны ты заварила всю эту кашу, и все мы оказались в лесу в первую очередь благодаря тебе. – Он остановился, заметив, как глаза сестры наполняются слезами. – А с другой стороны силой нас никто не тащил вслед за тобой. Мы все хотели повеселиться. И Аня тоже.

– Ну, а ты к какой стороне склоняешься.

Максим ответил не сразу. Тревожные мысли о комиссии не давали ему покоя.

– Мне кажется мы все виноваты. – Сказал он наконец. – Когда совершаешь глупость – не жди хорошего результата.

– И на этом спасибо. – Юля опустила голову, она понимала, что брат немного лукавит. – Мы же ничего не скажем родителям?

– Если ты не проболтаешься, то ничего.

– Я не проболтаюсь. – Тихо ответила Юля, не поднимая головы.

– Вот и хорошо.

Они остановились возле подъезда, чувствовалась недосказанность, а говорить дома об этом, особенно в ночной тишине – не лучшее решение.

– Что ты думаешь о том, что Костя предложил? Я том, что мы встречаться не должны.

– Я понял. – Максим плюнул в сторону клумбы, за которой ухаживала баба Зоя с первого этажа. Несколько раз она сдавала его родителям, заметив парня с сигаретой. Старушка любила наблюдать и рассказывать о своих наблюдениях в самый неподходящий момент, самым неподходящим людям. – Начитался парень книжек, или фильмов насмотрелся, вот и делает такие предположения. По крайней мере, мы с тобой точно общаться не прекратим.

– Конечно, лезть на рожон не стоит. Но и две головы всегда лучше одной. – Она достала из кармана массивную связку ключей. Тут и ключ от подвала, и и от велосипедного замка, и ещё несколько о предназначении которых Максим не догадывался. – Ну, что домой.

Брат кивнул.

– Спать будешь, сестрёнка?

– Даже если и хотела бы – не смогла. До сих пор слышу этот крик… И эти капельки крови. Словно впечатались в голову и стоят перед глазами. Думаю, и завтра не засну.

– Сегодня без вопросов бодрствую, но завтра не обещаю.

– Надо зелёный чай попить. Я где-то слышала, что он помогает взбодриться.

– Чего? Какой ещё зелёный чай? – Максим удивлённо посмотрел на Юлю.

– Самый обычный. Некоторые вместо кофе его употребляют, когда в ночные смены работают.

– Первый раз слышу. – Искренне сказал Максим. – А где взять его? Уверен в нашей дыре такого не продают.

– В любом магазине, рядом с обычным чаем. – Юля оглянулась. – Ты слышал?