Антон Чернов – Экстерминатор. Том 4 (страница 35)

— Можно, конечно, к нам, — протянул он. — Но Медея, девочка, тебе же лечиться там надо будет. И чего ты так боишься?

— Опасаюсь. Вас. Вы — другие… — рубленно ответила Медея.

— Те самые, — хмыкнул Гангирдод. — Ладно, поднимусь к вам. Чтобы было спокойнее — обещаю ни словом, ни делом, ни мыслью не наносить ущерб кораблю и экипажу, кроме как в случае нападения на меня. Годится? — усмехнулся он.

— Да…

— Тогда не мешай мне, девочка, — произнёс архимаг на экране. — А интересно тут у вас, — огляделся он уже в рубке, оглядывая Отряд.

— Прошу за мной, в кают-компанию, — поднялся я, держа руку на парализаторе.

Ни хрена ведь, если что, не поможет. Но успокаивает.

20. Спуск к Стиксу

Расположились мы в кают-компании. Мозг поступил точно так же, как и я, держа руку на парализаторе. А именно: сформировал-придвинул и привёл в боеготовность скрытые турели. Дело не лишнее, но вот эффективность против «дважды мёртвого» видится крайне низкой. Впрочем, Медея насуплена и боеготова — вроде бы и силы несопоставимы, но если она будет этому типу мешать, а мы стрелять… То может быть, свалить из системы у нас выйдет. Смерть для этого танатурга, как понятно — далеко не конец, но время выиграем.

Хотя в то, что он начнёт, безумно хохоча, нас убивать и пытаться причинить, вред я не особо верил. Но готовиться к такой ситуации я должен и как командир, и как разумный человек.

Сам же Гангирдод шёл, оглядываясь с явным интересом, хотя и совершенно безэмоциональной рожей. Присел, с усмешкой оглядел нас и выдал:

— Вы нам оказали некоторую услугу с этими придурками. Да и я обещал помочь информацией, так что, для начала, расскажите мне, что у вас творится. Девочка, — подмигнул он передёрнувшейся колдунье, — многое сообщила, но всего она не знает.

— То есть в благодарность за наше содействие ты нас послушаешь? — уточнил я, вызвав несколько редкостной механистичности смешков.

— Нет, я подумаю, чем вам помочь, парень. Возможно — будет иметь смысл… Впрочем, сначала я хочу получить информацию. Не думаю, что она секретна, да и способы получить её без вашего согласия у меня есть. Но мы — не враги, так что я просто спрашиваю.

— Тогда расскажет Трелил Лело, мой родственник, — решил я переложить переговоры на профессиональные плечи.

Просто… да напрягал меня этого тип, да и раздражал. Ну а дядюшка присоединился к нам с совершенно конкретной задачей, вот пусть её и реализует, а я, да и вообще мы всем Отрядом — послушаем.

— Силовой и мирный командиры? — приподняв бровь уточнил архимаг.

— В целом — так, — кивнул я.

В общем, дядюшка начал рассказ, несколько более подробный, чем не только была в курсе Медея, но и, например, я. Ну всякая социология там, экономика и прочие моменты, с которыми я разбирался поскольку-постольку. То есть от меня не скрывали (насколько я понимаю), но сам не интересовался. И, естественно, «общая картина противостояния» без деталей. Детали сообщила Медея, да и я некоторые моменты дополнил.

— Кроме того, уважаемый Гангирдод, мне бы хотелось более плотно познакомиться с вашей философией и этическими нормами, — озвучил Трерил.

— Ознакомиться тебе никто не мешает. Можешь спустится на Стикс, я распоряжусь, чтобы тебя просветили, — равнодушно произнёс архимаг, но вдруг вспыхнул глазами и с саркастичной улыбкой произнёс: — Хочешь пригласить нашу школу в свой протекторат?

— Скажем так, уважаемый, это… один из возможных вариантов. Некоторые полномочия я имею, но…

— Понятно. Ладно, спускайся, как соберёшься, куда я укажу. И мне тоже не помешает поговорить с собратьями и подумать. До встречи, — произнёс он и исчез.

А мы, но в первую очередь я, уставились на Трерила.

— Это логично и естественно, если мы желаем сохранить протекторат, — сообщил дядюшка. — Магов вроде и немного, но этот джин, как в древних сказках, вырвался из бутылки. И лично я не уверен, Медея, что все группы магов, оставшиеся в Рукаве Ориона, учтены в послании.

А я серьёзно задумался: это выходило стратегическое планирование, в которое я вроде как не особо. Но, при этом, идиотом не являюсь. И выходит, что остатки магов, как ни крути, вольются в человеческую популяцию. Простецы-не простецы, бои друг с другом и прочее — дело десятое. Но через несколько десятков лет, а то и несколько лет, маги начнут интегрироваться в существующие человеческие объединения. Распространяя как саму магию, так и её плоды, из которых самым значимым выходит снижение стоимости межзвёздных перелётов. А это… скажем так, глобально и для человечества в целом — благо. А вот конкретно, на ближайшие годы, а то и тысячелетия — это эпоха войн и становления новых империй. Ну, просто из природы человеческой и объединений это выходит так: текущий «застой» вызван тем, что воевать межзвёздно — невыгодно. Маги же этот «защитный фактор» нивелируют, не говоря о глобальных магических воздействиях в качестве противопланетного оружия. Да и не стоит забывать о том же псевдобессмертии — если не как товаре, то «товаре» для руководящих классов.

Но «насколько всё будет хреново» — можно думать бесконечно. А вот Трерил, действительно обладающий в определённой степени полномочиями «говорить за семью», сделал вывод: интеграция магов и магии в человеческую цивилизацию фактически неизбежна. И чёрт с ним с «бонусами», важно то, что через несколько десятков лет появятся очень голодные, зубастые, усиленные колдовством группировки. И протекторату просто нечего будет им противопоставить, если не готовиться.

При этом танатурги, по крайней мере, на первый взгляд, кажутся очень даже перспективными «союзниками-симбионтами» для семьи. По крайней мере, исходя из известного и на фоне двух прочих группировок, с которыми нам довелось столкнуться.

То есть вариант «перетянуть» тех же танатургов на территорию протектората, при их отстранённости (возможно — кажущейся) ориентирован не только и не столько на решение текущего кризиса, сколько на решение кризисов будущего.

— Земля, — в текстовом чате сообщил Андрей. — С магией, возможно, проблема бактериально-вирусной угрозы решится.

— Точно решится, — ответила Колючка, — но это не единственная проблема Земли.

— Даже на беглый взгляд можно сказать, что если и не единственная, то одна из основных. Но там ведь ещё и защитные автоматизированные станции, — напомнил я.

— Что, одновременно, защита от потенциальных агрессоров, в случае, если вирусно-бактериальной угрозы не будет.

— И это — тоже, но «открытым Миром» Земля не станет, да и прилететь-покинуть её, даже в лучшем раскладе, будет проблематично.

— Возможно, и к лучшему, — хмыкнула Ирка.

— Возможно, — признал я. — А вообще, мы сейчас делим шкуру недобитого бера. Совершенно не факт, что танатурги согласятся с предложением. А если и согласятся, что будут летать куда-то. Медея, а ты что думаешь? — уточнил я у задумчиво стоящей колдуньи.

— Не знаю, Керг. Меня они… внушают опасения. Несколько иррациональные, сама это признаю: естественный страх перед тем, что должно быть мёртвым…

— А оно вон какое живое! — радостно заявил Самсон, несколько разрядив обстановку.

— Ну да… Если обдумать всё, что я знаю — танатурги довольно социально пассивны, при этом идут на контакт в случае обращения к ним. Не честолюбивы — вообще «на своей волне» даже в социуме Академии. При этом потрясающе жестоки, если к ним предпринята агрессия — один из конфликтов на Академии закончился за час, поголовной, демонстративной смертью политической группировки, предпринявшей шаги к запрету танатургии.

— Что избавило этих альтернативно-живых товарищей от дальнейших возможных конфликтов в будущем, — отметил Андрей.

— Ну да… — повторилась Медея, слабо улыбнувшись. — Хотя я и себя обманываю — вдруг призналась она. — Даже не смерть, а столь долгая жизнь мага страшит: сколько он знает, что может. Как я у него буквально на ладони… Довольно глупо, после всего этого с Эллером.

— Ну, глупо не глупо, а свойственно человеку, — сообщила Мила.

— И, кстати, вы учтите, — не без ехидства отметил Трерил, — что никто прямо сейчас решать ничего не собирается. Мои полномочия, если и будут реализованы, заключаются в том, что я обозначаю интерес Семейства и готовность к переговорам.

Выходило, что на Стикс имеет смысл спускаться не только Трерилу, но и всему Отряду. И как телохранителям, и как наблюдателям — что-то интересное заметить, упущенное дядюшкой, например. Да и интересно, прямо скажем, хотя и несколько пугающе — всё же некоторый страх перед тем, что должно быть мёртвым, свойственен не только Медее.

— Я справлюсь, — сделала мужественную физиономию колдунья, незаметно цепляясь за руку Клемента. — Не настолько я их опасаюсь, как тут плёл Гангридод!

— Справишься — и отлично. Давайте готовиться, думать.

Стали готовиться и думать. Кстати, Андрей, вопреки своему обыкновению, не затеял экстрапийный концерт на тему «бессмысленное движение приближает тепловую смерть Вселенной». То ли движение на Стикс было осмысленным, то ли эскулапу было действительно интересно, как и всем. При этом, оставлять Энериду без присмотра не хотелось. И я даже стал задумываться о том, чтобы остаться самому. Потому что даже Эпсилон не гудел насчёт «я останусь» — киборгу было тоже интересно.

— Нет, Николай, — отрезал в ответ на мои прикидки дядюшка. — Ты нужен на планете, как участник переговоров и возможный командир в случае конфликта. Не говоря о том, что ты как боец — сильнейший в своём отряде?