Антон Чернов – Экстерминатор. Том 4 (страница 28)

— Это… — задумался я, стараясь сформулировать, потому что ответ был довольно прост, хоть и не черта не приятен. — Присутствующие осведомлены с тем что маги предложили предателям? — уточнил я на всякий случай, на что оба капитана озвучили в общих чертах причину. — Тогда в голову приходит только один вариант: бунтовщики просто не заинтересованы в этом добывающем регионе, как и маги. Их задача тут была помешать получать ресурсы семье, что они, в общем-то, и сделали: эта болванка, — указал я голограмму Маяка, — не в состоянии выполнять свои функции ни как производственный, ни как портовый, ни как ретрансляционный центр.

— Скажешь тоже, Николай: не нужен, — хмыкнул Логно Лело, капитан «универсально-инженерного» корабля.

— По крайней мере, лично я других причин наблюдаемому не вижу. Насколько я понял, главным ресурсом для верхушки бунтовщиков являются люди. Которых тут, в скоплении, наберётся от силы миллионов десять.

— И все они децентрализованные, малыми группами, вдобавок — на пустотной технике… Возможно, и так, — включил голову Логно. — А оборудование демонтировано и перевезено в населённые области, контролируемые мятежниками.

Так что выходило, что после боёв станцию просто ободрали до оболочки, ну и сделали что-то типа ловушки: несколько генераторов нехороших полей, взрывчатка… И совершенно не факт, что наши разведывательные мероприятия открыли все «подарочки» от мятежников штурмующим: всё же шпионское оборудование имеет ограниченный функционал, просто потому что оно шпионское и незаметное. Да и конструкты Медеи не дают стопроцентной гарантии: по её словам, их можно назвать в определённой степени живыми и условно-разумными. А, помимо плюсов, такое положение вещей и минус: эти духи, например, могут что-то не заметить, «зевнуть».

— А нам вообще надо штурмовать этот Маяк? — задумчиво уточнил я. — Может, просто разнести станцию к чертям, вместе со всеми ловушками?

— Основная ценность станции Маяк — не оборудование, — подумав, ответил Логно, — а именно сама станция: её местоположение, по сути, стены. Доставить персонал и оборудование не так сложно, а вот возвести подобное сооружение — долго и дорого. Не говоря о эвакуации добытчиков: насколько я понимаю, у них уже сейчас наблюдаются трудности с продовольствием, а в случае разрушения станции они просто обречены на смерть, если останутся в скоплении.

— В общем: надо захватывать. И не дать в процессе разнести станцию, — кисло констатировал я. — Ладно, а что у них с сенсорной системой и пустотным вооружением? Может тоже пообдирали?

Но надеждам не суждено было сбыться: настолько идиотами мятежники не были. Добавлять к текущему оборудованию ничего не добавили, но орудийные системы и системы вооружения оставили, причём они — одно из немногого, что работало на Маяке.

Так что мы несколько «подвисли», как Отрядом, так и капитанами. И предложение Медеи нашаманить портал — ни черта не решало проблему. Если рассматривать мятежников идиотами, то, конечно, вариант объявиться в центре станции и быстренько всех перебить — сработает. Вот только если они не идиоты, то способы инициации подарочков должен быть от ручного, до автоматического (а возможно, мистического). Ну и после десанта мы радостно всем десантом взорвёмся к чертям. Тут вообще выходила бредовая ситуация, в которой нам надо не дать сдохнуть (так как хотят) тем, кто как бы специально находится для того, чтобы сдохнуть.

— А по-моему, Николай, мы заходим вообще не с той стороны, — подал голос Андрей с кушетки.

— Безусловно, Андрюх. Общаться с окружающими, уткнувшись физиономией в спинку — действительно не совсем та сторона, — хмыкнул я.

— Смешно, — печально констатировал эскулап. — Но я не про то. Станция не предавала именно Семью, просто…

— Выбрала мятежников, — хмыкнула Ирка.

— А, возможно, не выбирала, — уточнил медик.

— Всё может быть, только толку с этого? Сейчас на станции явно оставлен гарнизон.

— И ты думаешь там есть Лело?

— Хм-м-м… — задумался я. — Скорее всего, нет, конечно. Но могут быть.

— С этим не поспоришь, только Николай: задача с текущими вводными не имеет решения. Или самим уничтожать её, или терять десант со станцией.

— Похоже на то, — признал я. — Шанс-то есть. Но какие у них опознования, пароли?

— Понятия не имею, — лениво ответил Андрюха. — Но вариант повреждённого КК, убегающего от сил семьи — наиболее подходит, как мне видится.

— Так, вываливается, орёт, требует помощь. На вопросы о паролях — посылаем в жопу, только что из боя, с повреждениями, — стал прикидывать я.

— При этом, капитан Керг, — загудел Кубик, — Энерида окажется в непосредственной близости от станции Маяк. И наших сенсоров хватит, чтобы понять, не готовятся ли обитатели к самоуничтожению. А если готовятся…

— То просто свалим в гипер, в этом месте нам даже разгона не нужно. Да и не повредит Энериде взрыв, если не лезть совсем вплотную к Маяку, — с несколько большим оптимизмом закончил я.

Стали обсуждать, сверять данные. Выходило, что никакими кодировками мятежники не пользовались, судя по всем имеющимся данным. То есть, симулировав критические повреждения, мы попробуем потребовать место для дока и ремонт. Ремонта нам, конечно, даже при желании не обеспечат: его просто нечем осуществлять на Маяке. Но место на ангарной палубе… высоковероятно, скажем так. И мы, подключившись к коммуникациям Маяка, сможем выяснить способы возможного подрыва изнутри. Ну и локализовать и экстерминировать эти способы, само собой. Правда, пришлось отбиваться от отрядов гвардии с тяжёлой техникой:

— Мэл, мы не сможем экранировать Энериду достаточно, чтобы скрыть наличие этих сил на борту. Или не удастся выглядеть повреждёнными, одно из двух, — устало повторял я. — У гвардии с тяжёлой техникой просто нет задачи для нашего диверсионного рейда: мы не собираемся вести полевое сражение, захватывать и удерживать территорию.

— И всё же настаиваю на наличии войск, Николай! Хорошо, согласен, тяжёлая техника, возможно, и излишняя. Но десяток-другой гвардейского спецназа — вам не помешают! Кроме того, увеличат численность экипажа для стороннего наблюдателя, что не лишнее. Ваш отряд — скорее вызовет подозрения своей малочисленностью!

— После проигранного боя, убегая? — ехидно уточнил я. — Впрочем, если без тяжёлой техники и в пределах двух десятков — принимается, Мэл, — признал я некоторую правоту капитана.

Так что пару десятков гвардейцев мы и вправду приняли на борт. Вообще — довольно неплохая подготовка и форма, хорошие импланты. Не помешают, хотя и не факт, что помогут.

Ну и стали создавать видимость «критических повреждений». Тонкость была в том, что с одной стороны, нам надо продемонстрировать корабли в критическом состоянии, не только внешне, но и по сигнатурам. И при этом, иметь возможность уйти в гиперпространство в любой момент, если наш маскарад не сработает. Так что почти сутки инженеры и Мозг творили экранирующие короба и даже ставили генераторы. Я как узнал — ну как минимум удивился. Они излучали в «противофазе» работающему реактору и прочей машинерии, делая их функционирование незаметным для для внешнего наблюдателя.

— Мозг, а почему мы так не делаем при нужде? — уточнил я.

— Потому, капитан Керг, что необходимость в подобной маскировке возникла только сейчас, — ответил Мозг. — В обычном состоянии экранируется сигнатура Энериды в целом, как электромагнитная, так и гравитационная.

— И нет никакой необходимости скрывать какие-то отдельные приборы и механизмы, — дошло до меня.

— Именно так, капитан Керг.

В общем, за сутки мы управились: часть обшивки Энериды была «выворочена» наружу, демонстрируя серьёзность повреждений. Я уже начал было отдавать команду к подготовке и старту, как ко мне в рубку заскочил Трерил.

— Николай, я тут посмотрел запись ваших совещаний, — оповестил меня дядюшка.

Что, в общем, было нормально: по предварительному указанию Мозг блокировал для нашего пассажира только ту информацию, которую я или члены отряда помечали как секретную. Которой пока, в общем-то, и не было, а к архиву, куда попадали записи через сутки, «дядюшка» не имел доступа.

— М-м-м? — не зная как комментировать, приподнял бровь я.

— Я бы предпочёл провести переговоры с мятежниками сам, представлясь капитаном корабля. Я несколько больше разбираюсь…

— Понял-принял, — согласно кивнул я. — Кроме того, это довольно близко к твоей профессиональной деятельности. Так что я — не против, действуй, Трерил.

А через четверть часа неподалёку от Маяка из гиперпространства, с паразитными потерями энергии, обозначавшими повреждения ряда приборов, вывалилась Энерида. Опознавание она подавала как Фермопилы, один из кораблей-одноклассников предателей. Был риск, что этот корабль знаком людям на станции, но не слишком большой. Ну и, помимо опознавания, корабль передавал на всех частотах сигнал бедствия.

И буквально через три секунды от станции протянулся информационный радиоканал.

— КК Фермопилы, покиньте область вокруг станции Маяк, это закрытая зона, — предельно формальным голосом трындел какой-то бледный тип, к нашей удаче — явно не Лело.

— Я,…., не знаю кто ты там, — иронично, но с заметным и выставленным напоказ волнением ответил Трерил. — Но «покинуть» мы ни черта не можем. Если ты там ослеп — посмотри на показания радаров!!! — просто рявкнул он.