Антон Булычов – Семя Хаоса. Трилогия (страница 32)
Силен прокашлялся в полной тишине.
— Думается мне, ребят так обложили, чтобы они не донесли весть о разгроме легиона. Если бы не наш отряд, с ними столкнувшийся, через три дня двадцать, а то и двадцать пять тысяч подошли бы неожиданно с востока. Стена у Нижнего города длинная, могли бы и не удержать.
В штабе все так же царила тишина.
— Забудь о Железном кресте. Завтра получишь Звезду Империи. Боги, парень, да если бы не ты… Говоришь, им идти еще три дня?
— Так полагал Снайл, а он был опытным разведчиком. Ему стоит верить. Жаль, не удалось его вытащить.
— Отставить! — вскричал легат. — Ты вытащил главное — весть о наступлении и свою голову. Во время штурма такие отчаянные ребята пригодятся. Вот что, принимай всю свою манипулу. Ты солдат до мозга костей и смел до безрассудства, мне это нравится!
«О да, мы такие!» — довольно мурлыкнул Месть. Похоже, только он один во всем штабе сохранял оптимизм. Защищать Маленький город с мизерной стеной для обстрела и одними воротами от двадцати тысяч это несложно. А вот защищать стены всего Нижнего города с тремя воротами и десятком лазов контрабандистов… Да и о Маленьком городе забыть нельзя. Новости хуже не придумаешь. Не верится, что был разбит целый легион. А другой такой же легион теперь должен защищать город, набитый до отказа жителями и беженцами. Это будет нелегко.
«
ИНТЕРЛЮДИЯ IV
Любовь к скульптуре
Кариан был уже давно влюблен в Лету. Только вот как ей в этом сознаться? Она первая красавица деревни, знахарка, которая учится важному умению у своей слабой здоровьем бабки. А он просто простофиля лесоруб!
Эх, не собрать ему нужное приданое, и родители не помощники. Знают, что на него положила глаз Авдовья, дочка мельника. Да на ней самой вместо осла можно пять мешков зерна или муки тащить! И даже не вспотеет. А родителям все равно, главное, можно денежки себе выколотить.
Благо Кариан знал, что нужно сделать. Охотники болтали между собой, что уже год как в их Восточном лесу появилась одна избушка. Поселилась там настоящая ведьма. Она молода, но пугает до ужаса. Говорили, что если правильно попросить, то она может выполнить любое желание! Главное, попросить правильно.
Кариан думал об этом уже несколько недель. И наконец решился. У одного из охотников выспросил путь к ведьме и отправился туда.
Изба эта стояла на небольшой опушке, кажется, раньше она принадлежала какому-то старому охотнику. Пару десятков лет простояла, забытая всеми, и вот теперь выглядела совсем по-другому. Сруб и доски стен казались свежими, будто построили избу на прошлой неделе, а не лет сто назад. Крыша тоже перестелена. За избой виднеется сад и огород. Кариан хмыкнул и хотел было подняться на крыльцо, но заметил рядом с ним столбик с колокольчиком. Дернул за веревку, привязанную к язычку, и раздался нежный мелодичный перезвон.
Пару минут ничего не происходило, а потом из сада вышла женщина чуть старше Кариана. Она была одета в алые одежды, кажется, из шелка, лесоруб сперва даже не поверил своим глазам. Волосы спрятаны под платком, а глаза завязаны лентой из все того же ярко-алого шелка. Выглядела женщина от этого весьма пугающе.
— Я тут эта… Явился испросить у тебя, ведьма…
— Называй меня Великая Госпожа, смертный. — Голос был низкий, с хрипотцой.
— Да, да… Ну, эта, Великая Госпожа, я бы хотел попросить у тебя руку Леты! — промямлил Кариан. И тут понял, какую глупость сморозил. Охотники ведь предупреждали, просить нужно правильно. Попросит руку, а эта ужасная баба в шелках ему руку и отдаст! Летину руку. Вот будет кошмар-то! — Нет, нет! Не так! Я хочу, чтобы Лета стала моей! — спешно поправился лесоруб.
— О, так дело в любви? — промурлыкала ведьма. Кажется, ее голос стал еще ниже. — Я обожаю истории о любви. Приведи ее ко мне, и она станет твоей.
Ведьма улыбнулась, показав неестественно белые и ровные зубы. Почему-то это испугало лесоруба больше, чем самая страшная клыкастая пасть. Он, пятясь, убрался с поляны.
Еще неделю Кариан раздумывал, стоит ли опять идти к этой пугающей ведьме. Но тут мамка опять завела речь о том, какая видная невеста Авдовья, и лесоруб решился. Измазался смолой немного, прибежал к дому Леты и ее бабки и сказал, что его брата в лесу привалило деревом. Нужно быстрее бежать. Лета побледнела, сжав губы в линию, став удивительно красивой, собрала свои знахарские принадлежности и быстро последовала в лес за Карианом.
Тот, чуть поплутав, вывел их к избушке ведьмы.
— А где Палис? — недоуменно спросила Лета. Пока она не убежала, Кариан с силой дернул колокольчик. Спустя полминуты на пороге избы появилась ведьма. Как и в прошлый раз, вся в алом шелке и с повязкой на глазах.
— Я тут эта… Ну, как мы договаривались…
— О, узнаю твою манеру речи. Да, девушка. Красивая. — Ведьма подошла к Лете, та замерла, не зная, что делать. — И ты хочешь, чтобы она стала твоей?
— Да! — гаркнул лесоруб.
— Кариан, о чем ты говоришь? — удивилась Лета. И тут ведьма положила руку на спину Лете.
Ярко полыхнуло алым. Когда Кариан проморгался, то увидел, что от Леты идет дым. Она будто бы усыхала, ее кожа стала серебристо-стального цвета с ярко-золотыми прожилками. Глаза — сверкающими алмазами. Прошло еще несколько секунд, и жуткая статуя девушки, которую он любил, осталась стоять в лужице воды.
— О да, вышло очень красиво, не правда ли, смертный?
— Что ты наделала?! — вскричал Кариан. — О боги! Что это? Зачем?!
— Ты же хотел, чтобы она была твоей, рабства у вас в Империи нет, так что я решила, что обладать можно только вещью. Смотри, какая красивая и изящная вышла статуя. Не хуже, чем была девушка. Ты можешь ее установить в своем саду и каждый день любоваться. Она очень прочная, точно не разобьется, и глаза из настоящих алмазов. В случае сильной нужды продашь.
— Нет, я хотел, чтобы она была моей женой!
Ведьма казалась удивленной.
— Зачем же ты тогда явился ко мне? Попросил бы ее стать женой, и дело с концом.
— Да она бы никогда не пошла за меня! Ты должна была сделать так, чтобы она меня полюбила!
— То есть ты хотел неволить эту милую девушку? Чтобы я навязала ей желание быть с тобой или еще хуже — заставила чувствовать любовь? — Голос ведьмы становился выше и выше, как закипающий чайник. И все злее.
Казалось странным, что для нее превратить кого-то в статую нормально, а вот заставить выйти замуж насильно что-то аморальное.
— Да, именно так! Я хотел ее! Жить с ней! Любить ее! А ты… Ты… — Кариан кинулся на ведьму, замахнувшись кулаком, но та спокойно взмахнула в его сторону рукой, и лесоруб обратился в большой завиток пламени. Не осталось даже костей.
— Да-а-а. Ну и мужчины пошли, да, милочка? — Ведьма, оставшись на поляне в одиночестве, погладила статую Леты по спине. — Ну, нет, насилия над девушкой я бы не потерпела. Не переживай, дорогая.
Казалось, на пару мгновений ведьма задумалась, а потом махнула рукой в сторону сада. Статуя мягко взлетела на полметра в воздух, показав, что лужица под ногами скрывала тонкую платформу из того же серебристо-стального материала, соединяющую ступни статуи. Затем статуя медленно полетела в сторону сада ведьмы.
— Не пропадать же добру. Поживешь в моем саду, милая. У меня красиво, а с тобой будет еще красивее!
ИНТЕРЛЮДИЯ V
Новый заказ
Килан задумчиво жевал апельсин. Перед ним расстилалась Пустошь. Несмотря на то, что он уже много лет торгует разными товарами из Пустоши, сам он туда не совался. Говорят, это очень опасно. Слухов о Пустоши и ее опасностях всегда ходило много. Часто их распространяли сталкеры, которые промышляли тем, что сами ходили через Пустошь и водили через нее группы археологов и контрабандистов. Официально Империя закрыла Пустошь и держала на границах с ней легион «Забвение». Туда нельзя было проникнуть. Неофициально это было легко. Небольшая взятка легионерам, наем хорошего сталкера, и ты спокойно гуляешь по закрытой территории.
Килан выплюнул косточку. Рядом жевал свои дольки апельсина мужчина лет сорока. Время от времени он прекращал жевать и откашливался. Иногда кровью. Имдас был опытным сталкером, чьими услугами чаще всего пользовался Килан. Не сам, разумеется. Своей жизнью он обычно не рисковал. В Пустошь он отправлял своих людей и наемных археологов, которых Имдас и сопровождал. Вот только последние три экспедиции водил не он.
Старик выглядел плохо. Собственно, Килан был не сильно младше Имдаса, но привык думать о нем, как о старике, так как он и выглядел как старик. Многие, кто ходил по Пустоши, так выглядели.
— Я не пойду, Килан, даже не проси, — наконец пробурчал Имдас. — Мне скоро умирать уже, так что бери кого другого. Последние три раза твои парни ходили с Кари, вот снова и отправляйся с ней. Малышка свое дело знает, одна из лучших.
Килан прожевал еще дольку апельсина.
— Меня смущает, что она очень молода. Слишком. А в этот раз экспедиция будет чересчур важной. Мне даже придется идти самому.
Имдас закашлялся. Потом произнес:
— Ты не зря сторонился Пустоши, Килан. Посмотри хотя бы на меня.