Антон Булычов – Семя Хаоса. Трилогия (страница 29)

Похоже, из дремы она сразу ушла в глубокий сон, так как проснулась только от пляски солнечных зайчиков по лицу. Из окна лился яркий свет, было уже точно больше десяти часов утра. Похоже, дорога ее очень утомила, если она проспала весь вечер и ночь. Асциена умылась, переоделась и решила спуститься на завтрак в общий зал гостиницы. За несколькими столами сидели люди довольно бандитской наружности. Асциена нахмурилась, и почти сразу к ней подошел хозяин трактира, сообщив, что эти люди утверждают, будто у них дело именно к госпожам историкам. Если они врут, он живо вызовет стражу. Асциена попросила его не торопиться и подать завтрак для нее и отдельно сидящего человека. Если она хоть что-то понимала, это и был нужный им контрабандист. Она чувствовала себя неуверенно, обычно такого рода общением занималась Мила, но ее сейчас не было, и Асциена, подавив нервозность, подошла к столу.

Мужчина был одет в основном в темную кожу. Под просторной, перетянутой ремнями курткой была белоснежная рубашка с жестким стоячим воротником, вокруг которого повязан ярко-бирюзовый шарф. Темные волосы зачесаны назад, тоненькие усики и маленькая бородка под нижней губой. Подбородок безупречно, до синевы, выбрит. Взгляд холодный и колючий. Асциена кивнула ему, и человек сразу же поднялся и низко поклонился.

— Ваша милость, историк Асциена! Рад с вами познакомиться, я большой поклонник вашего творчества! Ничтожный торговец Килан к вашим услугам. — Он еще раз поклонился и, взяв руку Асциены, поднес к губам. Однако коснулся ее лбом, как принято в аристократических домах Империи.

— Я более чем скромный служитель Роланда, благодарю. Вот о вас, вашей работе и подвигах я много наслышана от моей подруги Милы. Вы не видели ее?

Килан негромко гортанно рассмеялся.

— Видел, уважаемый историк. Когда я час назад подошел к трактиру, она как раз возвращалась с прогулки и могла думать только о теплой кровати, о чем меня сразу же и уведомила. В связи с этим я разместил моих верных людей и ждал вашего появления.

Асциена зло выдохнула носом. Мила! О боги! Только она могла прошататься где-то всю ночь перед важной встречей. Но не перед этим человеком ей демонстрировать эмоции. Асциена успокоилась и ответила:

— В таком случае прошу простить мою задержку, меня Мила не уведомила, что вы уже ждете нас. Прошу в знак извинения разделить со мной завтрак и обсудить дела.

— Всенепременно! Не желаете ли дольку апельсина? — В руке контрабандиста как по волшебству появилась долька приятно пахнущего цитрусового.

— О, благодарю, но нет. Я предпочитаю на завтрак кашу.

Килан ничуть не расстроившись, съел свой апельсин и уставился прищуренным взглядом на Асциену. Видимо, он ждал от нее продолжения разговора. Асциена тихонько прокашлялась.

— К сожалению, я не знаю деталей вашей с Милой договоренности. Только в общих чертах, что вы обещали доставить свиток из Капитула, составленный от лица одного из Великих богов.

— Хм… Не совсем так, этот свиток одного из учеников Несущего Свет, скорее всего, не ставшего богом, но связанного с некоторыми из них. Если хотите, укажу, кого именно. Это чудо вам достанется всего за двадцать имперских талантов. Сумма велика, но такой документ, да еще и в хорошем состоянии, большая редкость. Всего второй свиток подобного рода, прошедший через мои руки.

— Как раз о первом свитке такого рода я бы и хотела с вами поговорить… — Но Килан резко оборвал Асциену:

— Я не рассказываю о своих клиентах. Даже уважаемым историкам. Впрочем, и о вас и вашем интересе я также ничего не расскажу.

Асциена задумалась. Как же все-таки вытащить из этого контрабандиста информацию о первом свитке? Видя ее раздумья, Килан, видимо подумал о том, что она сомневается в цене, и продолжил:

— Понимаю, двадцать золотых монет серьезная сумма. Могу предложить сделать вам копию за пять талантов. Правда, я уведомлю о том, что вы сделали копию, того, кому продам этот свиток.

— Понимаю. Вот что я вам предложу. Я дам вам двадцать талантов за право сделать копию. — Асциена выдержала паузу. Глаза контрабандиста стали холоднее, прищур сильнее. — А взамен вы ненароком напишите на свитке с копией название той библиотеки, где вы оставили первый свиток. Ручаюсь, Мила об этой сделке не узнает. Мы нанесем визит священного поиска, и дальше я буду говорить c хозяином библиотеки о Великих и Младших богах. Никакой информации, способной навести мысли человека, которому вы продали этот свиток, на вас. Никаких прямых вопросов. Я только озвучу свои интересы, благо они и так многим известны.

Килан откинулся на спинку стула и посмотрел в потолок. Так он просидел около десяти секунд, а потом снова перевел взгляд на Асциену. Как ни странно, его глаза стали теплее и заинтересованнее. Он кривовато улыбнулся.

— К сожалению, цена копии пять талантов. Но еще за двадцать сверху я готов немного порисовать на копие. Так, немного творчества вольного человека.

Асциена быстро кивнула, денег было не жалко. Килан, привстав, поклонился ей, и в руках у него появился свиток так же незаметно и неожиданно, как и долька апельсина до того.

— Пожалуйста, надеюсь, вы успеете снять копию до завтрака?

Асциена кивнула и попросила хозяина дать ей чистый лист бумаги и перо. Затем начала быстро и аккуратно копировать свиток. Она не вникала в содержание, сосредоточившись на том, чтобы скопировать не только слова, но отразить точно каждую черточку на случай, если потом найдет в написанном скрытый шифр. Копирование не заняло много времени, она была опытной в подобных вещах. Контрабандист вежливо и с интересом наблюдал за ее работой. Когда она закончила, он забрал оба свитка, быстро что-то написал на копии и отдал ей, аккуратно свернув. Оригинальный документ он спрятал все тем же быстрым движением. Асциена убрала копию в свою сумку с тетрадями, лежащую на столе, не взглянув на написанное, чем заработала еще более теплый взгляд и улыбку.

— Знаете, вы мне очень понравились, с вами хорошо иметь дела. И вам я готов доверять даже самую ценную информацию. Может быть, наше с вами сотрудничество может стать более… плотным?

Асциена поперхнулась и покраснела. Килан довольно улыбнулся.

— Я имею в виду, что, возможно, смогу увеличить число текстов и артефактов из Пустоши. У меня появился на примете удивительный проводник. Точнее, проводница. Представляете, ей всего семнадцать, но она уже почти шесть лет ходит по Пустоши и год, как водит команды! Удивительная девочка!

— О таком сотрудничестве можно подумать, — ответила Асциена, пытаясь выделить тоном слово «таком». Она достала кошелек, пересчитала монеты и, отсыпав обратно все, кроме пяти, отдала кошелек контрабандисту. Тот тут же исчез из его рук. Трактирщик как раз принес их завтрак. Расставил чашки, тарелки и удалился.

— Ваше предложение все еще в силе? — спросила она.

— О сотрудничестве? — удивился Килан.

— Об апельсине. — Асциена улыбнулась. В ответ Килан рассмеялся. Холод и настороженность совсем покинули его взгляд, смех был почти дружеским. Он махнул рукой, в которой оказались две дольки апельсина. Асциена забрала обе и, разломив, бросила в свою кашу.

— Я люблю кашу с фруктами!

— О, вы нравитесь мне все больше! Буду рад еще иметь с вами дело!

Они поговорили о ее интересах и его навыках работы еще около пятнадцати минут, пока завтракали. Затем Асциена попрощалась и пошла в свою комнату наверху. У нее немного дрожали руки, так хотелось узнать информацию из свитка.

В комнате она снова завалилась на кровать и стала читать, на сей раз при свете солнца:

«…Владыка беспокоится об этом недостаточно сильно. Настроения в городе далеки от идеальных. Многим не нравятся новшества, привнесенные Владыкой в последние годы. Одних пугают создаваемые им машины, ведь они заменяют людей на работах в полях и на заводах. Некоторые боятся и паровой дороги Владыки. Люди неразумны, если не прошли должного обучения в Академии, а таких, к сожалению, немного.

К счастью, моя любимая племянница Корал пошла по моим стопам и поступила в Академию. Более того, Владыка выделяет ее успехи в освоении наук, как и ее друга Нургрима. Он хороший мальчик, но, по-моему, связался с плохой компанией. Из всех его друзей только Альмерин поступил для обучения в Академию, да и то отказался учить достойные науки и увлекся философией и ораторским мастерством. Он умеет покорять людей, но мне кажется, он холоднее и расчетливее змеи. Альмерин имеет слишком большое влияние на Корал и Нургрима.

К сожалению, мне не удалось скрыть от Корал несчастный случай с Актранусом, приведший к потере им всех способностей манипулировать Семенем Хаоса. Вибрации определенной частоты по крупице Семени вызывают синхронизацию у ближайших носителей Семени, что приводит к поглощению Семени у одного из носителей. Так как Семя обладает мнемоническими свойствами и крепко связано с носителем, через некоторый период способности манипулировать Семенем возвращаются, однако у сильных носителей Семени отсутствие привычного источника энергии вызывает шок, способный перейти в состояние глубокой летаргии, или, как в случае несчастного Актрануса, в обширный инфаркт.

Когда я поделился новостью о произошедшем с Корал, она долго выпрашивала подробности, а потом задала вопрос, который не дает мне покоя до сих пор. Что если синхронизировать и поглотить схожим образом Семя у существа более сильного, чем самый сильный носитель Семени? Сначала я даже не понял, о ком речь, теперь же я переживаю за безопасность Владыки, ведь речь наверняка шла о нем. Завтра я обязательно поговорю с Корал и Нургримом. Они должны оставить свое недовольство. Если Владыка говорит, что они не готовы к некоторым знаниям, то лучше подождать его чудес, чем начать свои эксперименты и погибнуть, как Брониан, вблизи гор Ашрам, которые теперь зовутся горами Ужаса.