Антон Болдаков – Золото келе (страница 49)

Тело Бегемота и мешок доставили в поселение. Там Елена провела разговор с Иннокентием, в ходе которого убедила его, что скрывать золото келе от жителей поселения, а особенно от Лихо, нельзя.

Да и не зачем.

Лихо всмотрелся в тело Бегемота, а затем кое-как поднял руку и пощупал его лицо, осторожно надавив на глаза — только Елена знала, что уголовник, таким образом, проверяет — не притворяется ли Бегемот мёртвым. Глаза — нежный орган — организм защищает их вне зависимости от того — в сознании человек или нет.

— Сдох. Жил как «перхоть», и помер так же… Можешь высечь эти слова на его надгробье.

— Отлично. А теперь покатили в столовую.

— Зачем?

— Так вы с момента вашего ареста некормленый, — пожала плечами Елена. — И я чего нибудь перекусила. Да и поговорить надо.

Лихо к такому странному отношению к себе отнёсся философски, решив, что: «чем бы кум не тешился — лишь бы чужие грехи не вешал». Да и есть тоже хотелось, как ни крути. Ещё неизвестно как судьба повернёт — чего голодным то ходить?

…Столовая была битком набита народом. Почти все кто пострадал от отравления чернилами келе пришли в себя и теперь наверстывали время вынужденной диеты.

Были там и Бобров, пришедший в себя, с Костлявцем, что о чём-то опрашивали Валентину. Был там и Старый Чёрт, что сидел за столом и что-то рассказывал остальным. Были там и Плюс с Минусом. А также завхоз, что неторопливо попивал компот, и наслаждался повышением на службе — Иннокентий его временно (читай — постоянно) поставил на место своего заместителя.

В общем, тут были те люди, которых Елена успела хорошо узнать за время, проведённое в этом месте.

— Товарищи, минуточку внимания! — Елена подняла руку. — Прошу прощения, что я с вами общаюсь не стоя — ноги немного не ходят.

— Ещё бы, — буркнул откуда-то Серый Пёс. — Она с аэросаней спрыгнула на полном ходу чтоб я сдох, если вру — тут никакие ноги не выдержат.

— Благодарю за добрые слова… Вези меня, Серафим, вон к тому столу… — Елена указала на сто в углу — пусть он стоял неудобно, но зато увидеть его могли все без исключения. — Итак, товарищи, нам кое-что нужно прояснить вам и объяснить…

Иннокентий, лично, вкатил тачку, на которую побросал золотые самородки, и прикрыли многострадальной шубой Бегемота.

— Как вы все знаете, некоторое время назад, в вашем поселении произошли определенные события… — Елена посмотрела на Лихо. — Садитесь, что будете пить? Чифирь, компот? Водки тут не держат. Да садитесь вы — когда сотрудник КГБ вам говорит «садитесь» то упираться — невежливо.

— Тащи компот. Чифиря я всегда напиться успею, — отрезал Лихо, гадая, зачем его сюда притащили, и что задумала Елена.

Вера и Каря, поставили на стол перед Еленой спиртовку и странную конструкцию — треугольную подставку из проволоки, которую скрутили в инструментальном цехе по личной просьбе самого Иннокентия.

— Попрошу тишины, товарищи. Итак… всё началось с того что вашему заместителю главного инженера, которого вы знаете как Бегемот, во время войны, в Ленинграде в руки попали документы о том, что вашем милом краю есть огромные запасы золота. Огромные. Просто тонны и сотни тонн. И самое интересное в том, что отчасти, это оказалось правдой. Серафим…

Серафим, молча, сдёрнул с тачки шубу. Все уставились на сверкающую кучу самородков и замолчали уже по настоящему — стало даже слышно, как под полом столовой мыши дожирают украденную хлебную корку. Даже Лихо уставился на золото с каким-то лихорадочным огоньком в глазах. Разве что слюни не пустил. Затем Серафим, с усилием, поднял один самородок и положил его на треугольную подставку. Та скрипнула, но вес самородка выдержала.

— Итак… найдя это золото келе, будем называть его так, Бегемот решил что неплохо бы его продать. Для этого он связался с представителями уголовного мира — конкретно говоря, «вором в законе» по кличке Сатир и его приятелями, рангом поменьше. Сидящий тут гражданин Лихов является «правой рукой» упомянутого Сатира и был назначен им следить и контролировать это дело, — Елена вытянула ноги и положила их на подставленную Серафимом табуретку. — Спасибо, товарищ Серафим… Так о чём я? Ага… Сразу хочу кое что объяснить — Бегемот передал «ворам в законе» два золотых самородка, которые достал из пещер Угодий Келе. И с ними произошла интересная история, которая многим из вас покажется забавной… Гражданин Лихо, поскольку вам со мной разговаривать на эти темы неприятно, да и ваши «законы» не одобряют подобного — то вы молчите. Я сама всё расскажу. Думаю поправлять меня, вам смысла не будет…

Лихо принял от кого-то картонный стаканчик с компотом и, держа его двумя руками, сделал небольшой глоток. Строго говоря, он уже заинтересовался тем, что говорит Елена и не полез-бы «мочить рога» даже если бы была возможность напасть на окружающих.

— «Воры в законе» передали самородки, полученные от Бегемота в руки одного из своих «прикормленных» ювелиров — что бы тот установил их чистоту и качество. Это вполне нормальное дело — как говорят сами «воры»: «рыжьё надо куснуть на вшивость». Однако во время этого дела произошла неприятность — отправленный с самородками к ювелиру человек не удержался от соблазна. Его одолел золотой дьявол». Человек сей не сдержал алчности, ударил ювелира по голове самородками и убежал с ними из его лаборатории. Запрыгнул в машину помчался прочь, куда глаза глядели… А глядели он вдаль, но никак не по сторонам — в общем — попав под бензовоз, сгорел, бедняга, до косточек…

— Крыса поганая, — проговорил Лихо не сдержав эмоций. — «Шнырь» чёртов… Не сдержался при виде «рыжья», «шкура»… «Золотой дьявол» говоришь? Это ты, верно, заметила, товарищ начальник… Это проклятое золото ему конкретно «шифер вспенило», раз он против нашего приказа пошёл, на чужое руки наложил… Повезло этому уроду что он сгорел.

— Золото действует на людей гипнотически… — усмехнулась Елена и указала на тачку с самородками. — Редкие люди способны выстоять против такого увлекательного зрелища. Так что не обижайтесь на то, что ваш «шнырь» не выдержал «проверки золотым блеском». Ладно, дальше… К счастью для себя уголовники не стали особо интересоваться — сгорел так сгорел — фиг с ним, нового найдём. А заведение, которое представляю тут я, заинтересовалось тем, что в останках машины не было найдено золота. Даже если бы оно расплавилось, то почти десять килограмм золота, в каком-бы виде оно ни было, проглядеть трудно — вы согласны? Кроме того экспертов насторожило то, что тело неудачливого «шныря» обгорело до костей, хотя при горении бензина такого вряд ли получилось бы — уж поверьте, я видела трупы людей что попадали в ДТП и знаю что говорю.

Елена подняла стакан с компотом и, сделав глоток, прожевала и проглотила персик. Затем усмехнулась и продолжила:

— Так или иначе, но воры получили косвенное доказательство того, что золото есть. И помогли Бегемоту и небезызвестному вам Маркизу Помидору организовать экспедицию по «изыманию золотишка». Они планировали отправлять к Угодью Келе экспедиции по поиску некоей «полой земли». Бегемот, чья репутация была безупречна — он работал тут почти пятнадцать лет и зарекомендовал себя как человек исключительной честности, должен был «прикрывать» их и помогать чем можно. — Елена указала на золотой самородок, что лежал на странной треноге и бросал блики всем в глаза. — Маркиз Помидор, в отличие от своих людей был мужиком хватким и умным. Он и его люди добыли первое золото келе. И полагаю, что Маркиз сразу понял кое-что и бросился предупреждать поселение, точнее Бегемота о том, что он обнаружил. Но, к сожалению, по независящим от него причинам, передать важные сведенья он просто не успел. На него и его экспедицию напал келе и убил их всех.

По столовой прокатился шепоток — нападение келе все помнили.

— Бегемот оказался в патовой ситуации. Маркиз Помидор и его люди — погибли. Попытка удержать главного инженера в неведенье — тоже провалилась — тот вызвал меня, а я очень быстро установила личность Маркиза Помидора, по его глупой привычке везде и всюду употреблять томатный сок с сухариками. Кроме того мне прислали его стоматологическую карту и я опознала Маркиза по его пломбам, зубам и прикусу в одном из черепов. — Елена осмотрелась по сторонам. — Как вы понимаете, для КГБ не составляло никакого труда установить, с кем контактировал Маркиз Помидор и «выбрать» всю цепочку…

Отпив ещё компота, Елена потёрла шею. Ей пришлось вколоть себе кучу обезболивающего — из аптечки Биоинститута, что бы иметь возможность просто говорить. По уму надо было лечь спать — на пару суток, но, увы, такой роскоши допускать было нельзя. Она должна была рассказать дозированную дозу правды этим людям. Должна была навсегда уничтожить «золотого дьявола», что уже вползал в души зрителей…

Иначе будет ещё много смертей.

— С перепугу Бегемот и его люди наделали кучу ошибок. Например радист Гаврила попытался убить меня, когда понял, что я постоянно нахожусь на связи с Свердловском и уже успела установить кучу интересной информации… Самое смешное, что на тот момент я ещё не подозревала Бегемота и считала что он-то как раз используется преступниками «втёмную» сам не зная, что им служит… Впрочем Гавриле от этого легче не было, за ним шёл слишком вонючий след и на снисхождение надеяться он не мог. Потом на нас покушался Вилка — видимо он сумел проследить за тем как я Серафим и Иннокентий взорвали тоннель, и решил проверить — живы и мы. А когда выяснил, что мы живы — то решил это исправить.