Антон Болдаков – Золото келе (страница 45)

Из гардероба выпала Варя, с перемотанными руками верёвками, и заклеенным, куском лейкопластыря, ртом. Девушка была облачена в немного запачкавшийся лабораторный халат и, судя по её лицу, перепугана до полусмерти.

— Так… — Елена спокойно распутала верёвки и освободила рот девушки — Это ещё что за новости?

— Извините… они на меня набросились… Бегемот и Алхимик… — прохрипела Варя.

— Говори, — проворчала Елена, рассматривая обрывки верёвки, коими была скручена Варя.

— А что говорить? Бегемот примчался сюда когда на аэродроме стрельба была — они меня скрутили, сунули в шкаф и потом стали ругаться… Бегемот как сошёл с ума, орал что надо увезти золота как можно больше, что они пропали, что всё кончено… Потом вот…

Елена посмотрела на останки свечи и на взрывчатку. Потом на обрывки верёвки.

— Кажется у вашего заместителя не слегка «поехала крыша», — проговорила она. — Как вы там говорите — «золотой дьявол»?

— Ага… — Иннокентий усмехнулся. — Полагаете, что Бегемот покатил в Угодья Келе? Набирать золото. И Алхимик с ним?

— Думаю, там ещё есть ещё как минимум один помощник.

— Это был… Это был Кочерга… — Варя всхлипнула. — Я его голос слышала…

— Главный инженер, я прошу вас немедленно организовать погоню за вашим замом. Серафим, не в службу, а в дружбу, отправляйся за ребятами — разбери тут всю эту самодельную мину. А я провожу Варю до её комнаты.

— Да я и сама дойду…

Елена посмотрела в глаза Вари и улыбнулась — жутковатой, стылой улыбкой, от которой исходил какой-то мертвенный холод. В сочетании с её странными глазами эффект создавался просто пугающий.

Варя встала и посмотрела на Елену, что, демонстративно. «переломила» «Вьюгу» и загнала в неё боеприпас «Горыныча».

— Это особый вид картечи. Зажигательной… Она обычно вылетает из дула ОКВ плотным шаром и загорается уже в полёте, — любезно проговорила Елена. — Очень неприятная штука. Поверь мне. Сжигает до костей. Верёвку на руках ты завязывала. Да и рот себе сама заклеила. И на свечах нагара почти нет. И руки — смотри — не распухли от верёвок, а ведь туго завязаны узлы… Ты услышала, что мы подходим к лаборатории, зажгла свечу и связала себя уже в шкафу. Я права.

Варя села назад и уткнула лицо в руки.

— Ну, я не знала, во что они меня втягивают, товарищ старший лейтенант… — прошептала она. — Алхимик… он был дурак набитый… Бегемот говорил, что от него пользы только в том что он может подписывать бумаги и прикрывать от главного инженера… Золото… Поймите правильно — Бегемот просто спятил. Видели бы вы его лицо… Он просто помешался на этом золоте — «золотой дьявол», что ни говори… А я испугалась… он хотел взорвать… пожар устроить. Отвлечь всех от себя… Мне приказал…

— Почему ты не сообщила ничего мне или Иннокентию? — холодно проговорила Елена и села рядом с Варей, прямо на пол, прислонившись спиной к стене. — Неужели ты думала, что меня так легко обмануть? Хотя да, не скрою — Алхимику удалось ввести меня в заблуждение. Но когда ты стала говорить о том, что проводила осмотр и взятие проб золота что я принесла… Я не сразу поняла, что ты меня обманываешь. Но я поняла.

— Как вы догадались? — поразилась Варя. — Алхимик сразу же отобрал золото и спрятал его. Он не хотел его пилить или портить. Приказал мне говорить, что золото это — редкий тип самородков — невероятной чистоты.

Прервавшись, Варя посмотрела на Елену. Оперативник Биоинститута откинула голову и засмеялась, чистым, искренним и громким смехом.

— Воистину говорится — что «жадность затмевает глаза и лишает разума», — проговорила она и, склонив голову, посмотрела на Елену. — Ну и вот что мне с тобой делать?

Варя, опасливо, покосилась, на «Вьюгу», что лежала на полу рядом с Еленой. Потом она сглотнула и, задрав голову, посмотрела в потолок.

— Поступайте, как считаете нужным, товарищ старший лейтенант. Я уже… устала от всего этого. Что бы вы со мной не сделаете — это уже будет ваше решение…

Аэросани летели по тундре, обгоняя позёмку.

— Он не уйдёт… Пусть у него и есть фора — но он взял самые дурные сани, которые ещё починили после столкновения с этими подземными аммонитами, — проговорил сидящий за рулём Серый Пёс — крепкий мужик, в полушубке из собачьего меха, и шапке-ушанке, с задранными вверх «ушами». — Не знаю, на кой он сцапал их…

— А сам не понимаешь? — Елена торопливо нацепила на «Вьюгу» странный оптический прицел — больше похожий на телескоп. — Именно эти аэросани оставались без присмотра. Чего их сторожить, если они так и так сломаны…

— Всё равно, как то странно…

— А что тут странного? Нету вашего Бегемота — овладел им ваз «золотой дьявол» — он сейчас ни о чём, кроме золота думать, не способен. Так что смотри в оба — сейчас Бегемот настроен решительно, стрелять будет только на убой.

— Это мы ещё посмотрим, кто кого… У него там за рулём наверняка Кочерга — а тот у нас не великий гонщик… Он год назад как-то раз гонял по тундре — в валун врезался и ногу сломал — с той поры она у него как та кочерга… Так что вряд ли он тут будет выкрутасы устраивать… — проговорил Серый Пёс. — Да и ему сейчас на нас клювом щёлкать себе дороже — у нас трое аэросаней в погоне участвуют, никуда не денется!

— Посмотрим… — Елена накинула капюшон «Айзека», очки, маску и выглянула из аэросаней.

Затем подняла «Вьюгу» и прижала к глазу оптический прицел, выцеливая им аэросани Бегемота.

У Бегемота было почти два часа форы — Варя рассказала Елене, что Бегемот оставил её поджечь фитили у взрывного устройства — преступники наделись, что взрыв и пожар неслабо отвлекут внимание и позволят им скрыться.

Варя-же попросту не смогла, этого сделать, поскольку, в отличие от совершенно обезумевшего Бегемота, она хорошо понимала, что убегать ей, в общем-то, некуда. Куда, в самом деле, убежишь из «Плутонии»? Топлива не хватит, чтобы умчаться до обитаемых земель. Да и даже если топливо бы, каким-то чудом, нашлось — то с провиантом дело будет туго. Да и вообще — пока аэросани будут гнать по тундре — Иннокентий и Елена, по радио, поднимут на ноги все силы правопорядка…Отсидеться в тундре без нужного оборудования не так то просто. Да и искать будут на совесть.

Поэтому Варя предпочла не устраивать диверсию в поселении, а просто спрятаться и прикинуться жертвой Бегемота и Алхимика.

Кто-ж знал, что Елена обратит внимание на отсутствие нагара на свече, связанные слишком длинными кусками верёвок руки и заклеенный рот?

Она была слишком внимательной и наблюдательной.

«Джейран» Бегемота хорошо был виден — он описал полудугу и зачем-то остановился.

— Что они делают?

Елена подкрутила колёсико оптического прицела, увеличив «Джейран» Бегемота до предела. Хорошо стало видно, что из машины кто-то выпрыгнул и побежал в сторону гор.

Затем аэросани выпустили огромное облако жирного, черного дыма — видимо слизь келе попала даже в топливный бак, толкающий винт раскрутился «Джейран» «прыгнул» вперёд, как та антилопа в честь, которой получил своё название. Развернувшись, он помчался прямо на машину Елены и Серого Пса.

Что было ещё удивительнее — дверь аэросаней открылась, и на крыло аэросаней вылез кто-то из пассажиров, с каким-то оружием в руках.

— Ого! — крикнул Серый Пёс. — Он чо, спятил?!

— Как говорилось в одной книге «держите пенсне крепче, Киса, кажется сейчас начнётся…» — проговорила Елена. — Он идёт на таран, думает вас напугать.

— Ха!

— Я его пугну, а вы попробуйте остановить сани! Как хотите.

— Да ты бедовая баба…

Елена вскинула «Вьюгу» и прижала к плечу.

Банг!

У правого плеча девушки в кабине появилось отверстие — стрелок палил точно по Елене. Хорошо что хоть стрельба по мишени с бешено мчащегося «Джейрана» далеко не так точна, как кажется… Особенно если стрелять по движущейся мишени — тут даже снайпер с боевым опытом Великой Отечественной не сразу попадёт. Разве что по случайности.

Банг!

Вторая пуля выбила краску и металл из кабины — уже в полуметре от Елены.

Прикинув скорость, движения аэросаней, скорость полёта боезаряда и взяв поправку на ветер — Елена выстрелила.

«Егерь» просвистел в каких-то двух метрах от кабины «Джейрана», но, несмотря на это машина «испугано» дёрнулась — её водитель явно не стремился подставлять лоб под заряды ОКВ.

— Пёс! Постарайся промчаться от него в паре метров! — крикнула Елена.

Бдзынь!

Пуля выбила стекло в кабине — осколки застучали по спине девушки — к счастью «Айзек» выдержал. Елена выстрелила в аэросани, больше полагаясь на удачу — и попала — «Егерь» вскрыл крышу кабины, вырвав чуть ли не полметра обшивки, что тут же упорхнула в тундру.

— Ого!!! — присвистнул Пёс.

— Что «ого»? Так то, я в двигатель целилась…вообще-то, — Елена спешно перезарядила «Вьюгу». — Жми!

Следующая пуля разбила ветровое стекло — Серый Пёс ухватился за плечо, аэросани дёрнулись, но водитель, будучи тертым и крепким, каким-то чудом ухитрился удержать аэросани на «ходу».

— Чёрт! — Елена выглянула в окно. — В сторону!

— Слушаюсь — Пёс резко повернул аэросани, и тут же Елена выпрыгнула из аэросаней.

Вслед её донеслась семиэтажная матерная рулада. Но девушка уже не обращала внимания.

Прыжок из бешено мчащейся машины опасен даже в состоянии «боевого шока» — скорость полёта и инерцию даже сверхрефлексам отменить не под силу.

К счастью Елене было не привыкать — она, в полёте отбросила «Вьюгу» вперёд и, приземлившись на ноги, пробежала метров пять, перебирая ногами в невероятном для простого человека темпе… Она знала, что спустя пару часов ноги будут дико болеть от микротравм — даже её мышцы в состоянии «боевого шока» не в состоянии выдержать такие перегрузки. Но — это после…