Антон Болдаков – Гнилой Ад. Часть Вторая. Болотная Ведьма (страница 13)
Снарк-Младший несколько долгих секунд смотрел на то место, где всего минуту назад был мощный боевой корабль – а сейчас кружилась вода, вернувшаяся в освободившееся место. На поверхности воды уже начали появляться всплывшие кверху животом рыбы, и куски сорванных со дна водорослей…
Поверить в то, что могучий боевой корабль с пушками, орудиями, и кучей народа разнесло в щепки и осколки (и это была не метафора), от двух небольших кувшинчиков "греческого огня" было невозможно… Однако это было так.
Второй монитор, экипаж которого тоже явно впечатлился таким зрелищем, спешно раскочегарил двигатели – причем не просто быстро, а аномально быстро – всего за минуту. (Корабли на паровой машине на рейде обычно держали "под паром" – поддерживали в котлах определенную температуру, чтобы иметь возможность быстро пойти по своим делам – например, войти в порт или пойти в бой. Однако даже "под паром" паровой двигатель набирал обороты за десять-девять минут, а то и все полчаса. Примечание автора). Бортовые колеса вспенили воду лопастями, и монитор пошел на разворот.
Посмотреть, куда смотрят его бортовые орудия, Снарк-Младший догадался лишь в самый последний момент – а две пушки уже развернулись в их сторону и дали залп.
К счастью стрельба была неприцельной – экипаж явно палил "в белый свет", от ярости и злости за погибших на мониторе собратьев. Снаряды прошли через лес и взорвались где-то в глубине.
От монитора начали отплывать шлюпки с вооруженным народом, которые тоже не сидели без дела, а начали палить по лесу.
Видимо они полагали, что на монитор напала целая армия индейцев и стремились перебить их. А может просто стреляли от бессильной ярости и желания хоть как-то отомстить за погибших.
Снарк-Младший вжался в землю и напряженно щелкнув челюстями, принялся следить за приближающимся монитором, напряженно всматриваясь в его бортовые колеса…
Вспышка была практически незаметна – из прикрученной к валу баклажки с "греческим огнем" вырвало пробку – та воспламенилась, и горящую смесь размазало по всему промасленному валу.
Снарк-Младший уже знал, что в этом корабле использовали старинную, хорошо зарекомендовавшую себя "угольную свинью" – смесь графитовой пудры и перетопленного свиного сала (данный вид смазки дотянул до наших дней под названием "графитка" – разве что свиное сало заменили тавотом. Примечание автора) – так что спустя всего несколько секунд вал и колесо охватило пламя – что весело перекинулось в недра корабля…
Дальше началось нечто странное – народ начал убегать с корабля – люди просто прыгали в воду, а шлюпки, яростно работая веслами, разворачивались и уходили прочь.
Бортовое колесо заклинило и монитор "завалился на правый разворот" – причем его объяли облака дыма и огненные языки начали вырываться из всех иллюминаторов и палубных люков – абсолютно по всему корпусу!
– Они там чего, палубы керосином мыли?! – прошептал Омукадэ, впечатленный этим зрелищем до самых ушей.
– Возможно, тут изволит быть нечто иное…
В следующий миг повторилось тоже, что и с первым кораблем – монитор превратился в ослепительную вспышку – ударная волна смела с воды и людей и лодки, и заодно примитивную запруду, что блокировала выход из затона.
Оглушительный взрыв и волна осколков прокатились над многострадальным лесом, скашивая деревья и кусты.
Затем в озеро посыпались осколки и, только спустя минуту, наконец-то воцарилась тишина…
…Во время войны Снарк-Младший сталкивался с самыми разными невероятными и удивительными случаями, которым было практически нельзя найти объяснения… Например, однажды в их лазарет, втыкая два ножа в землю, заполз солдат, которому оторвало ноги – несмотря на это, он просто полз, всаживая в землю клинки и подтягивая себя до лазарета.
Снарки сумели его откачать, и перебинтовать, но уже спустя неделю он умер, напившись муншайна и захлебнувшись рвотой во сне…
В общем, Эйнджел не особо удивился, наткнувшись на человека, что валялся под деревом, и хрипло дышал, и даже пребывал в сознании, несмотря на то, что низ его тела был, не только превращён в кровавое месиво, но и нафарширован кусками дерева…
Индейцы, увидев раненного, молча схватились за ножи. С явным намереньем дорезать беднягу – чтобы тот не мучился.
– Прошу прощения, уважаемый, – Снарк-Младший в последнюю секунду успел перехватить руку Омукадэ с ножом. – Нам что, поговорить с сим господином не о чем?
Омукадэ пришел в себя и кивнул.
Сев на колени перед умирающим, Снарк-Младший прижал пальцы к его шее, а затем посмотрел на изуродованный низ тела – член экипажа выжил только за счет того, что взрывом его протащило по земле – грязь и перегной буквально забили его раны, не дав истечь кровью.
Однако то, что выживший доживал последние минуты своей жизни, было ясно и так…
Снарк-Младший выудил из своего бездонного пояса еще одну стальную трубку и, раскрутив ее, вытащил тонкий шприц, содержимое которого тут же вогнал в тело умирающего.
Тот, практически сразу, открыл глаза и посмотрел в останки лесной кроны, над своей головой. Его лицо было смертельно бледным, но гримаса боли пропала, и человек осматривался по сторонам одними глазами…
– А это совсем неплохо, клянусь Кровью Господа… – прохрипел он.
Содрав с пояса Нефила фляжку с водой, Снарк-Младший растворил в ней какой-то порошок и влил немного воды в рот умирающего.
– Кто вы. Что вы делаете тут, в этих лесах, – спросил он. Звучно щёлкнув зубами.
– Мы – Длань Бога. Несём свет истинной веры в эти джунгли, и смерть чудовищам, что лишены света Господа…
Раненный ответил на вопрос Владыки Океана совершенно спокойно, словно его тело не было изодрано в клочья кусками металла и дерева.
– Ваши суда двигаются на каком-то странном топливе. Что это такое?
– Нефть, которую перегоняют через самогонные аппараты и смешивают с медом… Так мне говорили техники…
– Медом?! Ах ты, скотина… – Нефил покраснел от ярости, и шагнул вперед, но Омукадэ удержал его.
– Она очень быстро загорается и взрывается…
– Не знаю, о чем ты говоришь… Спроси Де Дьябло, он создал эти двигатели… Мы пришли сюда очищать джунгли от демонов, и уничтожим всё, что оскорбляет лик Бога – и он примет нас на том свете с распростёртыми объятиями… – человек широко улыбнулся, глядя в небо наполовину безумными глазами. – Мы истребим их…
– Почему вы встали на рейд так близко от берега?
– Один кувшин с топливом разбился – пришлось остановиться и проветрить… – человек замолчал. – Но я не понимаю, что… Там курили, там горели свечи – все было нормально…
Затем он замолчал и уставился в небо, широко открытыми глазами. Его тело содрогнулось и лицо стало каким-то странным – словно отлитое из воска. Глаза стремительно стали стекленеть.
Встав, Снарк-Младший щелкнул зубами, и о чем-то призадумался.
– Это не люди, это твари, животные… – прохрипел Нефил, с какой-то яростью глядя на умершего. – Оставь его гнить тут, они не заслужили ничего более…
– Так и сделать изволим, ибо хоронить его некогда, да и рыть могилу некогда… – Владыка Океана, деловито, обыскал мертвеца.
Из находок была небольшая Библия, фляжка со скверным вином, несколько пар очков и десяток золотых жетонов, непонятно как занесенных из Калифорнии в леса Флориды…
…Легко понять, что на небольшой флотилии никто толком не спал, после устроенного Снарком фейерверка и взрывов. Особенно Вилтон и близнецы, что сидели и всматривались, очень даже напряженно, вдаль. Появление Снарка-Младшего, что тащил Нефила (ему стало хуже после контузии и прошедшего адреналинового шока), было встречено прямо-таки могильным молчанием.
– Привет, парень… – нарушил эту тишину знакомый голос.
Папилон как-то криво улыбнулась Снарку и помахала ему рукой. Ее сын, что лежал у ее ног, тоже расщедрился на смутное подобие улыбки.
– Это они приплыли сюда, когда ты отсутствовал, – объяснил Вилтон, внимательно всматриваясь в Снарка-Младшего. – Эй, что там произошло?
Растолкав народ, вперед вышла высокая, молодая женщина, в каком-то странном костюме, что жутко напоминал изодранный до состояния мочала мужской парадный камзол.
– Матариил? Ты тоже сюда добралась? – удивился Омукадэ.
Женщина погладила очень даже заметно выпирающий живот, и кивнула.
– Эти падальщики и псы нас загнали сюда… И что я тут вижу? Ты и Нефил, в сопровождении какого-то парня ушли бросить вызов им… – проговорила Матариил.
Омукадэ стукнул прикладом своего странного оружия по доскам палубы и поглядел на своих соплеменников, весьма мрачным взором.
– Слушайте сюда, все и не говорите, что не слышали моих слов, – повысил он голос. – Этот человек отныне – Огненный Угорь. И имя это я даю ему в присутствии вас всех. Запомните это, дабы подтвердить мои слова, где бы то ни было… Огненный Угорь уничтожил двух Псов Смерти, что преследовали нас – сжег их, как они того заслужили. Поэтому он имеет право быть одним из нас и заслужил свое имя. Тому, кому это придется не по нраву – пусть выйдет и скажет это лично мне…
– И мне, – проговорил Нефил. – То, что сказал Омукадэ – то я готов подтвердить… И я готов поднять оружие в защиту Огненного Угря… И да пусть наши души растерзают Спящие Духи, коли я сказал ложь…
Наступила тишина, прерываемая только криками птиц.
– Я принимаю твои слова, – проговорила Матариил. – Но теперь мне надо знать, что там произошло…