Антон Болдаков – Гнилой Ад. Часть Первая. Владыки Океана (страница 9)
– Чай не Мексика, тут к тебе в комнаты с ножами, посреди ночи, никто не полезет, – проговорила Иезавель. – У меня спокойно остановишься. Не переживай, мои апартаменты место спокойное, у кого угодно спроси.
Вилтон, что был в Таллер-Сити впервые, замешкался с ответом. В конце концов, он плохо знал этот город и его обитателей – разве что из бумаг, которые прочитал в архиве. А это не совсем хороший источник сведений, как ни крути.
– Хорошо, женщина. Так и поступлю, – кивнул он. – Остановлюсь у тебя на пару дней и…
Глухой гул взрыва раскатился над улицей, и угас.
– Ох ты нате… Это еще что такое?
– Взорвалось что-то… – Вилтон с интересом уставился в сторону порта. – Впрочем думаю, что скоро все само по себе узнаем…
… Дом Иезавель оказался на редкость старым и обветшалым сооружением, что держалось – в прямом смысле слова, на Божьем Слове – стены были обклеены настолько толстым слоем плакатов на религиозную тему, а так же страницами из религиозных книг, что они удерживали строение от рассыпания не хуже гвоздей.
– Однако… – Вилтон потрогал стену и постучал по ней кулаком.
– Не зырь ты, как опоссум посреди ночи… – сварливо проговорила Иезавель. – Тут бумага впитывает влагу-то из воздуха и потом просушивается… Так что вот. Так и живу понемногу… Так оно удобно. Да… Сухо, тихо, да и в тепле каком… Ага… Бедная Иезавель…
Вилтон сразу понял, что Иезавель отвечает уклончиво – обманывает. Но конечно выяснять, в чем дело – не стал. В конце концов, в чужом доме ноги вытирают о тот ковёр, на который укажут хозяева, правильно? Кроме того было и невооружённым взглядом видно, что у Иезавель есть определённые трудности с психическим равновесием – что уж там…
Кстати, несмотря на свою несуразность, домик выглядел вполне даже уютно. Тихий, спокойный и мирный. Даже было удивительно, как Иезавель тут живет одна – еще довольно молодая, красивая женщина, в таком мрачном городе, как Таллер-Сити.
– Вон там кровать. Перестели матрас и ложись. Я еще немного посижу… Из-под занавеса не вылезай – ночью тут иногда на редкость мрачные звери ползают… – Иезавель печально улыбнулась…
Вилтон зашёл в указанную комнату и осмотрел кровать – здоровенный мешок с соломой, набитый под завязку. Причем совершенно свежий, не лежалый. Сама комната была довольно чистой, и сухой – конечно. Насколько это возможно в этом сыром и влажном климате.
Стянув с ног ботинки и нацепив толстые кожаные мешочки – и ноги от обуви отдохнут, и в голую пятку никто не вцепится, Вилтон прикрыл глаза и попытался заснуть…
В тот самый момент, когда он уже погружался в сон, в соседней комнате стукнула дверь и чей-то торопливый голос проговорил:
– Бакер пытался убить нашего мэра, милая… Ты себе можешь такое вообразить, ох-ох-ох…
– Бакер? А что это он? – удивилась Иезавель. – Надо же… Устроил такое… Как это он, раздери меня Братья Клац, решил?
– Народ на пристанях говорит, что он заминировал пристань и заманил туда Куэваса, что как раз пришел встретить сеньора Каванджи… И ведь чуть не получилось к него все. Да вмешались Снарки.
– Снарки? Эйнджел Снарк? – голос Иезавель впервые задрожал от гнева и ярости. – Что он там… Погоди, их двое?!
– Ага… Старый Снарк и его сын. Кстати – он очень похож на Фелицию… ты бы видела его. А вот глаза у него – совершенно как у отца.
– Да погоди ты со своими глазами… Что это выходит… Снарки вернулись… Как так то… Ты хоть понимаешь, что это значит? Зачем он сюда вернулся? Фелиция же умерла много лет назад. Ты не думаешь…
Иезавель замолчала…
– Не грызи ногти! – приказала ей ее собеседница.
– Отстань, я нервничаю… Значит, Снарки снова вернулись. О горе нам… Моя мама всегда говорила, что от этого семейства одни беды и зло.
– Да что такого? Можно подумать они какие-то черти или дьяволы. Что ты их так боишься? Наш Куэвас к ним нормально отнесся…
– Это семейство – семейство демонов! Они не люди. Это чудовища! Демоны… Фелиция мертва… О Боже… Ты не понимаешь… Эйнджел сюда вернулся не просто так… – Иезавель шумно задышала. – Это чудовище снова решило вернуть себе то, чего его лишил Джонатан… Эйнджел узнал, где Джонатан спрятал свое сокровище…
– Сестра Иезавель… О чем ты говоришь? Тебе плохо?
Вилтон уже не сомневался, что у Иезавель и впрямь проблемы с головой, особенно если вслушиваться в ее хриплый, торопливый голос.
– Эйнджел Снарк бывал в этих краях давно… Он общался с моими хозяевами… Джонатаном. Тот был хитрый тип, один из тех, что и через метр земли свою выгоду увидит… Снарк-Старший как-то прослышал о его Сокровище… Хотел руки на него наложить… Да не получилось. Вместо него он получил Фелицию… А теперь, спустя столько лет, он пронюхал что его обманули и вернулся назад, во Флориду… Хочет забрать Сокровище себе…
– Да даже если и так… Что делать будешь?
– Снарка надо остановить. Любыми путями. Он и его сын должны умереть до того, как наложат свои руки на Сокровище моей семьи…
***
Снарк-Младший нацепил на себя странное одеяние – широченный пояс, состоящий из скрепленных друг с другом карманов, а поверх него – обычное мексиканское пончо.
Вид у него в этом пончо был необычный, но Снарки славились своим пристрастием к странностям – это знали все, кто был знаком с этой старинной и древней семьёй. Тот же Снарк-Старший забавно смотрелся в своем костюме украшенном перьями, и без малейших следов драгоценностей.
– Слыхал я, что случилось с твоей семьей… Прими мои соболезнования, – проговорил Снарк-Старший, остановившись рядом с Каванджи. – Да и доводилось мне слыхивать, что какая-то гнилятина нападает не только на речные поселения – как я знаю – такие странные нападения и в тылу Юга идут. Причем это не похоже на действия дезертиров или мародёров. Тут явно проглядывается что-то более зловещее.
Затем он остановился и посмотрел на ратушу, что возвышалась над ним. Огромное каменное здание с гигантскими воротами – чтобы открыть их, требовались усилия как минимум шести людей.
Ворота были позолочены, а само здание выкрашено чернильно-черной краской. Стены были разрисованы всякими картинами на библейскую тематику. Все смотрелось довольно симпатично, что ни говори.
– Двадцать лет прошло, а этот дом так и не изменился… – проговорил Снарк-Старший. – Все по-старому. Как было. Эх… Люблю то, что в нашем безумном мире остается неизменным.
– Это от тебя ли, Снарка, я такие чудные слова слышу? – удивился Каванджи. – Я помню времена, когда мы тут стояли – ты, я, Куэвас и Джонатан.... Мы были молоды и полны энтузиазма. Но не ты ли нас вдохновлял и удивлял своим умением видеть мир и понимать новое? Не ты ли сказал нам, что перед нами весь мир?
– Я, – согласился Снарк. – Но во многом я и сейчас таким остался. Дурные времена наступили, что ни говори. Я не против изменений. Главное что бы они шли, как им и положено – неторопливо и спокойно.
– Ты и твой сынишка все так и служите Югу?
– А ты вспомни, что говорил Вашингтон – если уж встал под чье-то знамя, то стой там или до конца войны, или пока не падёшь рядом с ним – убитым. Что до этой войны – то она подняла немало мути и грязи со дна общества… Перемены должны быть неторопливыми, чтобы была возможность привыкнуть к ним… Люди должны меняться вместе с этим миром. Но быстро изменяться удел немногих – другим надо найти время привыкнуть. Пока ты привыкаешь, может много времени пройти. Но когда ты изменишься – весь мир будет твоим. То, что не меняется – остается за бортом времени.
Сеньор Каванджи несколько долгих секунд молчал, постукивая по плиткам под ногами палкой.
– А ты ведь прав, Альбатрос… ты совершенно прав… – проговорил он. – Мы слишком долго сидели в темноте, и уюте. Пришло время отращивать когти и клыки, что бы нанести удар тем, кто грабит нас…
– Сеньор Куэвас… – к мэру и его друзьям подошел высокий, стройный мужчина. – Рад вас видеть… И да пусть солнце всегда освещает ваш путь в жизни.
– Сеньор Де Дьябло… Смотрю, вы изволили посетить наше скромное обиталище? – Куэвас усмехнулся. – Рад видеть вас в нашем городе… Полагаю что ваш "Веер Бога" стоит на разгрузке?
– Очень благодарен, что мне изволили выдать "огороженный Пирс", а еще более благодарен, что ваши прыткие портовые личности не стали трясти мой корабль, как вшивые лохмотья босяка… – Де Дьябло усмехнулся и вежливо склонил голову перед Снарками. – Сеньор Эйнджел Снарк-Старший, по прозвищу Ангел Смерти… Не думал, что встречу вас в сем далеком краю.
Де Дьябло был одним из тех, кого называли "мексикано" – чистокровный мексиканец, из тех, что жили в Земле Очарования (название штата Нью-Мексико – на момент событий, происходящих в этой книге, Нью-Мексика официально не была принята в состав США – это произошло только в 1912 году. Примечание автора). Чистокровный – в том плане, что его родители были испанцами.
Выглядел он весьма респектабельно – средних лет мужчина с короткими черными волосами, "мексиканской бородкой" и усами, что загибались вверх (то, что в наше время известно как "велосипедный руль". Примечание автора).
Де Дьябло щеголял в темно-синей шелковой рубашке и широких штанах, которые очень хорошо гармонировали с его светлой, практически нетронутой загаром кожей.
Из его одежды выбивалась только обувь – коротенькие ботинки из свиной кожи с грубыми шнурками – неказистые и некрасивые, но зато – непромокаемые.