Какое демонов коварство…
Ведь можно было счастья нам
Рвать гроздья во степях Урала,
Сплетаясь на матрасе по волнам
Катится чистого Байкала…»
Не в силах боль переварить,
Склонился я на грудь Сереги.
«Я не смогу тебя забыть,
Пусты теперь мне все дороги…»
И лишь я это произнес,
Как в небесах раздался хохот,
Мелькнул там Микки звездолет,
А в нем Слона вертлявый хобот.
Злобы и зависти полны,
Смеялись демоны над нами,
Ведь не могли стерпеть Они
Что счастливы не только ками.
«Теперь ты в курсе, – прогремел
Слоновий бас в тиши кюветной, —
Что человеческий удел —
Канавы местности болотной.
Кого-то отнимает смерть,
Кого-то жизнь, кого-то тачки,
Кого-то просто круговерть
Вечно стирающейся прачки.
Ты должен стены возводить,
Ты должен жить самим собою,
Себя ты должен полюбить,
Ты из себя навечно скроен.
Не перекладывай себя
На плечи слабенького братца,
У каждого своя башка,
Не надо плакать и брыкаться».
Еще секунда, и Они
Исчезли в звездном небосклоне,
Серегу я прижал к груди,
Он хладен был, как падший Ронин.
И, слезы вытерев, поднял,
И, протерев от липкой грязи,
К себе Серегу примотал
Посредством крепкой перевязи.
Вы были правы всем, Они,
Акромя одного лишь пункта,
Что человеческие дни
Мне не сулила мать-капуста.
Другой я царь и господин
И раз решил, не отступлюся,
Коня седлаю не один,
Но с другом на седло сажуся.
Мой милый, первая любовь,
Тебе служить я вечно буду,
Покуда не остынет кровь
Клянусь, тебя я не забуду.
Мы вдаль несемся на заре,
Палатка с нами, все, что кроме,
Пусть ожидает на дворе,
Для нас важна погода в доме.
Победеносно вилли дав
(то есть встав на колесо),
Мы мчимся в бездну,
Я буду ехать по прямой,
А там исчезну,
Чтоб в Идзанами вдоволь мы
Сэфути сэккуса вкусили
(то есть насладились радостями любви в загробном царстве),
