Антон Аркатов – Реликты лета (страница 42)

– Ну что, далеко планируешь уйти таким макаром, путешественник? – Славя косо смотрела на меня и ехидно ухмылялась.

– Попытка не пытка, знаешь ли! По твоей карте мы тоже не далеко ушли.

Действительно, от начальной точки мы в общей сложности удалились от силы метров на десять.

– Ну, тоже верно, – неожиданно для меня примирительно улыбнулась она. – Есть предложения?

Я мог предложить только спросить того, с кем она была здесь в первый раз, но по понятным причинам я этого не сделал.

Поляна, на которой возвышалась водонапорная башня, выглядела странно и зловеще, словно создатели этого мира стремились специально подчеркнуть её таинственность и опасность. Довольно высокая старая башня казалась одиноким стражем в центре этого странного места, окружённая неестественным молчанием, от которого по спине пробегали мурашки. Деревья, окаймляющие поляну, росли плотно и выглядели почти одинаковыми, как будто их кто-то нарочно посадил вокруг практически идеально ровной окружности.

Однако при ближайшем рассмотрении становилось понятно, что их формы были искажены: стволы изгибались в странных направлениях, а корни выглядывали из земли, напоминая когтистые лапы, готовые схватить любого, кто осмелится подойти слишком близко. Большинство ветвей росли в противоположную сторону от башни, словно деревья инстинктивно пытались отвернуться от неё, не желая смотреть на это чужеродное строение. Ветки напоминали острые копья, готовые к обороне, а тенистые кроны деревьев закрывали небо, делая поляну похожей на арену, запертую под зелёным куполом.

Казалось, что башня была не просто частью этой поляны, а её сердцем, вокруг которого всё застыло в странной, напряжённой гармонии. Её железные перекрытия и обшарпанная кирпичная кладка выглядели так, будто прошли через десятилетия борьбы с ветром, дождём и временем. Местами стены были покрыты мхом, но мох не рос повсюду, создавая неровные, рваные полосы зелени. На верхушке башни виднелись остатки старого резервуара, обвисшего под собственным весом.

От башни веяло чем-то потусторонним и могущественным. Воздух здесь был тяжёлым, будто наполненный невидимым электричеством. Даже ветер, который иногда пробегал сквозь поляну, дул как-то неровно, резко затихая при приближении к башне. Птицы, которых можно было услышать где угодно в «Совёнке», здесь молчали – ни звука, ни движения, словно они избегали этого места.

И всё же, несмотря на это, башня притягивала взгляд, завораживая своей мрачной, недосягаемой атмосферой. Её тень ложилась на землю, простираясь словно длинная, когтистая рука, и всё внутри этой тени становилось чужим, искажённым. Казалось, что, шагнув туда, ты окажешься не просто под башней, а в другом мире, где действуют совершенно другие законы.

– Странное место, – протянул я.

– Ты о чём?

– Ну, посмотри на деревья. Они странные. С этой стороны стволы почти голые.

– Хм, да, пожалуй. – Славя задумалась.

– Какая-то пространственная аномалия. Может, дело в гравитации или магнитном поле. Впрочем, я вообще не знаю, какие физические законы работают в этом мире. По крайней мере, даже само существование реликтов отрицает каузальность, действующую в нашей вселенной.

– Слушай, ты всегда такой? – раздражённо скривилась Славя.

– Какой? – Я удивился, но в то же время ощутил неопределённый испуг.

– Чем нам помогут все эти твои рассуждения? Вот ты сравниваешь «Совёнок» с твоим реальным миром, но зачем?

– Моим реальным миром? – грустно усмехнулся я. – За давностью лет уже забыла, что это и твой мир? А может, ты хочешь остаться здесь, как твоя сестрица?

– Да пошёл ты! – завелась она.

Славя попыталась вернуться назад, к той точке, с которой мы начинали, но у неё, как и у меня минутой ранее, ничего не вышло. Она топнула ногой от злости, обернулась ко мне и со слезами на глазах закричала:

– Ну что, доволен теперь? Из-за тебя мы здесь застряли!

– Из-за меня?! – Мне надоело выслушивать беспричинные упрёки. – Так это ты нас сюда привела! Ты полезла в эту пространственную аномалию, толком не зная дороги! Это тебе нужен этот чёртов фотик! А я даже не знаю зачем!

– Ну и славно! Можешь идти на все четыре стороны!

– Ох, поверь, ушел бы, если бы мог!

В наступившем молчании было отчётливо слышно пение птиц в лесу, но на самой поляне царила пугающая тишина. Наверное, даже насекомые обходили это место стороной. Становилось всё очевиднее, что водонапорная башня и пионер сейчас не самые главные наши проблемы.

– Давай отложим споры на потом – надо выбираться. – Я постарался взять себя в руки. – Мы не так далеко ушли, так что, уверен, назад сможем вернуться даже методом тыка. Или, скорее, методом топа.

Славя ничего не ответила, продолжая всем своим видом показывать смертельную обиду. Я же начал метаться из стороны в сторону, вперёд, назад, вправо, влево, но даже если мне на короткий миг удавалось отойти от Слави на пару метров, то в итоге я всё равно возвращался назад.

– Так ничего не получится, – грустно сказала она. – Нужно знать чёткую последовательность.

– Ну, сюда же мы как-то пришли! Дай карту.

Я взял листок у неё листок бумаги и постарался повторить тот маршрут, который привёл нас на это место, в обратном порядке. Однако всё так же безрезультатно. Мой мозг не мог правильно воспринимать эффекты этой пространственной аномалии. С одной стороны, я видел и ощущал, что моё тело двигается в пространстве в одном направлении, но при этом окружающая местность двигалась в другом. В каком-то смысле это было похоже на перемещение внутри движущегося поезда против его хода, только на маленькой скорости. Однако я не ощущал, что окружающий мир движется подобно вагону – все происходило настолько естественно, что от этого голова шла кругом.

Итогом моих хождений стало то, что я застрял в точке пространства на этой поляне метрах в трёх от Слави. Теперь мы не просто не можем выбраться отсюда, но ещё и оказались оторванными друг от друга. Она же тем временем села на землю, обхватила колени руками и положила на них голову.

– Тут такое дело… – позвал я Славю. – Я теперь и к тебе вернуться не могу.

Девочка не посмотрела в мою сторону и даже не шелохнулась.

– Слушай, ну извини, ладно! – Я не знал, за что извиняюсь, но, казалось, ситуация обязывает. – У тебя в твоих бездонных карманах наверняка полно разных реликтов! Может, есть телепорт на респаун? – глупо хмыкнул я.

– А ещё колбасный завод и цех по производству пельменей, – тихо произнесла она.

– Что?

– Ты думаешь, я всемогущая, что ли? Что у меня есть все ответы и простые решения?!

Славя вдруг вскочила на ноги и бросилась в мою сторону, однако её движения выглядели и воспринимались мозгом ещё более странно, чем мои собственные. Казалось, будто я смотрю фильм в обратной перемотке: вот она делает движение вперёд, но при этом удаляется от меня; вот она бросается в сторону, но при этом перемещается в другую.

– Да подожди ты! – закричал я. – Я примерно помню, как попал сюда. Иди вперёд, влево, вправо несколько шагов, потом вперёд два шага, три шага назад, влево, вперёд, вправо три шага, потом влево шаг и, наконец, несколько шагов вперёд.

Славя последовала моим указаниям и в итоге оказалась от меня на расстоянии вытянутой руки. Остановилась и с мольбой посмотрела мне в глаза.

Я потянулся к ней, но достал только до пионерского галстука, помедлил мгновение, однако решил, что сейчас не время думать о приличиях, и дёрнул девочку за галстук на себя. Славя же сама прыгнула вперёд, налетела на меня, и мы повалились на траву.

– Ну вот, а ты боялась! – Я почувствовал, как от подобной близости кровь приливает к голове. – Глядишь – и выберемся потихоньку!

Славя лежала на мне и вставать не спешила. Мои руки, помимо воли, обняли девочку за талию, и я начал гладить её по спине.

– Что ты делаешь? – робко спросила она, но не попыталась отстраниться.

– Знаешь, я давно собирался тебе сказать… Хотя нет, на самом деле не собирался. И совсем не давно. Просто, понимаешь… – Я вдруг ощутил резкую нехватку воздуха – то ли от того, что Славя давила мне на грудь, то ли отчего-то ещё. – Ты мне очень нравишься. Вот, я сказал это.

Девочка ничего не ответила, продолжая смотреть как будто сквозь меня, а я тонул в её бездонных голубых глазах.

– Ты, конечно, можешь подумать, что мои чувства вызваны нашей ситуацией. Ну, как в романах про необитаемый остров. Когда двух людей сближает одна беда, у них часто возникают чувства друг к другу. Так вот, это не… – Я так волновался, что говорил и говорил, не в силах остановиться ни на мгновение.

– Да заткнись ты уже! – Славя закрыла мне рот поцелуем.

Мы лежали на траве на странной поляне, находящейся в пространственной аномалии в странном мире странного пионерлагеря «Совёнок». Славя лежала у меня на плече.

– У тебя это был первый раз? – робко спросил я.

Ответила она не сразу, продолжая играть моими волосами.

– Если через семь дней здесь всё начинается заново и обновляется, то и наши тела тоже.

Хоть ответ и был весьма двусмысленным, дальше расспрашивать я не стал. Но один вопрос всё же волновал меня так сильно, что я не смог промолчать:

– А как же тот, другой, который тебя отправил на поиски фотоаппарата? – После этих слов время для меня словно остановилось.

– У нас с этим человеком не такие отношения, – неожиданно спокойно ответила Славя.