Антон Агафонов – Возвращение демонического мастера. Книга 13 (страница 14)

Мы с Юл переглянулись, и когда я хотел было заговорить, она положила свою руку на мою, таким образом давая понять, что она хочет попросить его об этом сама. Я достал из кармана артефактную шкатулку и поставил её перед супругой. Та кивнула и открыла крышку, давая Аррою увидеть, что скрыто в ней.

— Это то, о чем я думаю? — нахмурил он густые кустистые брови.

— Да, Сфера Вечности. Лорд Справедливости хочет использовать её, чтобы восстановить Небесный престол. А Лорд Знаний желает сместить Лорда Справедливости и сам занять его.

— Да, тот человек рассказывал мне о грядущей войне. Но мне она не интересна, и совершенно плевать, кто из них в итоге взойдет на этот престол.

— Без Сферы престол не более чем пустое место. По крайней мере, мы так думаем. Сфера — это ключ к нему, возможно, источник питания, который и позволяет этому артефакту быть столь могучим.

— Да, так оно и есть, — подтвердил наши догадки Аррой, который, видимо, был осведомлен о делах прошлого не хуже нас, а скорее даже лучше. — Сфера, которую вы держите, скорее всего, была начата ещё до того, как Небесный царь пал.

— Но… на чем тогда работал Небесный трон раньше? Этот цикл жатвы в нижних витках уже проходил? — тут уже не сдержался и спросил я.

— Нет. Во времена, когда пусторожденные ещё ходили по миру и были главной угрозой нашему существованию, семь последних драконов, не считая Рю Джай Тана и Ноламэя, принесли себя в жертву, чтобы создать другую Сферу Вечности. Именно благодаря ей тогда была выиграна война и уничтожены практически все пусторожденные. Но видимо, Сфера со временем истощается, и Небесный царь, осознав это, попытался найти замену, только вот драконов у него было только двое, один из которых ни за что бы не согласился стать батарейкой для Сферы. Поэтому он и попытался создать альтернативу. И видя заключенную в этой вещи мощь, я понимаю, что ему почти это удалось.

— Говорят, она не завершена.

— Даже если так, силы в ней хватит, чтобы уничтожить половину мира или устроить новый великий катаклизм. Зачем вы принесли её сюда?

Тут я вновь позволил говорить Юл.

— Мы хотим, чтобы вы сохранили её.

— Я? — Аррой хищно осклабился. — Вы хоть понимаете, кого и о чем просите?

— Понимаю, — продолжила Юл. — Я как Нынешняя Говорящая с мертвыми прошу прошлого Костяного палача об услуге, понимая, что она многого стоит.

Старик нахмурился и скрестил руки на груди, задумчиво переводя взгляд то на Сферу, то на Юл Эй. Он даже протянул руку и взял коробочку.

— Думаю, я последний человек в этом мире, кто должен хранить такое. Соблазн использовать эту силу слишком велик.

— Как раз по этой причине я и считаю вас лучшим кандидатом на роль хранителя, — улыбнулась Юл, но Аррой всё ещё сомневался. Он вернул вещицу на стол и отступил, продолжая задумчиво хмуриться.

— Ладно, пока я жив, никто её не получит, — наконец решил он. — Но какие ваши планы? Что вы собираетесь делать с этой силой? Не просто же хранить тут вечность?

— Пока что наша цель — не дать ей воспользоваться никому из Лордов, — взял я слово, — а вот дальше будет видно.

Тот хмыкнул, но ничего говорить по этому поводу не стал, да и сам разговор после этого ушел немного в сторону. Мы с Юл решили всё-таки немного задержаться и составить компанию старому Костяному палачу, но в конце концов оставили его. Было видно, что несмотря на то, что его радовало появление Юл, в то же время это причиняло ему и боль.

— Он не такой, каким я его себе представляла, — сказала мне Юл, когда мы вышли на дорогу Бескрайнего леса, — но вместе с этим очень похож на тебя.

— Вот уж не думаю, — усмехнулся я ей в ответ.

— Думаю, мне виднее, — Юл замедлила шаг, я сделал то же самое, и она, взяв меня за руку, прижалась к моему плечу. — Спасибо, что взял меня, Нейт.

— Думаю, без тебя он бы мог отказаться, — согласился я.

Я обратил внимание, что Юл смотрит на меня довольно странно, при этом едва сдерживая улыбку.

— Что?

— Я просто кое-что поняла.

— И что же?

— Что люблю тебя.

Я вскинул бровь.

— Ты поняла это только сейчас?

— Прозвучит неприятно, но… да. Нейт, я долго пыталась отделить себя от дара, пыталась понять, какие чувства принадлежат мне, а какие ему. Потому и хотела встретиться с ним и понять, что я буду чувствовать. И знаешь, что я чувствую к тому человеку?

— Что?

— Почти ничего. Мой дар откликается на его, но и только. Когда я смотрела на него, то ещё яснее понимала, что люблю тебя, и моя связь с тобой — это не только наши силы.

Она взяла меня за руки, заглядывая в глаза.

— Это нечто большее.

— Рад, что ты разобралась, — улыбнулся я.

Юл потянулась к моему лицу и поцеловала в губы. Так мы и стояли, предавшись романтическому моменту, пока наконец не разомкнули уста и не усмехнулись друг дружке.

— Думаю нам пора.

— Угу!

В Гаруде наступило очередное затишье. Неделя сменялась неделей, и мы занимались разгребанием всего того, что осталось после нападения на нас вначале Альянса Тени, а затем и Степных волков.

Больше всего проблем доставляли трупы, оставшиеся после Малогорского сражения. Их было столько, что ни сжечь, ни закопать в разумные сроки не представлялось возможным. Фумио организовал несколько похоронных команд, которые работали посменно, но объемы работ были чудовищными. Туда же пришлось отбыть и Мейли, которая справедливо опасалась, что такое количество смертей способно породить злого духа, и даже не одного, так что там нужно было проводить обряды очищения, и это было её долгом как заклинателя.

И как ни странно, с ней отбыл и я, хоть и считал, что в Градуе у меня было достаточно дел. Юл настояла, чтобы я составил Мейли компанию, тем более что девушка вроде как окончательно решила стать частью моего дома. Вот только вопрос состоял в роли, которую она собирается тут играть. Будет ли она только главой Павильона Пепельной Луны, который было решено основать и который будет заниматься обучением заклинателей, или же она всё-таки возьмет на себя ещё и роль младшей жены или хотя бы наложницы. Юл прямо мне говорила, что рассчитывает именно на второй вариант, несмотря на какой-то их небольшой конфликт, случившийся во время моего пребывания в Радрифе. Сейчас они вроде помирились, но… прежняя идиллия пока не наступила. И тем не менее, Юл считала, что общие дети с Мейли укрепят мой дом, потому что для её дома между должностью главы павильона и кровными узами огромная разница.

Только вот я сам все ещё сомневался. У меня и так есть Мару, которая должна скоро родить, и она тоже выказывала желание стать кем-то большим, чем просто одним из моих чиновников. И ведь самое неприятное то, что мое мнение тут вообще веса не имеет. Бурления относительно делёжки главы дома идут исключительно среди этой троицы, а стоит мне заикнуться о том, что кроме Юл мне никто не нужен, как на меня может сразу насыпаться целый ворох фактов о том, как дом от этого выиграет.

Что ж, видимо, мне пора привыкать к мысли, что в моей жизни будет три женщины, и придется каждой уделять внимание. От этой мысли накатила тоска, но я вернулся к делу. Несмотря на то, что идея была Юл, с Мейли я отправился вовсе не потому, чтобы просто проводить время с блондинкой, а чтобы заниматься собственным возвышением.

Из-за огромного количества смертей поле битвы до сих пор было пропитано энергией смерти, так что я решил попробовать забрать эту разлитую тут силу. Я воспользовался техникой Пожирания Мира, и… кажется, получил даже больше силы, чем когда пробовал технику тут сразу после битвы. Энергия не просто не развеялась за прошедшее время, а стала плотнее, что лишь усиливало опасения, что тут может появится злой дух.

Но вряд ли это случится. К моменту, как Мейли закончит обряд, а я поглощу то, что разлито, это место станет безопасным. Хотя думаю, сюда ещё придется наведаться пару раз.

Кстати об обряде. Он проходил совсем недалеко, где-то в полукилометре, и я без труда видел Мейли даже на таком расстоянии. Несмотря на зиму, обряд заклинателя требовал некоторых условий, а именно легкой ритуальной одежды, которая совершенно не годилась для такой погоды, отчего пришлось устанавливать отдельные артефакты для защиты от холода и ветра. Четыре столба по углам конструкции создавали невидимый купол, удерживающий тепло внутри, но даже они не могли полностью справиться с пронизывающим зимним воздухом, что то и дело пробивался сквозь защиту.

На земле была начерчена большая символогическая конструкция из белого пепла и измельченных благовоний, а в самом центре горел ритуальный огонь, который то и дело менял свой цвет. Перед ним Мейли танцевала и пела заупокойные литании, и голос её разносился над мертвым полем, лаская слух. Я и раньше замечал, что госпожа дома Сэн отлично поет, но в такие моменты в этом было некоторое грустное очарование. Она в этой песне словно сама ощущала боль утраты, а такое сложно подделать.

Я закрыл глаза пытаясь сосредоточиться на технике Пожирании Мира, но то и дело ловил себя на том, что снова поглядываю в её сторону. Движения Мейли были плавными, текучими, руки описывали изящные дуги, а тело мягко покачивалось, следуя ритму литании. Тонкая белая ткань ритуального одеяния ничего толком не скрывала, лишь подчеркивала каждый изгиб, и каждый раз, когда Мейли поворачивалась, длинные светлые волосы взлетали веером, ложась на обнаженные плечи. Несмотря на огонь и защиту от ветра, земля всё ещё была холодной, а девушке приходилось ступать по ней босиком, и по тому, как она иногда замирала на долю мгновения, прежде чем сделать следующий шаг, было видно, что ей не слишком-то комфортно. Но она продолжала, не прерывая ни песни, ни танца, не позволяя неудобству сломать ритм обряда.