одолевать уступ за уступом,
что мужеству доступно
лишь того, кто издавна страдал:
чтобы со-чтение звалось
законом сущности.
Tod / Смерть
Где мы, далеко ли,
коли изволим
оклик Рильке исполнить:
«Да будет разлука впереди…»?
Живущие в смерти?
Недоступная местность,
нет – не предел, нет – не излука,
неслышный звук
у истока,
у светлого ничто:
бытия первый облик —
недостижимый к изничтожению;
в себе-другом-едины:
отдалённая область
ближайшего сближения.
Примечание: * Sonette an Orpheus II, 13
Hütte am Abend / Хижина вечером
Сквозь бирюзовый аромат
толчея лесов бредёт в просторах.
Высоко стрижи взмывают,
чертят в воздухе сквозистом знаки.
Внезапно щебет юный смолк.
Длинной тенью во дворах
сумерки упали. Безбрежен мир.
Крестьяне косы отбивали.
В красный камень бледность зрит.
Тишиной пропитан ветер.
Вскоре свет посетовал на вечер.
Не заглушить желаний бред.
Сохатый лось к источнику крадётся,
будто над горою первая звезда.
Затаила ночь свой блеск.
Робко, сладко мысли затихают.
Сквозь бирюзовый аромат
толчея лесов бредёт в просторах.
Высоко стрижи взмывают,
чертят в воздухе сквозистом знаки.
Wohnen / Живущие
Без заслуг, не поэтично
живёт сегодня человек,
отчуждённый от звёзд,
опустошающий землю.
Nacht / Ночь
Тишайшая, ясная
ночь звёздно-рясная,
принеси мне
Единое,
то, что вряд ли какой мыслитель
жаждет узреть:
событие
в день бытия.
Der Schmerz / Боль
Боль, ты, надрыв тишины,
вопль,
дабы быть тем,
что есть бытие;
возрадуйся
собственному спасению,
себе самому, 
