18+
реклама
18+
Бургер менюБургер меню

Антология – Европейская поэзия XVII века (страница 402)

18
Лишь воды попив из мутной лужи. Что ж, Спасителю пришлось и хуже, Ради нас великой муке крестной Подвергался наш отец небесный.

ДАНИЭЛЬ ГОРЧИЧКА-СИНАПИУС{199}

«МНЕ НУЖНА ТВОЯ ПОДДЕРЖКА...»

Мне нужна твоя поддержка, Я устал, едва дышу, Я прошу о дружбе дерзко, Недостоин, но прошу. Если ты мне в ней откажешь, То в пути к воде закажешь. Как я к твоему ручью Припаду, воды попью? Чем я освежу уста? А она ведь так чиста, Как небесный мед, сладка — Мне б ее хоть два глотка!

СМЕРТЬ

Ей что бедный, что богатый, Что красивый, что горбатый, Все равны — берет любого, Старого и молодого… Так цветочек луговой Для косы — одно с травой. Мало радости на свете, И раскидывают сети Грусть, забота, суета, Хлопоты и нищета. И за труд свой неустанный Только домик деревянный Получаем мы однажды, Да и то еще не каждый. Кто проведает о том, Скоро ль смерть его копьем Поразит без сожаленья? Кто провидит то мгновенье?

ШВЕЦИЯ

ГЕОРГ ШЕРНЙЕЛЬМ{200}

ГЕРКУЛЕС

(Фрагменты)

Встал поутру Геркулес на рассвете юности ранней, сонмом сомнений тесним — как жизни начало устроить, дабы с летами снискать и славу, и честное имя. Встречу ему, отягченному страхом и лютой тоскою, с вежеством в лике жена, но с долей жеманства в повадках вышла, одета пестро, в многоцветно расшитое платье, сканью блестя золотой, самоцветами, жемчугом скатным; было прекрасным лицо, но виднелись сурьма и румяна, словно раскрашенный снег, розовели прекрасные щеки, дерзко сверкали глаза, и круглилось дородное тело, златопряденные пряди украсили розы и перлы. Похоть — вот имя ее, и известна она повсеместно. Свита ступала за ней. Три дочери вместе держались с братцем своим. Таковы одеяния их и повадки: Первая нехотя шла, тяжелой и валкой походкой, громко зевая со сна, своенравно вращая глазами, в мятом, запачканном платье, нечесана и неумыта, сонные травы и мак в неопрятном венке растрепались; карты держала в руках, а под мышкой подстилку держала, рыская, где бы прилечь; непрестанно со страстью чесалась. Ленью звала ее мать еще от младенческой люльки. Царственной статью на мать была похожа вторая, с поступью гордой, смела, на устах — потайная усмешка, глаз шаловливый прищур пленительной негою манит — всюду, куда б ни пришла, влечет она взгляды мужские.