Антология – Европейская поэзия XVII века (страница 375)

С утра Теренций[495] ты, а к вечеру Вергилий,[496] Но совершенного не дал ты ничего. Так стань на новый путь, испробуй и его. Зови все девять муз, дерзай, любую мучай! Сорвешься — не беда, другой найдется случай. Не трогай лишь новелл, — как были хороши!» И я готов, Ирис, признаюсь от души, Совету следовать — умен, нельзя умнее! Вы не сказали бы ни лучше, ни сильнее. А может, это ваш, да, ваш совет опять? Готов признать, что я — ну как бы вам сказать? — Парнасский мотылек, пчела, которой свойства Платон примеривал для нашего устройства. Созданье легкое, порхаю много лет Я на цветок с цветка, с предмета на предмет. Не много славы в том, но много наслаждений. В храм памяти — как знать? — и я б вошел как гений, Когда б играл одно, других не щипля струн. Но где мне! Я в стихах, как и в любви, летун И свой пишу портрет без ложной подоплеки: Не тщусь признанием свои прикрыть пороки. Я лишь хочу сказать, без всяких ах! да ох! — Чем темперамент мой хорош, а чем он плох. Как только осветил мне жизнь и душу разум, Я вспыхнул, я узнал влечение к проказам, И не одна с тех пор пленительная страсть Мне, как тиран, свою навязывала власть. Недаром, говорят, рабом желаний праздных Всю жизнь, как молодость, я загубил в соблазнах. К чему шлифую здесь я каждый слог и стих? Пожалуй, ни к чему: авось похвалят их? Ведь я последовать бессилен их совету. Кто начинает жить, уже завидев Лету? И я не жил: я был двух деспотов слугой, И первый — праздный шум, Амур — тиран другой. Что значит жить, Ирис? Вам поучать не внове. Я даже слышу вас, ответ ваш наготове: Живи для высших благ, они к добру ведут. Используй лишь для них и свой досуг и труд. Чти Всемогущего, как деды почитали, Заботься о душе, от всех Филид подале, Гони дурман любви, бессильных клятв слова — Ту гидру, что всегда в людских сердцах жива.

О ЖЕНИТЬБЕ

Жениться? Как не так! Что тягостней, чем брак? На рабство променять свободной жизни благо! Второй вступивший в брак уж верно был дурак, А первый — что сказать? — был просто бедолага.

НА ЖЕНИТЬБУ СТАРИКА

Жениться он не стал в свои младые лета, Когда, как говорят, умел он делать это. Он взял жену на склоне дней; Но что он будет делать с ней?

ЭПИТАФИЯ БОЛТУНУ

Пред тем как в мир уйти иной, Немало напорол он чуши; Теперь вкушает он покой — И нам не беспокоит уши.

ЭПИТАФИЯ ЛЕНТЯЮ

Каков приход, таков был и уход. Жан промотал наследство и доход, К богатствам никогда и не стремился. А жизнь устроить был он не дурак: Разбил на две и разбазарил так: Полжизни спал, полжизни проленился.