грызутся люди — какой в том толк?
На слове нас ловит ворог,
нам голос лести дорог,
а поглядишь — нет ничего, один лишь морок.
Мы правду встречаем смехом,
у нас лишь подлость хороша;
подбиты лисьим мехом
и душегрейка и душа.
Нынче такие порядки:
с правдой играем в прятки
и прячем кошачьи когти в бархатные перчатки.
Кто лести верит сдуру,
большой беды не чуя в том,
тому с телячью шкуру
весь мир покажется потом:
обласкан словом и взглядом,
представлен быв к наградам,
он стал не нужен — тут к нему повернулись задом.
Дурак лишь верит свету!
Презренье — честь, насмешка — лесть,
за чистую монету
готов дурак фальшивку счесть.
Стала божба безбожна,
всякая клятва ложна:
вчера был друг, сегодня враг — это у нас не сложно!
Смейся, коли охота:
безделье стало ремеслом,
золотом — позолота,
а добродетель — великим злом.
Зато и веселье знатно,
просто глядеть приятно,
как лгут, льстят, врут, мстят — гляди себе бесплатно.
Лишь тот благоуспешен,
кто сам с собой не лжив,
тот и умрет безгрешен,
кто не грешил, покуда жив.
Что пользы от соседства
в дни бедства и мироедства!
В тебе самом твоя душа — спасительное средство.
СТИХИ О ГЛИНЯНОМ ЧЕЛОВЕКЕ
Ведь мы родня! И кровь и плоть
у нас с тобой едины:
меня из праха слепил господь,
тебя — гончар из глины.
Нас замесили на одном
весьма непрочном тесте:
коли мы об пол брякнем лбом —
развалимся на месте.
Еще нас признаком родства
наградили боги:
у нас большая голова
и тоненькие ноги.
Коль мы вином до горла полны,
в питье перестарались,
нести нас бережно должны,
чтоб мы не расплескались.
Но есть различие одно:
разбившись грешным делом,
я исцелюсь, быть может, но
ты уже не станешь целым.
ПИВНАЯ ПЕСНЯ[166]
Ныне я весел затем, что пью, —
счастье в вине!
Господа славлю и благодарю
того, кто чарку подносит мне. 
